Игра на струнах солнца (СИ)

Но Камелия совсем не выглядела поплохевшей. Наоборот, лицо её посвежело, на нем даже появился едва заметный румянец. Задыхаясь от непередаваемого волшебного чувства внутри, Рози плелась вслед за остальными в коридор. Никто с ней не говорил, феи только пялились — несколько боязливо и даже с неприязнью. Только Азалия осторожно подошла, словно не до конца зная, стоит ли заводить разговор.
— Значит, никакой служанки Виктории не существует?
— А что? Не рада знакомству с принцессой? — все ещё находясь в моменте единства с древом, пробормотала Рози.
— Ну… Я не думала, что мне выпадет такая честь, — улыбнулась фея. — Как у вас это вышло? Вы… и правда должны быть следующей королевой.
С этими словами Рози наконец оставила свою негу, вынырнув в реальный мир.
— До этого сомнения были? — она нахмурилась. — Вы все ничтожества, в сравнении с истинной королевой. Я бы рассказала тебе, где ваше место, но вон идет мой братец.
И правда, Басс в сопровождении пары придворных фей выплыл из оранжереи, бросив на сестру насмешливый взгляд.
— Дорогие феи, — он выдержал паузу. — Моя матушка внимательно наблюдала за вашими способностями, вместе с ветвью она коснулась и вашей души. Для меня среди вас было лишь пятеро достойных, но Камелия всё же настояла на шестерых, думаю, сама Мать Природа подсказала это. Я поговорил с ней, обсудил результаты, и мы пришли к компромиссу, чтобы претенденток осталось шесть, в виде исключения. В следующем туре вас не будет ждать такая удача.
Рози сглотнула, чувствуя, как трясутся её крылья, словно у крошечной испуганной бабочки.
— И это феи Корнелия, Дита, Фиалка, Ли-Ли, Мелоди и Азалия, — договорив, братец с вызовом взглянул Рози в глаза. — Пусть у последней и не получилось выполнить данное задание, нам нужна была шестая девушка. Более подходящих кандидаток не нашлось.
— Басс, — почти шепотом обратилась принцесса, — почему?.. Я ведь… лучше всех справилась с заданием… Я ведь…
— Мать заглянула в твою душу, Рози, — усмехнулся эльф, приобнимая одну из свои спутниц. — И ничего светлого там нет.
  
Глава 13
 
Марсель двигался практически бесшумно, это было необязательно, но в чужом королевстве ему хотелось иметь преимущество. Было бы опрометчиво вальяжно расхаживать среди врагов, что лицемерно натягивают приветливые маски на свои розовые лица. Мар вообще не переносил это место всеми фибрами души, но выбора у него не было. В юности его отец был слишком сконцентрирован на тренировках под солнцем. Маленькому Марселю это давалось тяжело, но с тех пор он крепко прослыл своей способностью долго находиться среди простых эльфов.
Именно поэтому его вечно отправляют на всякие задания в чертово королевство фей, как в этот раз — сопроводить посланника. По идее, он с принцем должен был прибыть сюда лишь на пару дней, после чего вернуться с ним же обратно. Но из-за состояния здоровья Камелии все растянулось, теперь уже Мар начинал злиться. Сейчас он решил поговорить с первым принцем, чтобы не дергать попусту короля.
— Марсель, я тебя не ждал, — Басс дернулся, не сразу заметив вошедшего дроу. — Что-то случилось?
— Я все ещё жду отбытия, если вы помните, — сухо сказал Мар, медленно приближаясь. — В чем дело?
— Королева… — сглотнув, начал Басс.
— Я в курсе, — дроу подошел вплотную, почти нависая над принцем. Его светлые распущенные волосы соскользнули с плеч, своей густотой упав на грудь Бассу. — Меня это не касается.
Тот сжался в комок, почти влезая задницей на стоящий позади стол. Его и без того светлая кожа посерела.
— Марсель? — раздалось позади. К ним вошел Винсент, держа в руках целую охапку иссохшихся комнатных цветов. — У вас здесь все хорошо?
— Вот спрашиваю у принца, когда мне ждать отбытия, — усмехнулся дроу, сверкнув алым зрачком на фоне черной склеры. — Я нужен и своему народу. У меня нет ни времени, ни желания прохлаждаться здесь.
— Что ж, — Винс тяжело вздохнул, сгрузив возле Басса на стол сухие цветы, — к счастью, я только от королевы, она приносит свои извинения перед вами. Завтра же можете выступать с дипломатом.
 
Марсель не стал сдерживать хищной усмешки, медленно отступая от первого принца.
— Приятно слышать, — кивнул он, — мне стало невыносимо находиться здесь.
— Неужели наш дом так противен вам? — беззлобно спросил Винс, провожая дроу к дверям. — Мы изо всех сил старались обеспечить вам должный уют.
— Не люблю находиться далеко от дома, — расплывчато ответил мужчина. — Ваша принцесса — мой антагонист. Боязно показаться ей на глаза.
— Боязно? Вам? — рассмеялся Винсент, словно от хорошей шутки. — Рози для всех дроу очень опасна. Хотя не только для дроу. Её свет иссушает все, до чего дотрагивается. Вы из-за неё так спешите нас покинуть?
— Ну что вы, — уже прикрывая за собой дверь, хищно прищурился Марсель, — она скрасила мои будни.
В свою комнатушку в подвале ему идти не хотелось, показываться в закатных лучах тоже. Мар стоял у окна, чувствуя странную тоску по дому, словно, когда ему сказали, что скоро он туда отправится, воспоминания нахлынули бурным потоком. Его империя не была такой зеленой и вычурной. Не было этих деревянных домиков, платьев из цветов и сотен крошечных огоньков-светлячков, освещавших ночь. Но там был покой, было умиротворение.
Зверо-люди наполняли империю каким-то уютом, какого нельзя было добиться никак иначе. Мар помнил, как впервые встретил их, выбравшись из подземелья дроу с отцом. На дереве сидела девушка-кошка, глядя на пару щебечущих птиц. Она была такой изящной, но в тоже время жутко странной! Будто эльфийское тело с кошачьей головой и хвостом. Ему казалось, она вот-вот прыгнет и в один миг заглотит беспечных птиц. Это сейчас Марсель знал, как строго с охотой и оборотом мяса в империи, император Лайонел пресекал любые попытки зверо-людей на нелегальный оборот еды.
Поговаривали, что, когда огры отделились и принялись есть мясо, зверо-люди решили, что и с них не убудет. Свой поедал своего. Особенно кровожадными оказались олени, Марсель в страшных снах видел их вытянутые морды и квадратные зубы, орошенные кровью своих же собратьев.
Теперь им выдавали очень ограниченное количество животной пищи, только представителям хищных сословий. Пусть и странно было понимать, что та же кошка раз в неделю получает с килограмм плоти, а потом разделывает её и поглощает. Но тем не менее, это был мир Марселя, грешный, лишенный карикатурной невинности и маски притворства.
Только феи могли лгать и лицемерить с таким благостным видом. Стоило ему взглянуть в их небесно-голубые, затянутые легкой пеленой смущения, глаза, как хотелось позорно сбежать. Его тянуло домой, увидеть вертикальные зрачки хищников, склеры родного народа и дорогие сердцу скалы. Такие одинокие и строгие, словно стражники, которых Люмин оставил ещё при жизни, чтобы они сторожили империю от лицемерия фей.
Устало выдохнув, дроу направился вдаль по коридору, пытаясь думать о позитивном, о скорой дороге, но мысли все цеплялись за желтый кирпич стен замка. Хотелось взять в руки молот и разбить их в пыль, чтобы не мозолили глаза. Он усмехнулся, поднимая руку, чтобы коснуться пальцами хрупкого от времени теплого камня, как вдруг его откинуло взрывной волной.
Желтый кирпич разлетелся в разные стороны, орошая Марселя и все вокруг. Он закашлялся, прикрывая лицо и отряхивая волосы. Стоило пыли лишь немного осесть, как в голову закралась дурная мысль: неужели снова огры? Женский визг неподалеку вызвал внутри странную гамму чувств, от желания помочь до желания уйти. Бросать кого-то в беде он не привык, так что, ещё раз отряхнув волосы, он перепрыгнул руины бывшей стены, понимая, что основной удар приняла другая.
Он перескочил коридор в пару шагов, пролезая во второй образовавшийся проход, где и происходили основные события.
Группа фей вжалась в пол, закрывая головы руками и крыльями, пока на полу валялись ещё две из них. В нападавшей Марсель без труда узнал принцессу, что, кажется, решила убить свою соперницу. Она вскочила, прицеливаясь и складывая руки перед собой, из которых ударил поток яркого солнечного света. Сощурившись, дроу едва сумел устоять, несмотря на то, что находился довольно далеко. Дворец дрогнул, словно от землетрясения, а когда Мар сумел открыть глаза, то дыра теперь была в полу. Защищавшаяся фея, видимо, успела отскочить, хотя большая половина её тела была явно обожжена.