"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Господа, прошу прощения! –  в кабинет без стука ворвался представительный мужчина в парадной униформе дружинника. Униформе родовых цветов и гербом Демидовых на груди. – Его сиятельство, князь Григорий Климентьевич приглашает вас для беседы.
Клим непроизвольно вытянулся перед незнакомцем, беззвучно проклиная его появление.
– Боярышни, прошу прощения! Вынужден покинуть вас ненадолго. Семейные дела, сами понимаете. Слуги проводят вас на праздник и исполнят любые пожелания. Уверен, вы приятно проведете время. Развлекайтесь, наслаждайтесь приятным вечером, – галантно поклонился обеим, уделив особое внимание Лизе. Подхватил ее ладошку, обжег легким поцелуем. После развернулся ко мне, –  вернемся к нашему разговору позднее.
– Клим Григорьевич, вы поторопились прощаться, – дружинник усмехнулся в пышные усы. – Его сиятельство велел пригласить также Елизавету Гавриловну Урядову и Ее светлость Нину Николаевну Толпееву. Почему-то князь ни минуты не сомневался, что пропавшие боярышни находятся у вас, э… в гостях. Как видите, не ошибся. Ваша светлость, – это уже мне, – вы ведь не откажете хозяину дома в приглашении?
– Разумеется, не откажу… – запнулась, не зная, как обратиться к мужчине.
– Родион Матвеевич Каменский, – с полупоклоном представился дружинник, – кавалер ордена Доблести, штабс-капитан седьмого пехотного полка Его императорского величества, в отставке. Воевода личной дружины князя Демидова Григория Климентьевича и глава службы безопасности рода.
Воевода? – оценила могучее телосложение мужчины, который стоял в обманчиво расслабленной позе. Прошлась взглядом по перстню мастера меча и мозолистым ладоням, привыкшим к оружию. – Серьезный дядька. С таким не забалуешь. Видно, что и княжича муштрует, раз тот даже не подумал ослушаться и не предъявил претензию за вторжение в кабинет без приглашения.
– Для меня честь лично познакомиться с Его сиятельством, – ответила с вежливой улыбкой.
– Тогда попрошу следовать за мной, – распахнул дверь пошире, не обращая внимания на съежившегося в углу Веньку.
Я глазами показала слуге, чтобы тот не отставал. Да он и сам теперь вряд ли отлипнет, понимая, что люди Клима тут же прирежут по-тихому. Со мной тоже ничего хорошего парня не ждало, но я ведь намекнула, что потребуется служба. Значит, был шанс пожить еще немного. У жуликов на это дело чуйка отменно работает.
Вот только пара крепких ребят, с которыми появился Каменский, бесцеремонно отшвырнула холопа в сторону.
– Боярышня! – пискнул Венька, привлекая внимание, – а мне что делать?
Мда, его старый князь не приглашал. Я бросила вопросительный взгляд на воеводу, но тот еле заметно покачал головой.
«Подождете минуту?» – на автомате спросила языком жестов, которому обучил отец.
 Его использовали пластуны, разведчики по-нашему, когда действовали на территории противника. В дружине Забелиных такой способ общения ввел покойный Захар Платонович. Как оказалось, Игнат также прекрасно им владел. Чем-то Родион Матвеевич напомнил нашего воеводу, вот и сработали рефлексы.
– «Минуту!» – таким же жестом ответил мужчина и отозвал бойцов.
Я подошла к холопу, держась спиной к ненужным свидетелям. Сдернула с шеи кулон с топазом, который змейкой скользнул в ладошку. Передала украшение в руки слуги, окружила нас щитом, в который научилась добавлять заклинание полога тишины.
– Срочно разыщи Алима Осиповича Зельмана и передай кулон. Мой личный помощник знает, что делать. Расскажешь, что спросит, без утайки. Не советую врать, не поможет. От того, как быстро исполнишь поручение, зависит твоя жизнь. И дальнейшее будущее. Вероятно, баронет уже прибыл во дворец. Но на всякий случай запоминай адрес…
– Как я его узнаю? – шепотом поинтересовался Венька. – Будь у меня больше времени, не спрашивал бы. Но вы ведь хотите, чтобы господин Зельман поспел к разговору с князем?
– Узнаешь, – хмыкнула с нескрываемой гордостью, – не так много в Екатеринбурге ашкеназцев, передвигающихся в инвалидной коляске.
– О-о! – проникся до глубины души, ведь я назвала представителя этой народности личным помощником. Сомневаюсь, что у самого Григория Демидова такой имелся. – Вы не пожалеете, боярышня, что приняли меня на службу. Я искуплю! Отработаю! Я…
 
– Ты еще здесь? Пшел вон! – минута истекла, а потому я сняла полог, развернулась и, не прощаясь, направилась к ожидающим господам.
– Благодарю, – уважительно кивнула Каменскому, – теперь можем идти.
Стараясь держаться поближе к Лизе, которая совершенно не понимала, что происходит, скорым шагом последовала за дружинниками и молодым князем. Если честно, я и сама гадала, что могло понадобиться Григорию Демидову. Старик отошел от дел, какая разница, как развлекается наследник? С таким начальником службы безопасности нечего переживать, что хоть одна грязная история станет достоянием общественности. Ну, любит Клим хорошеньких женщин, кровь горячая, так и что? Некоторые барышни сами рады ему в постель прыгнуть. А если какая закочевряжится, как наша Елизавета, так и откупиться можно. Мы ведь уже договорились практически. Неужели Игнат такой шум поднял, что пришлось самому вмешаться? Что ж, правда на нашей стороне. Если судить по справедливости, князь извиниться должен. Вот только веры в эту справедливость давно не осталось. Родственные связи тоже не имели значения, когда речь заходила о деньгах или власти. Значит, буду готовиться к худшему варианту, а там, глядишь, старый князь приятно удивит.
Григорий Демидов занимал отдельное крыло дворца, куда не доносились звуки музыки и шумы светского приема. Очевидно, это крыло еще и старой постройки. Взгляд невольно отмечал мощные стены с узкими окнами-бойницами, выступы и ниши, за которыми удобно оборонять внутренние помещения. Имение в Каменной пади обустраивали по схожему принципу. Здесь даже стены дышали древностью и помнили все поколения предков. Наверняка, под землей, в подвалах, куда заказан путь простым смертным, спрятано главное сокровище рода Демидовых – магический источник.
Я не ошиблась в предположении, что это Игнат развел бурную деятельность для нашего вызволения.  Брат обнаружился в кабинете старого князя и не сдержал вздоха облегчения, когда мы вошли. Отставил в сторону бокал с янтарной жидкостью и поспешил к невесте, которая вцепилась в него, как утопающий в спасательный круг.
– Как ты? Что случилось? Тебя никто не обидел? – крепко обнял девушку и вопросительно посмотрел на меня, потому что Лиза не смогла вымолвить ни слова от избытка чувств.
Ну а что тут скажешь, когда на тебе скрестились заинтересованные взгляды? Я лишь прикрыла на мгновение глаза, улыбнулась кончиками губ.
– Приветствую, Ваше сиятельство, – склонилась в реверансе перед стариком, расположившимся в кресле с высокой спинкой.
Как бы там ни было, а не стоило забывать о вежливости и манерах. Чуть позже, если ситуация позволит, перейдем к упрощенной форме общения, а пока лучше следовать этикету.
Григорию Климентьевичу нездоровилось. Его выдавал землистый цвет лица с пигментными пятнами, одышка, которую усугублял застегнутый под горло парадный камзол. Рука, лежащая на столе, подрагивала, от чего неуловимо мерцал золотистым блеском желтый алмаз в фамильном перстне. Однако твердый взгляд из-под припорошенных сединой густых бровей пронизывал насквозь.
Особенная аура облеченных властью людей накладывала отпечаток и на их окружение. Неторопливый вышколенный слуга принес дополнительные приборы, бутыль с коллекционным вином и кувшин с морсом. После чего, чинно поклонившись, с достоинством удалился.
Клим молча прошел на свободное место, плеснул себе коньяка, пригубил глоток. Игнат отвел невесту в сторонку и тактично молчал, ожидая ответного слова хозяина дома. А тот не спешил, наблюдая за моей реакцией и выдержкой. Что-то было такое в выцветших бледно-голубых глазах Григория Климентьевича, что я поняла:
Он знает! Знает, кто такой на самом деле Игнат, и из какой семьи происхожу я. А раз так, нет смысла унижаться или притворяться.