Бумажная империя (СИ)

— Тебе конец, урод, — злобно улыбнулся главарь и сделал шаг в моём направлении.
Хрен тебе. Если на тебя не действует моя магия, это не значит что я не смогу победить.
Здоровой рукой я поднял в воздух весь пыль и песок, лежащий на земле и запустил в лица троих оставшихся бандитов. Они тут же принялись протирать глаза, лишившись зрения на несколько секунд.
Это мой шанс! — улыбнулся я, смотря на огромный билборд, стоящий за спинами нападавших.
  
Вложив как можно больше сил в правую руку, я направил обратный воздушный поток в рекламный щит. Конструкция пошатнулась и рухнула прямо на ничего не успевших понять людей, стоящих передо мной.
Голова безумно гудела и кружилась. Левая рука с трудом шевелилась, а из пулевого отверстия в районе бицепса сочилась кровь. Но это была победа. Я медленно доковылял до пассажирского места, голеностоп после падения оказался сильно травмирован. Но там, на правом кресле остался лежать мой телефон.
Надо скорее вызвать скорую для Александра, — думал я, беря в руки мобильник.
— Ты думал что победил? — послышался тяжелый голос сзади.
Я обернулся и увидел стоящего двухметрового верзилу в черной футболке. Он был цел и невредим.
Два коротких шага он оказался рядом со мной и нанёс мощный удар. Я медленно осел, прислонившись спиной к холодному металлу автомобиля.
— Мне даже жалко тебя убивать. В тебе есть дух воина, — уважительно посмотрел он, а затем направил на меня пистолет.
— Постой, — сказал я и указал на асфальт под собой.
Бандит непонимающе посмотрел на место, куда я указал. А затем он громко зевнул и прогремел выстрел.
Звон в ушах постепенно рассеялся. Я открыл глаза. Живой.
Передо мной лежало тело бандита с пулевым отверстием точно в центре лба.
— Даниил, ты в порядке? — послышался голос Александра Никитина из машины. — Мне потребуется твоя помощь чтобы выбраться.
С трудом поднявшись на ноги, я увидел аристократа с пистолетом в правой руке. Он был в сознании, а его левая рука и нога были абсолютно здоровы.
— Родовой дар, — объяснил он, хотя этого и не требовалось. Я сразу понял это.
Найдя в багажнике балонник, я смог открыть замятую водительскую дверь и освободить Александра.
— Тебе нужна срочная помощь, — произнёс он, смотря на меня. — Я отвезу тебя к лекарю нашего рода.
Сделав пару звонков, он подошёл ко мне и протянул руку:
— Спасибо Даниил, сегодня ты спас меня. Похоже мои враги узнали, что я вернулся в Российскую Империю инкогнито и попытались воспользоваться этим. Если бы ты не принял бой и не задержал их на эти десять минут, пока не сработал мой родовой дар, то я был бы уже мёртв. Так что теперь я твой должник.
Ага. Враги. Если бы ты знал, что едва не погиб от рук собственного младшего брата… Впрочем он скоро сам это выяснит, а я не буду влезать в их семейные разборки. Но моё чутьё подсказывает, что теперь Роман может не ждать помощи от своего рода.
Вместо объяснений я просто пожал протянутую руку.
— Это ты написал? — удивлённо заметил Роман написанный мной кровью приказ на асфальте.
«Спи»
Я видел, что перед тем как Александр застрелил бандита, тот зевнул. Значит приказ сработал и он бы не убил меня.
* * *
Частная клиника «Петровская здравница»
После нападения силы окончательно покинули меня и я смутно помню как мы добрались до роскошной частной клиники.
— Александр Георгиевич, что случилось? — взволнованно спросил доктор средних лет с серебристо-седыми волосами. — Вы разве не должны участвовать в боевых действиях на западе Австрийской Империи?
Лекарь встречал нас на входе в медицинское учреждение, что показывало статус рода Никитиных.
— Всеволод Игоревич, семейные дела вынудили меня инкогнито посетить родину. Час назад мы подверглись нападению и я прошу вас помочь подлатать моего друга, — неожиданно представив меня своим другом, Александр сразу обозначил своё изменившееся отношение ко мне.
— Мечников Всеволод Игоревич, — протянул руку лекарь, добродушно улыбнувшись.
— Уваров Даниил Александрович, — представился я в ответ.
— Никогда не слышал про ваш род, — удивился доктор.
— Он очень молод и не менее амбициозен, — улыбнулся я.
Умудрённый жизненным опытом мужчина прекрасно понял мои слова и хитро улыбнулся.
— Даниил Александрович, давайте скорее пройдём в смотровую, — предложил он, а затем посмотрел на мою левую ногу и добавил: — Впрочем давайте лучше не будем спешить, а то вы наверное с трудом ходите.
Судя по всему Всеволод Игоревич обладал лечебным родовым даром. Он смотрел на мои раны так, словно видел их насквозь.
— Всеволод, запиши все расходы на счёт моего рода, — кинул вдогонку Никитин.
— Я проведу лечение без оформления документов в счёт нашей давней дружбы, — деликатно сказал Мечников, а потом взглянул на меня и хитро добавил: — А вы, Даниил, за это в красках расскажете у кого же едва не получилось убить сына бессмертного пса империи.
Всеволод Игоревич оказался первоклассным лекарем. Ему понадобилось всего полчаса, чтобы заживить пулевое ранение и вывихнутую лодыжку. А ещё профессор мечников оказался очень проницательным человеком:
— Даниил, расскажите пожалуйста как вы умудрились спасти жизнь Александра? И давайте пожалуйста без этих благородных отнекиваний. Саша не привёл бы ко мне на лечение врага своего брата и не назвал бы того другом без достаточно веской причины. А зная его много лет, единственный повод для этого в сложившихся обстоятельствах — это спасение жизни.
После такого откровенного вопроса, Всеволод Игоревич мило улыбнулся и протянул мне позолоченную фарфоровую чашку с горячим чаем, показывая, что его вопрос не таит для меня опасности.
— С чего вы решили что я враг Романа? — вместо ответа спросил я.
— С того, что вы честный и порядочный человек, — рассмеялся лекарь. — У Ромы есть два типа отношений с окружающими людьми: сообщники или враги.
— И к какому лагерю вы относите себя? — решил подловить я собеседника.
— Даниил, право вы бесподобны! — вновь рассмеялся он. — Давно не имел удовольствия общаться с таким умелым переговорщиком. Вам точно восемнадцать, а не сорок пять лет?
Сказанная им фраза молнией стрельнула в моём сознании. Ладно, допустим что он просто так назвал меня переговорщиком. Но он назвал точный возраст, в каком я умер в своей прошлой жизни. Да и откуда он знает мой текущий возраст? Этот миловидный седовласый мужчина явно не так прост, как хочет казаться.
Моё выражение лица видимо изменилось, как бы я не старался скрыть свои опасения от лекаря. Потому что он тут же поспешил ответить на мой прошлый вопрос:
— В детстве Романа Георгиевича, я нечаянно сшил несколько важных нервных окончаний у него в руке, после чего он долго не мог выставлять отдельно средний палец. Так что его союзником меня сложно назвать, — улыбчиво рассказал Всеволод Игоревич, после чего приложил палец к губам, прося сохранить этот секрет.
Но его очаровательная заготовленная история не произвела на меня должного впечатления. Он затеял какую-то игру и мне нужно быть начеку.
После недолгой светской беседы, я наконец-то поехал домой. Моя левая рука и лодыжка были как новенькие. Да и специальная мазь, приготовленная лично Всеволодом Игоревичем за считанные минуты рассасывала все полученные в битве синяки и порезы. Подозрительно любезный лекарь настоял, чтобы я обязательно взял мазь с собой,
— На случай будущих нападений, — подмигнул он мне, лично провожая меня к выходу.
Подъехав к дому, я мысленно ещё раз поблагодарил опытного лекаря за его труды. Мне страшно представить как бы переживала мама, увидь моё состояние несколько часов назад.
  
— Привет, что-то случилось? — нахмурился я, когда заметил взволнованное лицо мамы, едва поднявшись в квартиру.
Я даже машинально ощупал своё лицо, подозревая что Всеволод Игоревич пропустил один из синяков.