"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
В развороте отрубил одному ногу и тут же вертикальным ударом сверху вниз разделил паховую область тела на две части. Клинок прошёлся по груди, но металлический доспех выдержал натиск, а вот ниже пояса не было никакого защитного доспеха. Чёрная кровь вместе с некоторыми органами окрасила пол. Что выпало у вампира, мне было плевать. Упырь завизжал от боли. Страх. Вот что сейчас играет главную роль и влияет на противников. Арбалетчики все разом посмотрели на дёргающегося евнуха, а потом на меня. Я же стоял весь в чёрной крови и злобно смотрел на них. Улыбнулся кровавой улыбкой и ринулся на упырей. Кровососы ничего не успели понять, как лишились своих голов. Алебарда была увесистой, и моих приложенных сил в совокупности с массой оружия вполне хватало, чтобы с лёгкостью разрубать шейные позвонки врагов.
На предпоследнем кровососе алебарда сломалась в области древка в десяти сантиметрах от клинка. Сам же клинок отлетел в сторону. Вампир схватился за шею. Лезвие клинка успело прорезать часть шеи, и, возможно от встречи с позвонком, прочность древка иссякла. Оставался один кровосос. Он бросил бесполезный арбалет и кинулся на меня с ножом в руке. Я лишь усмехнулся. Ушёл в сторону перед самым ударом и прямым ударом перебил скрытым клинком мозжечок и часть коры головного мозга. Упырь сделал пару шагов вперёд и замертво упал.
Говорили, что вампиров можно убить только солнечным светом и серебром, но в это время и в этом мире мало знают про анатомию живых сложных существ. Если повредить один из отделов мозга, то какая бы у тебя не была регенерация, это не спасёт. Все команды отдаёт мозг. Только у последнего вампира мозг ушёл в оффлайн. Остаётся открытый вопрос анатомии высших вампиров.
Я повернулся к Владыке. Тот по-прежнему хватался за шею и пытался остановить чёрное кровотечение. Странно видеть, что высший вампир не может регенерировать столь пустяковую рану. Дрейк с этим справлялся на ура. Периферийным зрением заметил чьё-то приближение. Повернул голову в сторону приближавшегося. Это был Артикон. Он держал в руке меч. Мой меч. Тот самый Убийца драконов.
Охотник на вампиров ринулся на меня с бешеной скоростью, и будь я сейчас в обычном привычном своём состоянии, то просто не заметил бы его, но моё новое состояние всё видит. Диагональный удар меча прошёл в паре сантиметров от моей головы, когда я уходил от него в развороте. Нанёс удар скрытым клинком по ноге Артикона, но не хватило длины клинка, и остриё не задело заведомой цели. Срочно нужно оружие длиннее, нежели скрытый клинок. В кувырке настиг алебарду и вовремя выставил её вертикально перед собой. Лезвие клинка прошлось по древку, и уже второй удар разрезал его пополам.
Артикон смог нанести кружащий удар мечом два раза, как наносят герои в компьютерных играх. В моих руках сейчас находилось два оружия, хотя я немного не на это рассчитывал. В кувырке ушёл от вертикального удара. Парировал клинком следующий удар, и, вставая на ноги, совершив короткий спринт, приблизился к врагу. Нанёс подлый удар древком в подмышку. С разворота ладонью вогнал древко глубже в тело. Отразил удар меча наручами и следом ударил клинком в предплечье Артикону. Тот от резкого расслабления мышц выронил меч. Я поймал Убийцу драконов на лету и развернувшись рубанул им по левой ключице. Клинок вошёл на десять сантиметров вглубь тела.
Охотник на вампиров только рассмеялся. Он нанёс мне сильный удар в грудь, отчего я отлетел на несколько метров назад. Артикон медленно вытащил древко из подмышки. Чёрная кровь хлынула, но кровотечение быстро остановилось. Затем он аккуратно вытащил клинок от алебарды из тела и бросил к моим ногам.
— Похвально, Арднер, — зааплодировал он в ладоши. Его плечо уже затянулось, что, в принципе, не удивительно. — Примерно так я и представлял наш бой. И я даже рад, что ты не уподобился твоему другу Костнеру, который визжал, как собака, когда я ему загонял раскалённые иглы под ногти. Хотя он высший оборотень и мог дать серьёзный отпор…
— Но не тебе? — догадался я.
Как я помню из рассказов, Артикон был при человеческой жизни примерным человеком со своим кодексом и моралью, но до поры до времени. Когда же он стал вампиром, то кодекс и мораль умерли вместе с его человеческой душой, так как он стал бессмертным. О нём сложилось много легенд. И была одна легенда о его настолько завышенном чувстве собственного высокомерия, что даже короли курят в сторонке. Он начал убивать всех подряд не для благого дела, а ради развлечения. Его не пугали ни армии, ни оборотни, ни вампиры. Единственное, он боялся боевых магов. Возможно, я зря убил двух братьев. Оказывается, эти мрази могли дать жару даже высшим вампирам. И будь у меня шанс всё вернуть, то я бы попытался уговорить их на благое дело. Пообещать можно всё, да и король был бы не против. Теперь придётся делать всё самому, и не факт, что я доживу до рассвета.
— Слышал, что ты смог убить двух оборотней одним мечом, — Артикон не стал приближаться. Зачем? Раз он может в одну секунду это сделать. Вот только он уже знал, что меня этим не напугать, и в наручах по-прежнему остаётся мой скрытый клинок, который из-за обилия на нём чёрной крови невозможно запихнуть обратно.
— Было дело, — не стал отрицать я.
— И среди них был высший оборотень, — добавил он.
— Паспорт не проверял, — сарказмом ответил я. — Не могу точно сказать.
— Странные слова ты говоришь, — усмехнулся охотник. — И это я тоже слышал. Много где бываешь и много чего слышишь. С миру по нитке, как говорится. Я восхищён тобой, Арднер.
— Могу автограф оставить на твоём тряпичном доспехе…
— Зато твой доспех выше похвал. Выдержать натиск алебарды, которая смогла оставить на доспехе лишь царапину? Интересный у тебя сплав получается. Гномы подсказали?
— Выкупил за золото, — подсказал я ему.
— Возможно. С ними только при наличии золота можно нормально вести беседу. Я изучил твоё оружие. Понравился арбалет. У меня почти такой же был. Вот только я его сам изобрёл и все чертежи уничтожил. Откуда у тебя чертёж? — Артикон сел на труп упыря.
— Отсюда, — указал пальцем на свой висок. — Не ты один такой умный.
— Не буду спорить. Времени много прошло. Возможно, даже в твою пустую голову пришла столь гениальная мысль. К тому же арбалет был описан в одной книге в королевской библиотеке. Умеешь читать? — он посмотрел на меня таким взглядом, будто на полном серьёзе считал меня умственно отсталым.
— А ты нет? — ответил вопросом на вопрос. В этом мире образование сильно хромает, и это удручает.
— Сарказм? Хитро. Характерная черта людей, которые пытаются выглядеть умнее за счёт глупых шуток. Кстати, изучил твоё ружьё и пистолет. Это просто гениально. Вместо ядер, пороха и бумаги изобрести капсулы со всем этим. Умно. Революционно в области вооружения. Проверил стрельбу. Меткость просто превосходит всё мыслимое и немыслимое. Кстати, — он достал из подсумка пистолет и направил на меня. — Сможешь уклониться от своего же изобретения?
— Если хочешь меня убить, то просто убей и закончим весь этот цирк, — я был уже обессилен и не факт, что смогу повторить ещё один даже короткий бой.
Мне было плевать. Очередной раз плевать на всё, но каждый раз я заставлял себя пересиливать все эти отрицания и продолжал путь в грёбанный Город Изгоев. Зачем он мне нужен? Зачем мертвецу останавливать высших оборотней, если вампирам это только на руку? Не удивлюсь, что в Лесах Оборотней это тоже будет на руку. От этих тварей страдают только люди. Только мне на этих людей тоже по большей части плевать. Надо же умудриться отправить в столь важную и опасную экспедицию одного высшего оборотня, боевого мага, который больше не может использовать магию и неудачного и зажравшегося охотника на оборотней, который, если бы не моё внезапное перенесённое сознание в умирающее или, возможно, в мёртвое тело, смог бы разве что пропить все тысячу золотых монет за неделю и затаиться где-то в глуши.
Всё это для меня была какой-то фикцией. Тут, как минимум, надо было отправлять не менее роты солдат с десятками боевых магов, а не вот это. Костнер умирал на глазах, но из-за того, что он является высшим оборотнем, не мог так просто сдохнуть. Талиса. Боевой маг со страшными ранениями, которая была больше обузой, но всё равно шла в бой, не имея при этом никаких средств для ведения боя. Если бы не тот вечер в бане, то послал бы её обратно домой. Эх, моя доброта точно уничтожит этот мир.