Владыка (СИ)
С другой стороны, я сейчас чувствую себя, как Джей из «Людей в черном» на экзамене по стрельбе. Да этот город лишен красок — но только потому, что мой диапазон восприятия света слишком узкий. Здешний воздух может убить за секунду — но лишь из-за того, что мой организм эволюционировал в других условиях. По улицам города разгуливают ужасные чудовища, чей внешний вид чужд самому понятию моего мозга о красивом. Но по сути, они ничем не отличаются от триллионов других разумных, населяющих мультиверсум. Кто-то спешит на работу, кто-то делает зарядку, кто-то провожает детей в школу. По сути, самое странное существо здесь — это я, маленькая девочка с портальной пушкой в руках. И старина Джей, будь он рядом, наверняка уже пустил бы пулю мне в лоб, знай он, что именно я собираюсь сделать…
Да, вселенная города Р’льех ничем не отличается от любой другой. И уничтожение этой проекции — точно такое же ужасное решение, как «стерилизация» родной планеты Шадары или принесение в жертву ее самой. На минуточку: речь ведь идет об истреблении населения целой вселенной! У нас даже нет подходящего слова для обозначения такого события! Правда, и ставки как никогда высоки — мы защищаем весь мультиверсум, бесчисленное множество других измерений. Обычная алгебра за десятый класс — предел функции на бесконечности.
— Проклятье, — пробормотала Шадара. — А ведь я уже приготовилась к тому, что ты убьешь меня, ради того, чтобы спасти наш мир. Как тебе это удалось?
— Да понятия не имею, — пожал плечами я, — это же было во сне. Пойдем наверх, оттуда лучше обзор. Да и опасно нам здесь оставаться.
Мы переместились в стратосферу. Снаружи Р’льех был окружен барьером. Оно и понятно — условия миров, в которых его строят, слишком разнообразны, чтобы оставлять жителей без защиты. Впрочем, это не помешает мне сделать свое черное дело. Настроить пушку — пара пустяков, Немо давно уже все рассчитала. Похоже, я просто тяну время. Странно только, что нас никто не пытается остановить. Защитники то ли сбежали, то ли уже погибли от моей руки когда я спал. Но где же сам Ктулху? Загадка.
— Хочешь, я это сделаю? — предложила Шадара, видя мои мучения. — Все-таки они мой мир пытались захватить.
— Нет, — я покачал головой. — Это никак не снимает с меня ответственности. Мне просто нужно свыкнуться с этой мыслью. Никогда не приходилось убивать вот так, мирных и беззащитных.
Говорят, убийство разрывает душу на части. И сколько ни повторяй, что умелый палач — это залог здорового и мирного общества, самому палачу от этого не становится легче. Никогда бы не подумал, что нажимать на кнопки — это такая тяжелая работа. Эх, видимо, никудышный из меня айтишник!
— А это правда необходимо? — засомневалась Шадара.
«В своем доме, в Р’льехе, мертвый Ктулху спит, ожидая своего часа», повторил я про себя скороговорку культистов. Понимание пришло быстро, резкой вспышкой озарения. О нет, он здесь, все это время он был здесь.
— Это неизбежно, — объяснил я. — Их темный бог не просто спит, он дремлет внутри них, разбитый на множество осколков. И как только появится новая добыча — они тут же «проснутся» и перестанут существовать как отдельные личности, понимаешь?
Девушка поежилась. Ну да, жуткая религия. Буддизм нервно курит в сторонке свои благовония. Если подумать, мое оружие идеально подходит для уничтожения этой мерзости, ведь разгонять тьму — это прямая обязанность света.
— Лучше прикрой глаза, — посоветовал я художнице. — Они тебе еще пригодятся, а это будет очень яркое событие.
Я направил пушку на серый город. Ну что ж, нет смысла откладывать неизбежное.
Авада Кедавра, епрст!
Эпилог. Темная башня
— Уверена, что не хочешь остаться еще хоть на пару дней?
Шадара проводила меня до самых ступеней зиккурата. Храм Абзу был закрыт для посещения, повсюду сновали агенты Уршанаби, разыскивая улики. Но нас они, понятное дело, пропускали без вопросов.
— У меня еще много дел по «ту сторону». К тому же, там осталась моя подруга и теперь я беспокоюсь за нее.
— Мы еще встретимся?
Тут мне пришлось прислушаться к своей интуиции. «Я-старший» наверняка сохранит координаты этого мира с помощью портальной пушки или оставит здесь какую-нибудь закладку-якорь. Вряд ли Йог-Сотот вообще сможет это как-то отследить. Так что доступ в еще одну вселенную — своеобразная награда всем участникам этого грандиозного ивента. Если так, то я обязательно вернусь сюда, хотя бы из простого любопытства.
— Думаю, это возможно.
— Даже не знаю, что сказать… Спасибо тебе за все! Не представляю, сможем ли мы когда-нибудь отплатить тебе за твою помощь.
— О, об этом не переживай, свою награду я получила сполна.
Я поднялся по ступеням, на прощанье помахал девушке рукой. С удивлением заметил, что на ее лице застыла маска ужаса. Наступила неестественная тишина. Шелест листьев, щебетание птиц и уличный гомон — все смолкло, словно само время прекратило свой ход. Обернувшись, я увидел знакомую картину. Огромная проекция Йог-Сотота застыла над городом. Ага, теперь понятно, откуда Селеста знает его облик. Все это происходило и будет происходить в бесчисленном множестве мест и времен. Ну а мне самое время возвращаться домой. Или…
* * *
Еще одно темное и незнакомое место. Так и знал: отдыха в моем расписании пока не предвидится. Ну, по крайней мере, ко мне снова вернулось нормальное сознание. Теперь это детское тело — всего лишь один из моих аватаров, помещенный междумирье. Как мы с Селестой и предполагали, Йог-Сотот не уничтожил это место, но сделал его чем-то вроде официальной площадки, где представители разных вселенных могут общаться и обмениваться знаниями. Еще одна мера профилактики чтобы предотвратить появление новых Ктулху — легализовать «облегченную» форму мультиверсума, чтобы удовлетворить наше неуемное любопытство.
Пора проверить, как дела у моих репликаторов. Я отправил сигнал к одному из восстановленных компьютеров. Судя по всему эти малыши продолжили размножаться, распространяясь по пространству, которое создал Йог-Сотот, и сейчас их число выросло до пяти квадриллионов. Геометрическая прогрессия — страшная штука! Но, несмотря на то, что они перемещались через варп, собирая ресурсы и создавая новые источники энергии, никакого «края вселенной» в этом безумном пространстве пока еще не наблюдалось.
Конечно, я был далеко не первым, кто вернулся с задания по уничтожению Ктулху. Около половины призванных демиургов уже изучали это пространство, заключая контракты и сражаясь за влияние. Правила остались неизменными — детское обличье, никаких суперспособностей и один-единственный артефакт в качестве оружия. Зато с окружающей нас материей мы можем делать все, что пожелаем, чем я, собственно, и воспользовался.
Магический огонек осветил просторный лабиринт с металлическими стенами. На этот раз никаких прелестей четырехмерной архитектуры — обычные ровные линии, спасибо моим маленьким роботам-ремонтникам. А вот то, что скрывалось во тьме, мне совсем не понравилось: большая полупрозрачная колонна с застывшей внутри Селестой. Девочка висела прямо в центре, словно муха в янтаре. Хотя, почему «словно»? Очень похоже, на то, что эта штука действительно цельная и твердая, как стекло.
Я осторожно постучал по прозрачной поверхности. Насколько я могу судить, она в порядке. Это похоже на какую-то разновидность стазиса. Видимо, очередной божественный артефакт.
— Эй, ты живая там? — послал я ей телепатический сигнал.
— Не отвлекай, я занята, — послышался ответ. — И не трогай капсулу, пока я сама не попрошу, хорошо?
— Ладно. Ты нашла, что искала?
— Да.
Естественно, Селеста пришла сюда вместе со мной не просто так. Она просто искала сестру, Аврору, пропавшую много столетий назад при похожих обстоятельствах. И, похоже, ей это удалось.
— Я могу вам чем-то помочь?
— Ничего не выйдет, мне придется подловить этого мерзавца на нарушении собственных контрактов. Разве что, ты сумеешь быстро захватить сеть, которую он тут построил.