"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Как только на иконке нейросети замигал значок о готовности информации к просмотру, я тут же нажала «старт». Перед глазами развернулась картинка с изображением улыбчивой темноволосой девушки и невероятно красивого представителя высшей расы, неуловимо похожего на Эрдая. Если бы тот сбросил десяток-другой лет, сменил надменное выражение лица и почаще улыбался, сходство было бы идеальным.
Неужели, ирсаи бывают такими... человечными? Настоящими? — первое, что поразило при взгляде на красивейшую пару, что довелось увидеть. — Это прабабка Рита с мужем? Не может быть! — с удивлением отметила остроконечные ушки девушки, кокетливо выглядывающие сквозь темные прядки. Но даже не это заставило замереть в восторге и умилении, а то, как эти двое смотрели друг на друга. Будто бы каждый для другого был смыслом жизни, центром вселенной, продолжением его самого. — Как же им повезло найти настоящую любовь!
— Говори, ты первый, — тем временем картинка ожила, и Рита легонько подтолкнула мужчину в бок.
— Ри, мы же договаривались, что ты начнешь! — ирсай состроил обиженное лицо, но долго дуться не смог, сдался под просящим взглядом пары. — Ладно, давай я. Только учти, вырежем этот кусочек, чтобы потомки не подумали, что мы ссоримся.
— Как скажешь, любимый, — Рита заразительно улыбнулась.
— Итак, дорогие потомки! — Грай перешел на серьезный тон, — это видео предназначено на тот случай, если нас вдруг не окажется рядом. Вообще-то, мы планируем растить внуков, правнуков и даже праправнуков, но мало ли, куда заведет жажда приключений. Итак, для начала, хочу показать наш новый дом. — Панорама синего неба сместилась, открывая раскинувшийся позади супругов пейзаж. Судя по всему, снимали с возвышенности, потому что внизу в уютной долине, как на ладони, лежал живописный город. Невысокие домики, сложенные из камня, соседствовали с современными ангарами и взлетными площадками для глайдеров. В центре особенно выделялась пирамидальная площадка с двумя полукруглыми стеллами в центре.
— Портал? — ахнула, рассматривая наследие древних. Для этого я остановила запись и увеличила изображение до максимума. Непонятные символы покрывали как сами каменные стеллы, так и основательную круглую плиту, на которой они установлены. Стопкадр позволил рассмотреть мелкие детали, и даже местных жителей, среди которых угадала ирсаев и обычных людей. — А как же карантин? Выходит, обитатели Даркуэла вели вполне мирную жизнь, заводили семьи, строили дома и города. Что же с ними случилось? Для чего уничтожили этот райский уголок?
Столько зелени и разнообразных цветов, в которых утопала долина, я не видела даже на курортных планетах. Природа Даркуэла поражала воображение и никак не вязалась с теми унылыми красно-коричневыми пейзажами, что лицезрела недавно. Появилось множество вопросов, которые я бы с удовольствием задала прапредкам. К сожалению, такой возможности не предоставили, а потому я вновь включила запись. Грай рассказывал о жизни в долине, о тех трудностях, что возникали у переселенцев, и как они их преодолевали. В словах прадеда сквозила гордость за проделанную работу и, честное слово, ему было, чем гордиться.
— Ну, вот! — Рита нарочито нахмурилась, — рассказал только хорошее, свалив на меня обязанность сообщить плохие новости.
— Так, у тебя же был выбор, — хитро прищурился Грай, — могла бы начать первой, и оставить вторую часть послания за мной.
— Знаю, — девушка нахмурила лоб, но тут же улыбнулась мужу. Она потянулась к нему и чмокнула в щеку, — я должна это сделать сама.
— Итак, дорогие потомки, — посерьезнев, Рита повернулась к камере, — у меня неприятное известие. Очень скоро всего этого рая, в создание которого мы вложили душу, не станет, — девушка обвела рукой долину, но, похоже, имела в виду планету. — И в этом целиком моя вина, но, просчитав возможные варианты, сразу скажу, иного выхода нет. Дело в том, что я родилась на далекой планете под названием Земля...
Когда обращение замерло на последнем кадре, я схватила стакан воды, что приготовила ранее, и осушила залпом. Запись сделали до того, как орбитальный удар превратил Даркуэл в мертвую планету. И это сотворили мои предки лишь для того, чтобы защитить мир от древнего зла, спрятанного в жерле потухшего вулкана. Они не знали, удастся ли воспользоваться порталом и сбежать до взрыва, а потому пытались запечатлеть счастливые события, сохранить важные моменты. Удивительно было увидеть дедушку маленьким карапузом и осознать, что именно ради него и сотен других поселенцев Мин Хиан-Коши решились на отчаянный шаг. За пределами этой долины на планете бушевал вирус. Люди и ирсаи превратились в полумертвых безумцев, бросающихся друг на друга с желанием убивать. Но самое страшное, этой безумной толпой грамотно управляли, постепенно, одно за одним, уничтожая поселения на Даркуэле. И этот кукловод — древний энои, сознание которого поместили в тело ирсая, жестокого убийцы, виновного в гибели большей части экипажа «Патори».
 
Бункер вокруг медкапсулы с эноем соорудили Рита с Граем, так они ограничили губительное ментальное воздействие на окружающих. Сама криокамера к этому времени была заключена в кокон из невероятной псионической силы, который предкам, обладающим похожими способностями, разрушить не удалось. Они рассчитывали расплавить древнего в вулканической лаве, надеялись, что сверхвысокие температуры растворят или хотя бы повредят нанокиты. Собственно, ни одно живое существо не спаслось в той катастрофе. Только те, кому удалось воспользоваться порталом.
Рита описывала, насколько живучи нанокиты, и как они однажды вернули ее к жизни. Наверняка, именно эта часть рассказа зацепила внимание отца. Значит, шахтеры не случайно обнаружили месторождение дракалита? Хиан Микош целенаправленно искал останки древнего, рассчитывая, что они станут ключом к возрождению мамы? Вот только находка слишком опасна, папа не мог этого не понимать. И да, в заключительной части записи, находилось послание отца.
— Мина, девочка моя, знаю, ты меня сейчас осуждаешь. Но я верю, когда-нибудь поймешь, почему так поступаю. Ты видела деда и бабушку, их невозможно забыть. Когда отец впервые показал эту запись, я не поверил, считая рассказ вымыслом, сказкой. Однако навсегда запомнил светлый взгляд, которым Ри Мин смотрела на мужа, и мечтал встретить кого-то, кто так же смотрел бы на меня. Когда мы познакомились с твоей мамой, я сразу понял — это она. Г ибель Лючии изменила нашу жизнь, и я поклялся, что сделаю возможное и невозможное, чтобы вернуть ее хоть на миг. Поначалу я заинтересовался планетой из-за портала. Если Рита и Грай перенеслись в прошлое, то, может, и я смог бы вернуться в то время, когда Лючия была жива. Увы, даже следов долины не осталось, так сильно изменился рельеф. Портал безвозвратно потерян для потомков. Зато нашелся другой ориентир — вулкан, и я начал рыть в этом направлении. Сколько изнурительных лет ожидания прошло, пока шахтеры бурили скважины, пробивали штольни, опускались глубже под землю и не находили ничего интересного. Но я не отчаивался, не опускал руки и в итоге добился результата. Однако я не сумасшедший, чтобы выпускать в мир то, отчего наши предки пытались избавиться. Их знания и способности не чета моим, и если уж они прибегли к такому радикальному методу, значит, на то имелись веские основания. Поэтому, девочка, ты выполнишь то, что я скажу. Если ситуация выйдет из-под контроля, не дай древнему выбраться в мир! Если поймешь, что все зашло слишком далеко, уничтожь ретранслятор, корабли, станцию и средства передвижения. Чтобы ты знала, Рия получила точно такой же приказ. Он вступил в силу с того момента, как активировалась запись на чипе. Береги себя, дорогая. Ты — единственное, что у меня осталось в жизни. Я очень сильно тебя люблю.
— И я люблю тебя, папа, — прошептала, глотая непрошенные слезы. В последнее время я стала часто плакать. Снова навалилось ощущение тоски и одиночества. Некстати вспомнилась гибель Эрдая, и то, что почувствовала в этот момент. С ним будто бы умерла часть меня. Тогда, в шахте, я не успела об этом задуматься, была потрясена и раздавлена случившимся. Затем Нэшу удалось отвлечь от проблем и забот, теперь же чувство невосполнимой потери накрыло с новой силой. — Бездна, почему же так больно? Почему?