Инициация (СИ)

Я усмехнулся. Выглядело и звучало все это нереально и даже безумно… Какая-то часть сознания профессора попросила помочь вывести его тело из комы. Я, конечно, знал, что псионики способны на разные вещи. Многие из них умеют читать мысли, вселяться на время в чужие тела, манипулировать сознанием своих жертв, но о расщеплении сознания до такой степени, чтобы части этого сознания действовали в отдельности друг от друга, слышал впервые. Ввязываться в этот бред не хотелось, но с другой стороны, что я терял? К тому же при успешном выполнении этого задания я получу энергоблоки, которые так мне сейчас необходимы.
– Понятия не имею, как это сделать, но так и быть. Выкладывай контракт – я подпишу.
– Ничего подписывать не надо, – покачал головой незнакомец. – Мы же находимся в виртуальной пси-проекции. Ее, кстати, тоже создал я.
– Создал где? В моей голове?
– Опять ты все понял не так, как надо. Сейчас мы не в твоей голове, Алекс.
– А где? – снова нахмурился я. – Ты же сам сказал, что…
– Мы на границе сознания Девяносто Девятого. Тебя сюда привел я. Ну или позвал, скажем так. Ваши нейроимпланты способны на очень многое. Ты не осознаешь даже десятой части их потенциала.
– Ну… я… – в голове совсем все перепуталось.
– Ладно, не вникай. Сосредоточься на задании. Но лучше думай о награде, которую сможешь получить после его выполнения. Теперь повтори, что нужно сделать?
– Пропустить через тело профессора три шоковых разряда. Слабый, средний и высокий. Надеюсь, реанимационное оборудование будет в его палате.
– Верно. А перед этим что нужно сделать?
– Вколоть какую-то инъекцию. Кстати, где ее найти?
– Кровяную инъекцию. Ее состав очень важен для организма Девяносто Девятого. Без этого укола он… в общем, его тело будет чахнуть, а мгновенный прием этого лекарства сразу же поставит его на ноги и сделает сильнее. Но помни еще кое-что: никто не должен знать об этом лекарстве. Это тоже очень важно.
– Он чем-то болен? – удивился я.
– Не совсем так. Особенности действия его нейроимпланта. За все нужно платить, Алекс.
– Я это знаю лучше многих, – хмыкнул я. – Где точно находится эта инъекция?
– В лаборатории. Холодильный шкаф в конце помещения с изображением биологической опасности. Код: 839999.
– Хорошо. Пробраться в лабораторию тоже будет не просто. Она скорее всего тоже оккупирована спецназовцами.
– Ты справишься.
– Надеюсь.
– На этом все. А теперь… прощай.
– Постой… – едва успел произнести я, как мир вокруг резко погрузился во тьму.
***
Я открыл глаза. Огляделся. Лежал на койке, раскинув руки и ноги в стороны. Тело ныло от боли, а в голове гудело.
Что со мной недавно произошло?.. Сон? Наваждение?
Помнил я все четко, словно это происходило в действительности. Все настолько было натуралистично, что даже вполне реальный разговор с Джозефом Картером казался большим бредом.
И все же кое-что проверить было можно. Упомянутая незнакомцем планета – я не знал о ней ровным счетом ничего. Не слышал даже в каких-либо упоминаниях или сводках новостей. Поэтому если брать в толк тот факт, что весь предыдущий разговор мне привиделся, то и планеты этой существовать не могло.
Я поднялся на ноги, подошел к голомонитору. Подключился к экстранету. Доступ к сети у меня был частично ограничен, но к основным информационным ресурсам выход был. Покопался с полминуты и нашел.
Как и сказал незнакомец, песчано-каменистая планета Руфус была колонизирована Федерацией еще в 2478 году. Мир был беден на все ресурсы, кроме алюминия и меди. Там начали образовываться шахтерские поселения, выросла какая-никакая промышленность. Со временем образовался свой уклад и культура. Население же высоким никогда не было, потому что непростые климатические условия и частые нападения роев насекомых не давали полноценно развивать демографию. Оттуда часто переезжали. После образования Империи планета перешла под руководство новой власти, но существенных изменений на ней так и не произошло.
 
Всего этого я точно не знал, потому что не особенно интересовался историей, а в том историческом курсе, который нам преподавали в военной учебке, из локсийских планет мы поверхностно изучали только самые важные и экономически пригодные для завоевания. Выходит, что выдумать разговор с незнакомцем я не мог, потому что тупо не знал тех фактов, которыми оперировал незнакомец, поэтому получалось так, что все это было по-настоящему. Отсюда возникал другой вопрос: если профессор, или какая-то его глубинная часть сознания, проникался ностальгией по локсийской планете, то не значило ли это, что он был каким-то боком причастен к налету?
Я усмехнулся сделанному выводу и вышел из экстранета. В моем списке незавершенных заданий появился третий пункт. Как было бы удобно все это отразить в нейроинтерфейсе и вести по каждому из заданий заметки. С другой же стороны, лишнего там отражать тоже не нужно, ведь все записи могут прочитать чужаки – полковник, Гоббс, да и тот же профессор, прибывай он в норме.
И как так вышло, что столько всего навалилось на мои плечи, причем за неполные сутки?! Неужели мой «подвиг» сразу сделал меня кандидатом номер один для выполнения дерьмовых дел? Не прояви я тогда излишнее участие и не убей налетчика, то спокойно лежал бы сейчас в лазарете и горя не знал.
Несложный расчет приводил к тому, что сначала мне нужно было разобраться с профессором. Потому что именно после завершения этого задания я получу энергопотенциал, который смогу вложить в улучшение организма и уже с более высокой долей вероятности смогу успешно выполнить оставшиеся два поручения. Правда, как к ним приступить, я пока не имел ни малейшего понятия.
Ситуация с расследованием причин налета и поиска информатора вообще была окутана мраком как дремучий лес. Здесь, похоже, следовало полагаться больше на удачу и внимательность, а еще надо постоянно быть начеку. Нужно побольше общаться с людьми и узнавать факты, собирая все полезное и неоднозначное в одну кучу. И начать распутывать этот клубок следовало с начальника службы безопасности. Ведь именно он отвечал за защиту комплекса, так что первые зацепки должны появиться именно у него. К тому же у меня к нему появилось много сопутствующих вопросов. Ну и, разумеется, немало внимания необходимо уделить профессору, но тут какие-то шаги можно будет делать только после того, как он очнется.
Спасение же Беннера я пока что решил отложить в долгий ящик – как минимум до тех пор, пока не решу вопрос с профессором и не прокачаю свое тело до более-менее приемлимого уровня. Нападать на налетчиков с голой задницей я не собираюсь. Да к тому же еще нужно выяснить, где эти налетчики находятся, да и вообще есть ли возможность до них добраться. Не исключено, что ничего у нас не выйдет, и пропавших участников проекта мы уже никогда не увидим. В таком случае меня ждал печальный исход, ведь Джозеф Картер выглядел решительным. С другой стороны, как бы там ни было, я находился далеко, и кое-какие возможности для маневров у меня были. Как минимум на моем счету уже появился один козырь – та самая заслуга перед Федерацией в виде ликвидации налетчика.
Раскидав все по полочкам в голове, я зашел в инфолинк и набрал номер Уиллиса. Через несколько секунд перед глазами появилось его уставшее лицо.
– Алекс? – удивленно насупились его брови. – Какого черта тебе надо?
– Ты у себя?
– Да, черт тебя дери! Эти уроды вообще меня никуда не отпускают. Всю ночь здесь провел. А полковник… – он вдруг осекся и огляделся. Спросил чуть спокойнее: – Что ты хотел?
– Надо поговорить. С глазу на глаз. Ты один?
– Один. Они велели мне никуда не уходить. Вот и сижу тут, как нянька у люльки.
– Тогда я скоро буду.
– Виски выпить пока не получится, – сказал он.
– Я не за этим.
– А жаль, – улыбнулся он и добавил: – Ладно, давай быстрее. А то я хотел немного вздремнуть. Жду.