"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
В воздухе пахло пряно, с легкой горчинкой, но аромат не вызывал ни тревоги у нашего чуткого робота, ни отторжения у нас самих — разве что Дик после первого же вдоха оглушительно чихнула, но впредь этого с ней не повторилось.
Стены были идеально гладкими — и слегка теплыми на ощупь. И, кстати, не совсем золотыми, как сперва казалось — попадались участки скорее желтые, оранжевые или красные, а изредка — даже белые или буро-коричневые. Но рассмотреть это нам удалось, лишь когда светило окончательно опустилось за горную гряду и сияние Пирамиды словно поворотом рубильника выключили. Менее величественно от этого сооружение, впрочем, смотреться не стало — скорее наоборот. Просто если раньше оно щедро делилось заемным светом, то теперь будто бы источало первозданную тьму — в первый момент я даже поежился, а Дик, вздрогнув, схватилась за рукоять бластера.
Попытка нашего робота просканировать стены Пирамиды не выявила внутри ни пустот, ни хотя бы разделения на более и менее плотные участки — сооружение являлось — или искусно притворялось — сплошным монолитом. На вопрос о материале стен дистанционный анализ ответа не дал, указав лишь на то, что перед нами металл, а взять образец у дрона не вышло — беспомощно искрошился прочнейший кобальтовый бур. Тоже своего рода красноречивый результат, кстати.
После этого Дик выдвинула идею аккуратненько подпалить Пирамиду из бластера. Я сперва не позволил, но, когда робот сломал и вольфрамовый скребок, на повторное предложение юнги согласился. Затея оказалась крайне неудачной: отразившись от грани, бластерный заряд огненным зайчиком проскакал по стене вверх, затем, резко развернувшись на полпути к вершине, устремился обратно и, наконец, распавшись надвое, одним сполохом ушел куда-то в небеса, а другим коротко ударил в землю, у самых ног Ксен.
— Шаккр! — запоздало отпрыгнула от взвившегося у мысов ее ботинок сизого дымка суперкарго.
— Ой! — втянула голову в плечи юнга.
— Вот тебе и «Ой!»! — хмыкнул я, пряча за насмешливым тоном свой испуг за чуть не подстреленную блондинку. — Пожалуй, больше никаких бластеров!
— Сразу убрала… — рукоять оружия юнги и впрямь уже снова торчала из кобуры.
Следующие несколько сотен ударов сердца мы не слишком осмысленно бродили вокруг Пирамиды, пытаясь высмотреть что-нибудь интересное в понемногу сгущавшихся сумерках.
— Вон, смотрите! — замерла вдруг Дик, показывая на стену дулах в пяти над собой. — Там что-то темное!
— Там все темное! — резонно заметила Ксен.
— Нет, не как все! Можно я залезу, посмотрю? Тут реально немного взобраться! — кивнула она на и в самом деле складывавшиеся в некое отдаленное подобие лестницы с разномастными ступенями грани Пирамиды.
— А не сорвешься? — с сомнением смерил я взором крутой подъем.
— Вот еще! В крайнем случае, вы меня внизу поймаете!.. Но не сорвусь, не сорвусь! — поспешно заверила она в ответ на мой хмурый взгляд. — Там просто на самом деле!
— Ну давай, только осторожно, — согласился я после некоторого размышления и действительно сделал шаг к стене — ловить, коли придется. — Только если увидишь что-то необычное — руки не суй! — строго проинструктировал уже цепко ухватившуюся за ребро нижней грани Пирамиды девочку. — Просто засними издали на СИК!
— Хорошо, — обещала та. И, оказавшись через полсотни ударов сердца в нужном месте — карабкалась по стене она и впрямь весьма ловко и уверенно — первым же делом потянулась куда-то в темноту, а затем и вовсе чуть ли туда не нырнула.
— Дик! — не удержался от встревоженного возгласа я.
— Все в порядке! — незамедлительно выпрямилась юнга. — Тут просто старое птичье гнездо! Или не птичье… Но гнездо! Из переплетенных веточек! Спустить его?
— Не трогай, только запечатли! — перевел дух я.
— Так я уже!
— Тогда спускайся!
— Иду!
Едва Дик снова оказалась внизу, наш незадачливый робот вдруг как-то нервно зашевелил своими куцыми антенками.
— Это еще что? — нахмурился я.
«Видимо,“Ева” вызывает», — подсказала мне Аран.
В подтверждение ее слов коммуникатор требовательно кольнул мой левый мизинец. Я привычно царапнул кольцо ногтем.
— М-ня, капитан! — тут же возникло передо мной изображение Уняйи. — Не знаю, что вы там такое сделали, но жители всех четырех человеческих поселений почти в полном составе снялись с мест и двинулись в направлении центра острова, м-ня! Синхронно, м-ня! При оружии и, похоже, с громкими песнями! М-ня, до Пирамиды им, конечно, еще идти и идти, но, наверное, будет лучше, если мы вас с тверди пока заберем! Что скажете, м-ня?
— Да, пожалуй, — кивнул я, недоумевая, что и как могло послужить сигналом к внезапному выступлению аборигенов в поход. Поползновения нашего робота? Выстрел Дик по Пирамиде? Ее короткое восхождение — может, девочка там какую скрытую кнопку случайно нажала, наступив? — Все равно мы тут пока только облизываемся ходим…
— М-ня, тогда мы опускаемся — в прежнюю точку, — доложила фелида — и отключилась.
Уже через четверть часа, за которые не произошло ровным счетом ничего достойного упоминания, я, Ксен и Дик снова были на борту «Евы».
27. Забавы молодых
Колонны туземцев двигались по острову с завидной для пешеходов скоростью, днем и ночью, лишь изредка останавливаясь на короткие, двух-трехчасовые привалы, но все же на преодоление пути от поселков до долины Пирамиды, у них ушло добрых двое суток. Если это местные так спешили покарать осквернителей своей граненой золотой святыни, то едва ли у них был реальный шанс застать негодяев на месте преступления — даже не окажись у тех в запасе звездолета! Так что не исключено, что массовое выступление колонистов в поход с нашим появлением на тверди совпало чисто случайно. Кто их знает: может, они каждую луну совершают подобные марш-броски?!
Естественных спутников, способных претендовать на это высокое звание — луны — у планеты, кстати, имелось целых три: один весьма крупный, два других помельче. Мы их внимательно обследовали — взявшись за это скорее от нечего делать: часами любоваться на мерно шагающих по тропам аборигенов, при всей экзотичности этого зрелища, нам достаточно быстро надоело. И на темной стороне одного из «младших братцев» обнаружили следы стоявшей там некогда базы. Просуществовавшей, похоже, не один десяток витков, но аккуратно эвакуированной еще в незапамятные времена. Чьей — неизвестно: определить принадлежность немногих забытых артефактов мы не сумели.
По-хорошему, неумолимо близился срок, когда нам уже стоило бы всерьез задуматься о возвращении в цивилизацию: память клиентке — Шинн Рор иль Дырр-Ау — Аран (моими, разумеется, руками) и Уняйя давно подчистили, не вечно же было «Еве» «гостить у мудрых фелид»! Но о том, чтобы улететь, так и не разобравшись с Пирамидой, речи у нас на борту даже не заходило. Другое дело, что мы понятия не имели, как подступиться к задаче — разве что обстрелять неуязвимый граненый колосс из корабельных орудий, но это, наверное, все же был бы крайний вариант. Оставалось надеяться на любезную подсказку от местных — не просто же так, в конце концов, те покинули свои поселения!
Никаких гарантий, впрочем, что колонисты не ограничатся под золотыми стенами каким-нибудь ритуальным танцем с бубнами (подобного рода музыкальные инструменты, к слову, мелькали как минимум в одной из двигавшихся к Пирамиде колонн) и, прославив таким образом, скажем, богиню урожая или, к примеру, великих предков-звездолетчиков, не уберутся восвояси, увы, не было и быть не могло.
И вот на закате второго дня похода четыре людские вереницы пестрыми змеями вползли в долину — строго с севера, востока, юга и запада… И вместо того, чтобы припасть наконец к вожделенным золотым граням, как по команде вдруг остановились где-то в килодуле от Пирамиды — и примерно в полутора килодулах от каждого из двух ближайших отрядов-соседей. Появились шатры (которых, кстати, на промежуточных стоянках не ставили, и вообще не очень понятно, как вручную дотащили элементы их конструкций), загорелись костры… К границам лагерей выдвинулись немногочисленные, но до зубов вооруженные — длинными копьями, луками, булавами и томагавками — дозоры, тогда как большинство колонистов, похоже, тупо отправилось на боковую. В общем-то и не удивительно: после столь напряженного перехода! Но раскрытие тайны Пирамиды (если таковое, конечно, в принципе планировалось), со всей очевидностью откладывалось минимум на утро — благо ночи в долине были нынче недолги.