"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Пожалуйста, не уходи! — попросила, цепляясь за него, но он отцепил от себя мои руки.
— Подожди, я осмотрюсь, — сказал спокойным тоном. — Надо найти воду.
Там, где я сидела, было сухо, но мне была отвратительна сама мысль, что где-то здесь жил кровосос, и возможно, я сидела в его любимом месте. В полной темноте я ничего не могла разглядеть, но знала, что вампирской сущности темнота не препятствие, и Алекс мог прекрасно видеть. Я понимала, что он прав. Надо найти воду, иначе я умру от обезвоживания, но внезапно накатила такая тоска, словно он покинул меня навсегда. От него зависела моя жизнь в этом мире. Если он не захочет возиться со мной, я могла погибнуть за пару секунд. В этом умирающем мире человеку не выжить. Ни воды, ни еды, и ужасные монстры вокруг. Вглядываясь в темноту и прислушиваясь к шороху листьев на растениях, я совсем не услышала лёгких шагов.
— Идём со мной, — его голос прозвучал совсем рядом, и я вздрогнула, слепо озираясь в темноте. Он взял меня за руку и поднял, словно пушинку. Потянул за собой, и я пошла мелкими шажками, абсолютно ничего не видя в кромешной тьме.
— Здесь есть вода? — с надеждой спросила я.
— Да, я осмотрелся и среди кустарника нашёл небольшую ямку, в которой булькает совсем маленький родничок. От ямки вода тонкой струйкой протекает по песочному руслу, впитываясь в песок, и исчезает через пару метров, — его голос звучал так буднично и успокаивающе, что совсем не верилось, что незадолго до этого он испытывал дикую жажду.
— Её можно пить? — облизала губы в предвкушении.
— Да, вода вполне пригодна для питья. Можно пить, только не много. Мы пришли, — сказал и остановился, я по инерции сделала ещё шаг и споткнулась, но он не дал мне упасть, подхватив, впрочем как и всегда.
— Здесь можешь опуститься на колени.
— Я слышу журчание! — упав на колени, радостно прохрипела я и, протянув вперёд руку, пальцами коснулась мокрого песка.
— Наклонись и пей мелкими глотками.
Я набросилась на воду, как будто в последний раз. Не смущало даже то, что, возможно, вот так же лёжа, припав к маленькой лужице, пил тот одичавший вампир. Не мешал и хрустящий на зубах песок. Пила, пила и пила, пока меня не оттащили со словами:
— Хватит! Плохо будет! Потом попьёшь ещё.
Резко поднялась, зажмурившись от головокружения. По телу от головы до ног прошла прохладная умиротворяющая волна. Я одновременно почувствовала и лёгкость и радость, словно вода придала мне много сил. Через минуту вновь открыв глаза, обомлела, увидев исходящий от песка и от деревьев неясный голубой свет. Подумав, что меня посетили галлюцинации, протёрла руками глаза, но сияние не пропало. Посмотрела на Алекса. От него тоже исходило сияние, но оно было багровым. Моргнула, удивляясь возможностям своего мозга, и подняла перед глазами свои руки, переведя на них взгляд. Они тоже светились, но не таким багровым цветом, как тело Алекса, а еле заметным розовым. Оказалось, что по какой-то неведомой мне причине я тоже стала видеть в темноте, будто моё зрение переключилось в инфракрасный режим. Неживые предметы и растения светились голубым, живые были подсвечены красным, хотя это я могла проверить лишь на себе и Алексе. Я определённо зависла, залипая на сияние, и не верила собственным ощущениям.
— Что ты делаешь? — удивлённо спросил парень, увидев, что я оглядываюсь вокруг, смотрю на него и на свои руки.
— Я вижу сияние! — улыбнулась я.
— Какое сияние? — буднично спросил он, и я поняла, что он видит не так, как я.
— Все предметы вокруг сияют. Песок, родничок, вон те камни, — сказала я безошибочно указывая на парочку лежащих невдалеке валунов, — сияют голубым светом. А ты тёмно-красным.
— Неожиданно, — совсем не удивившись, сказал в ответ и умолк, наклонившись над водой.
Меня разморило от воды. Я откинулась на песок под сенью кустарника и следила за тем, как пил Алекс. Медленно, часто отрываясь от воды и к чему-то прислушиваясь. Возможно, он думал, что где-то в этих кустах прятался какой-нибудь тушканчик, которого можно употребить в пищу. Это вряд ли, конечно! Если в этом оазисе кто-то и жил, то пустынник должен был давно его съесть. При мысли о тушканчике в животе забурчало. Алекс, наконец, напился и просто, задумавшись, сидел с противоположной от меня стороны родничка.
 
Я очередной раз проверила все карманы, но такой уж я человек, что не любила таскать в карманах всякую дребедень, и они были совершенно пусты, даже платочка там не оказалось. Вот, в следующий раз, собираясь в другой мир, обязательно положу в карман печенюшек, и зеркальце, и гигиеническую помаду. Что-то, мои мысли потекли совсем не в то русло. Зачем мне зеркальце? Я наверно сейчас похожа на чучело. Слипшиеся ресницы, потрескавшиеся губы, спутанные волосы с забившейся в них пылью. Лучше на это не смотреть! А вот расчёска бы не помешала!
— Можно ещё, — сказал Алекс, и я снова бросилась к воде, но теперь старалась пить маленькими глоточками, смакуя каждую каплю.
Позже в голову пришло, что надо пользуясь случаем попытаться умыться и стереть пыль с тела, но не хотелось пачкать воду родничка. Потом, наконец, догадалась оторвать от футболки кусочек ткани, мучилась пыхтела, но ничего не выходило.
— Тебе помочь? Ты так пыхтишь, словно чайник.
— Хочу тряпочку намочить, чтобы протереть лицо, но оторвать не могу.
Он медленно подошёл, сел рядом, подцепил пальцами ткань у меня на животе и лёгким движением оторвал полоску вдоль живота, случайно коснувшись обнажённой кожи. Внутри животика кто-то тут же с энтузиазмом так неожиданно пнул, что я вздрогнула, едва не взвизгнув.
Алекс с недоумение некоторое время смотрел, потом сказал:
— Ты чего? Боишься меня?
— Нет. Это малыш пинается, — ответила, опустив глаза. И самой было интересно, боюсь ли.
Было ощущение, что у меня в мозгах какой-то перекос.
Или у меня синдром жертвы.
Чем больше было прецендентов, тем больше я хотела его оправдать, обелить перед собой же. Находила причины такому поведению, готова была простить за всё. Ну, не дурочка?
Только почему я бросилась за ним в арку портала? Я придумала множество причин, но единственная была верной.
Я боялась потерять его навсегда!
Мне хватило двух лет без него, мне хватило испытаний. Без него я ничто. Сломанная половинка. И только с ним я ощущала себя целой. Боялась ли я себя?
Говорят, люди не чувствуют истинности, притяжения пары, да и парой я была волку, которого больше нет. Дух волка покинул это совершенное тело, не выдержав соседства с вампирской сущностью.
Но я любила его в каждую секунду, в каждый момент жизни. Такого разного, но всё равно родного.
— Эй, ты где? — усмехнулся парень, и я подняла на него глаза.
— Что? — непонимающе спросила.
— Я спросил, как он? — повторил вопрос, указывая на выпирающий живот.
— В последнее время он очень тих, еле шевелится. Ему тоже тяжело переносить трудности. Вот впервые сегодня толкнулся.
— Малыш почувствовал во мне угрозу, когда я к тебе прикоснулся. Он считает меня врагом, — проговорил без эмоций, просто констатируя факт.
— Тогда тебе нужно с ним познакомиться, — предложила, а у самой аж сердце зашлось от жара. — Дай мне руку!
Алекс медленно протянул каменную ладонь, я схватила её и притянула к своему животу. Коснувшись обнажённой кожи, и сразу же получив ещё один пинок, парень дёрнулся, чтобы убрать ладонь, но я удержала, накрыв его руку своей ладошкой. Малышу это явно не понравилось, потому что он начал внутри применять не иначе как приёмы каратэ.
— Тише, тише, маленький. Не бойся. Это твой отец, — успокаивающе проговорила и в темноте увидела, как дрогнули ресницы на самых любимых в мире глазах.
Большая прохладная ладонь больше не казалась каменной. Она так бережно лежала на животе, словно оберегая малыша внутри него от опасностей. И малыш успокоился, обдав моё тело волной тепла, исходящей от живота. Такое маленькое чудо ещё не родившись, стремилось защитить свою мать. Ребёнок, услышав мои слова, что мне ничто не угрожает, словно понял, что наша с ним жизнь зависела только от одного существа в этом мире. Он снова затих, находясь в коконе рук его отца и матери.