Земной отпуск (СИ)

— Ведите, — Алекс отвечает коротко, не удостоив старательную девушку ни взглядом, ни намёком на улыбку. А мне так и хочется показать ей язык или вырвать наращенные тёмные волосы! Чтобы знала — на моё даже смотреть запрещается, а уж тем более оказывать какие-то знаки внимания и демонстрировать двусмысленные намёки.
Нас провожают к уединённому столику в конце зала, прямо около панорамного окна. Альварез ухаживает за мной, помогает сесть, затем занимает своё место напротив.
  
Хостес кладёт на стол пластины с меню, наклоняется так, чтобы открыть вид на своё вываливающееся декольте. Фу! Бесит.
— Если Вам, — выделяет интонацией, — что-то понадобится, — общается исключительно к Алексу, меня полностью игнорирует. Ах так!
— Не понадобится, — не выдерживаю её наглости, — можешь быть свободна!
Мои глаза ярко загораются фиолетовым. Девушка, явно не обратившая внимания на моё инопланетное происхождение, отшатывается. Едва не спотыкается.
— Хорошего вечера, — блеет еле-еле, а затем мигом испаряется.
Жаль ли мне её? Совершенно нет. Ибо нечего засматриваться на чужих мужчин! Особенно на моего темнокожего красавчика, который, кажется, очень доволен тем, что я открыто показала свою ревность и реакцию...
  
Глава 32. Взрослые игры.
 
Мария Гарсон
Ужин проходит замечательно.
Я думала, что за неделю мы успели рассказать все истории из жизни, но нет. У нас одна за одной появляются новые темы для разговоров.
Мы много смеёмся, пробуем странные позиции французской кухни и болтаем, болтаем, болтаем, не забывая награждать друг друга горящими влюблёнными взглядами.
Чувствую себя счастливой. Живой.
Оказывается, такая жизнь была долгие годы скрыта от меня... благодаря папочке и всей моей сумасшедшей семейке во главе с главной имперской сумасшедшей мамочкой-Дианочкой. Меня намеренно лишали возможности быть счастливой, любимой и желанной женщиной.
Это ни в какие ворота! Где-то за гранью моего понимания. Как можно лишать своего ребёнка любви? Сколько ни пытаюсь — не пойму! Какой астероид вселился им в головы?! Какие оправдания они находили себе?
Спрошу. Вот увижу их всех и задам эти вопросы! И если ответы мне не понравятся, навсегда уйду из дома! Хотя... я и так уйду. Куда, правда, пока не знаю. Но уйду! Ноги моей больше не будет у предателей. И хватит о них. Надоели! Уже давно.
— Как тебе здесь, маленькая? — Алекс кладёт свою руку поверх моей. Поглаживает, как всегда, в своей манере.
— Нравится. Спасибо тебе, — тихонько снимаю туфлю и вытягиваю ногу вперёд. Пальчиками касаюсь его лодыжки, следую вверх по напряжённой голени, затем вновь вниз. Грань не перехожу. Просто хочу немного поиграть и раззадорить своего мужчину. Альварез приподнимает бровь вверх, смотрит на меня, но я никак не реагирую и делаю вид, что не понимаю, о чём речь.
— Я не при делах. — невинно хлопаю ресницами, а сама продолжаю незамысловатые манипуляции. Но отчего-то с каждым движением поднимаюсь всё выше и выше...
— Мар-р-рия, — рычит, сквозь стиснутые зубы. Глаза затягиваются чёрной пеленой.
— Что? — с придыханием спрашиваю. Роль глупой дурочки мне даётся очень легко, будто всю жизнь только ей и была.
Он внезапно наклоняется ко мне через стол, хватает за подбородок, смотрит так горячо и безумно. Я пугаюсь от неожиданного выпада, а моя нога резко поднимается выше, упираясь в его твёрдый, напряжённый ствол...
— Ой, — взвизгиваю и вместо того, чтобы убрать шаловливую ногу, продолжаю пальчиками исследовать член моего красавчика. Чувствую, как он несколько раз дёргается, такое ощущение, что скоро ткань брюк разойдётся по швам. Настолько он выпирает.
— Ты доигралась, девочка, — шипит Алекс. На его губах растягивается порочная ухмылка. Он жёстко надавливает пальцем на нижнюю губу, слегка оттягивает, ведёт вдоль... мне нравится эта грубая ласка, я буквально завожусь с пол-оборота. Возбуждаюсь. Хочу, чтобы он продолжал прикасаться ко мне, чтобы показал свою власть. Чтобы сделал хоть что-нибудь! Просто хочу... его хочу!
Но вместо того, чтобы продолжить он отпускает меня и возвращается на место. Хватает бокал с напитком, стискивая его с такой силой, что, кажется, ещё немного и стекло треснет. Залпом выпивает, не сводя с меня взгляда.
А я... я дрожу, не в силах унять вспыхнувшую, ноющую боль внизу живота... я сама себя переиграла. За столько времени Алекс научился справляться со своим возбуждением, а я нет.
Не знаю, что делать!
Ногу я уже убрала, и чтобы унять пульсацию, закинула нога на ногу. Однако это не помогает! Я только сильнее ощущаю болезненное желание. Против воли вырывается стон.
— Как дела, Мария? — усмехается. Довольный.
Вредно прищуриваюсь в ответ. Молчу. Сказать не могу ни слова, в горле пересохло. Хочу его до изнеможения. Перед глазами уже мутнеет, с каждой секундой мне становится всё хуже и хуже.
— Раздвинь ножки, девочка, — приказывает. Смотрит пристально.
— Что? — вместо слова вырывается нечто непонятное. Хрип вперемешку со стоном.
— Раздвинь ноги, Мария, — голос становится жёстким, требовательным. Подчиняюсь. — Умница, маленькая. Теперь опусти руку вниз.
Его голос действует на меня гипнотически. Я хочу слушаться, хочу выполнять его приказы и до безумия желаю избавиться от тянущего чувства.
Опускаю руку. Алекс довольно хмыкает.
— Задери платье и отодвинь трусики в сторону, прикоснись к себе.
— Что? — повторяю. Облизываю пересохшие губы, опасливо озираюсь по сторонам. Рядом никого нет, мы в уединённом пространстве, но всё равно страшно быть застуканной.
— Мария, — снова требовательно. Он кладёт свою руку поверх моей, оставшейся на столе.
Выполняю. Слегка прикасаюсь и тут же начинаю дрожать.
— Моя девочка, — обманчиво ласково произносит Альварез, — а теперь повторяй мои движения, — и начинает невесомыми круговыми движениями поглаживать мою руку указательным пальцем.
  
Глава 33. Понравилось?
 
Мария Гарсон
— Моя девочка, — обманчиво ласково произносит Альварез, — а теперь повторяй мои движения, — и начинает невесомыми круговыми движениями поглаживать мою руку указательным пальцем. 
Пробую, получается. Но напряжение не уходит, а только увеличивается. Прикрываю глаза, не в силах справиться с нахлынувшими ощущениями...
— Смотри на меня, — очередной строгий приказ. — Смотри мне в глаза.
— Не могу, — хнычу.
Он тут же убирает руку, а я будто падаю с пьедестала и больно ударяюсь о землю. Ощущения приглушаются, без него уже совсем не то. Он нужен мне...
— Пожалуйста, — прошу. Открываю глаза, с мольбой смотрю на него.
И как я докатилась до такой жизни? Незапланированные игры, как и спонтанные отпуска ничем хорошим никогда не заканчиваются! Неопровержимый факт, подтверждённый уже не единожды!
— Закроешь глаза, и всё прекратится, — отрезает, а я понимаю, что именно так он и поступит, если ослушаюсь приказа.
Алекс возобновляет свои движения, и я подстраиваюсь под его ритм. Чувствую, как подхожу к той самой грани, и мне не хватает совсем немного, чтобы её перейти.
Чего именно? Не знаю...
— Алекс, — отчаянно шепчу.
— Кончай, маленькая, — даёт разрешение. И я чувствую, как стенки моего лона начинаются сокращаться, по телу пробегает разряд, вызывая неконтролируемую дрожь. Губы приоткрываются в немом крике, но я сдерживаюсь, чтобы не раскрыться. Оргазм накрывает меня с головой.
  
— Моя красавица, моя девочка, — Альварез поглаживает успокаивающими движениями. — Ты прекрасна, Мария.
Мужчина поднимается, обходит стол и берёт меня на руки. Несёт куда-то, не могу сообразить, куда именно... перед глазами всё плывёт, тело расслабленное и отказывается шевелиться.