"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Не-е-ет! Ты не выживешь!
— Пха-пха-пхах! — смех твари напомнил клёкот орла-падальщика. — Я бессмертна! Бога не убить! — давясь своим пламенем ревела «богиня». — Ты не сможешь меня вечно удерживать!
Вот «богиня» и проявила свою демоническую сущность!
И тогда я показал ей чёрный клинок…
— Ты давно растеряла свою божественную суть!
— Не-е-е-ет! Мир погибнет без меня! — отчаянный визг чуть не взорвал мозг.
— А-а-а! Ты его узна-а-ала, лживая тварь! — медленно протянул, наслаждаясь её реакцией. — Клинок, убивающий бессмертных. Не ты ли утратила его?
— Откуда он у тебя? — в огромных синих глазах плескался настоящий страх.
— Это теперь неважно. Он поможет мне избавить от тебя этот мир…
  
Глава 22. Прощай навсегда
 
Александр 
«Убийца бессмертных», как всегда, чётко и безупречно выполнил свою работу. Едва лишь чёрное жало коснулось, сотканного из жидкого синего пламени, тела так называемой «богини», как она со страшным треском, похожим на удар молнии, от которого содрогнулся даже замок, взорвалась. Всё что от неё осталось, это мельчайшие яркие синие искры, которые кружились в последнем танце в наэлектризованном воздухе и медленно оседали вниз, покрывая мраморный пол ровным слоем чёрного пепла.
Это непростое решение пришло ко мне сразу, как только я понял, кто ответственен за тот чудовищный план, который привёл к гибели моей жены. Я готов был абсолютно на всё, чтобы уберечь Анну от смерти. Я отчаянно надеялся, что план «богини» разрушится, когда её самой не станет.
Магия вокруг меня ещё некоторое время гудела ураганом, но постепенно успокаивалась. Всё это время я находился в прострации от непростого решения. Я лишил этот мир последней богини.
В этом мире больше не было богов. Теперь я самое могущественное существо — страж этого мира.
Вдруг кто-то осторожно тронул меня за плечо. Я резко обернулся, непонимающим взглядом уставившись на человека, который испуганно отшатнулся от меня. Видимо неосознанно я принял боевую форму, и теперь выглядел как монстр, но надо отдать должное человеку, он хоть и страшился, но своё дело выполнял чётко. Терпеливо ожидать, когда я обращу на него своё внимание, времени не оставалось, ведь ребёнок готов был родиться.
— У нас осталось всего несколько минут… — настороженно проговорил доктор.
— Что? — я всё ещё не пришёл в себя.
— Я всё подготовил к операции, пора вводить анестезию и принимать младенца! — сказал он.
— Мать выживёт? — с надеждой посмотрел на него, но доктор промолчал, отведя взгляд. Я бросился к Анюте, даже беглого осмотра хватило, чтобы понять, что план богини не отменился. Последние капли энергии девушки растворялись в мире — Аня угасала.
— Мне требуется дополнительный свет, — спокойно сказал доктор. — Инструменты есть, анестезия тоже. Здесь есть кто-нибудь, кто будет на подхвате, кто может принести воды, чтобы обмыть ребёнка. Так же понадобятся пелёнки, подгузники, молочные смеси и так далее.
— Можете рассчитывать только на меня. Я зажгу свет. — хрипло сказал.
— Вы ещё не вышли из состояния шока, — сказал врач посмотрев в мои глаза.
— Здесь больше никого нет. Только дух, но он не сможет принести воды, — пробормотал я. Чтобы не сойти с ума, занял себя делом — начал считать удары сердца любимой. Пока оно билось, у меня был хоть какой-то смысл. Представил сферу молочно-белого света, какую видел в каком-то фильме, подвесил её над головой хирурга. Силой мысли создал детскую ванночку, полную тёплой воды, и мягкие пелёнки.
Доктор воспользовался штативом, который я создал, подвесив на него пластиковый пакет. Иглой от системы проколол вену Ани, затем ввёл в пакет какой-то препарат.
— Теперь она будет спокойно спать и ничего не почувствует. Вы готовы? Сейчас будете принимать. Здесь нужна не только аккуратность, но и быстрота, чтобы ребёнку досталась минимальная доза анестетика. Итак, время!
Сквозь пелену слёз я видел абсолютно всё. Это не описать словами.
Раз — разрез острым скальпелем, два — готово. Держу окровавленного ребёнка. Доктор перевязывает пуповину, затем перерезает её, командует очистить младенцу дыхательные пути, и тут раздаётся крик малыша. Я в ступоре. Доктор напоминает, что малыша необходимо обмыть и завернуть. Я, словно робот, выполняю всё необходимое и тупо наблюдаю за тем, как доктор виртуозно накладывает шов, обрабатывает его и накладывает повязку. Вынимает иглу системы из вены. Забирает у меня ребёнка, понимая, что я туплю нещадно. Ребёнок орёт, как резанный, я же не слышу ничего. Ни крика малыша, ни слов доктора, только смотрю на Аню, понимая, что всё… конец… Теперь я могу подойти ближе. Смотрю на Анну и мысленно прощаюсь. Моя истинная душа уходит во сне… Прикасаюсь к волосам, поправляю, глажу их. Это не её волосы. Они некогда сияли и пахли ягодами и мёдом. Трогаю бледную синюшную кожу когда-то розовых щёчек, провожу пальцем вниз, к сладким устам, которые теперь сухи и тверды. Это не её образ. Это сделал с ней этот ужасный мир. Вспоминаю настоящий образ любимой, чтобы запомнить его навечно… 
 
Вдруг глаз вылавливает яркое сияние невдалеке, поворачиваюсь и вижу Анин оберег. Что-то манит меня к нему. Подхожу, поднимаю. Сияющий всем цветами радуги драгоценный камень проявился наяву и теперь виден обычным зрением. Видимо напитался магией до такой степени, что смог проявиться. Сжимаю его в кулак. Камень тёплый. Что-то подсказывает, что он должен быть с ней. Обвиваю серебряную цепочку с камнем вокруг тоненького запястья, и она начинает ощутимо вибрировать. Сжимаю маленькую ладошку в своей руке. 
— Любимая! — шепчу, — у нас родился сын. Спасибо тебе, родная моя! Он здоровый и сильный. Слышишь, с какой силой он кричит. Как мы его назовём? 
Она ничего не отвечает. Оберег вибрирует сильнее. 
Я понимаю, что всё это время продолжаю считать удары сердца. Один, два, тишина… ещё один… тишина. Удары сердца всё реже. Если бы я только мог вернуть её на Землю! Через пустоту вакуума Олесса не смогла бы тянуть из неё последнюю энергию, но это невыполнимо. Последнее существо, которое способно было её туда перенести, я своими руками убил. Да она бы и не согласилась, ведь жертва, которую она выбрала, должна быть принесена полностью. Правильно ли я поступил поддавшись ярости? Не знаю… но своим поступком я так же приблизил Анину смерть. 
Считаю каждый удар сердца. Такие редкие, угасающие. Вот ещё один удар сердца, еле слышный… потом ещё один…. тишина… Неужели это был последний? Неужели всё так закончится? 
— Аня, — сквозь слёзы шепчу, наклонившись над ней. — Я буду любить тебя вечно! 
Вдруг мне приходит в голову, что ребёнок орёт не просто так — он тоже хочет попрощаться! Мгновенно перемещаюсь к доктору, напугав его очередной раз. Забираю малыша и снова к Анюте. Провести с нею последние мгновения. 
— Это твоя мама, малыш, — говорю сквозь слёзы и кладу ребёнка на грудь к Анюте. Малыш начинает возиться причмокивая и затихает, обхватив ручонками свою мать. Доктор стоит поодаль наблюдая за прощанием… 
Малыш начинает хныкать видимо почувствовав рядом смерть, что его мамы больше нет. Потом начинает истошно кричать. Вибрация оберега раздражает. Вдруг своими глазами замечаю, как невероятный импульс энергии ребёнка направляется к матери, и к своему удивлению через секунду слышу ещё один удар сердца. 
Она жива!!! 
Ребёнок успокаивается — осторожно забираю его… 
Сразу после этого внезапно происходит хлопок.. затем разрыв пространства… и Анюта исчезает… вместе с ней оберег со вплавленным в него символом Олессы. 
Ребёнок заходится новым криком, доктор снова отбирает его у меня, а я без сил падаю туда, где только что лежала моя жена, чтобы впитать в себя последнее тепло, которое осталось от неё, и не сдерживаю своих слёз. 
Она спасена… 
Она в другом мире…