"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Настя, это ты не поняла. – Флер добродушной матери слетел с графини, обнажая жесткую хищницу. – Мой сын тебя выбрал и полюбил. И ты выйдешь за него сегодня же! – Впилась острыми ногтями в кожу, причиняя боль. – Сама же потом спасибо скажешь.
– Нет! – вскрикнула вырываясь. Завязалась борьба. Я пыталась высвободиться, а графиня только сильнее царапала кожу ногтями.
– Что происходит? Дорогая, зачем ты мучаешь бедную девочку? – Появление еще одного гостя я, разумеется, пропустила. Его голос, волнующий и бархатистый, проникал в сознание, обволакивал мысли сладкой патокой и подчинял. – К чему ненужные ссоры накануне торжества? Женечка, отпусти девушку. Посмотри, какие ужасные следы ты оставила на коже! – Подошел к нам, с легкостью расцепил руки и подлечил царапины магическим импульсом исцеления. – Настенька, ты ведь хочешь выйти замуж за моего сына?
Я со всхлипом набрала полную грудь воздуха, собираясь твердо отстаивать свою позицию. Но замешкалась, потерявшись во взгляде водянистых глаз цвета жженого сахара.
– Хочу! – слетело с губ, вопреки моей воле.
  
Глава 23
 
– Вот и умница! – улыбнулся Алексей Карлович, гипнотизируя расчетливым ледяным взглядом. – К церемонии давно все готово. Идем, душа моя! – Галантно приложился губами к моей ладони, чтобы затем положить ее на сгиб собственного локтя. – Я отведу тебя к алтарю.
Ступая под руку с графом Зориным, я чувствовала, как он воздействует и контролирует каждый шаг, заставляя улыбаться и сильнее биться сердце. Тело практически не подчинялось мне, и только в глубине сознания билась мысль, что это неправильно.
Так не должно быть! Даже канцлеру не удалось прочесть мои мысли, пока я сама не открылась. Что же позволило Зорину взять надо мной контроль?
Ответ нашелся, когда мы замерли на вершине мраморной лестницы, а мужчина ободряюще похлопал меня по руке. Кровь! Графиня неспроста вонзила коготки в мою кожу! Алексей Карлович залечил ранки и магией собрал каждую капельку, проступившую сквозь тонкое кружево. Скосив глаза, потому что головой вертеть не получалось, я заметила проколы на ажурной ткани перчаток. Кровь послужила ключом к порабощению сознания.
Но граф еще не сталкивался с такими, как я! – Скривилась, завидев в конце лестницы усыпанную алыми лепестками дорожку к темному источнику, у которого замер в ожидании жених. – Я лучше погибну, чем стану марионеткой в руках последователей Темного ордена.
Граф контролировал часть моего сознания, нарочно или нет, давая понять, что сопротивляться бесполезно. Но что, если сознательная часть меня покинет тело? Граф Зорин – темный маг разума, но никак не некромант, способный управлять бездушной оболочкой. Мне бы только на мгновение перехватить контроль, а дальше я как-нибудь справлюсь.
Я смотрю на покатые ступени и никак не могу решиться. Затем перевожу взгляд на Костю, сияющего счастливой улыбкой, фальшиво улыбаюсь в ответ. Невольно отмечаю массивную чашу источника, над которой клубится черное марево, установленный перед источником плоский камень, пропитанный болью и страданиями жертв. Это место сочится гадкой энергией и никакими ухищрениями этого не скрыть.
Фальшь, принуждение и обман – вот цена великой любви. Меня не подкупить этим суррогатом! С силой смыкаю зубы на кончике языка. На глазах проступают слезы, рот наполняется кровью. Отрезвляющая боль пронзает до кончиков пальцев, и на миг ко мне возвращается контроль. Я отталкиваю графа и рывком устремляюсь вперед. Но длинный подол путает ноги. Шлейф натягивается, будто на него наступили сзади. Тонкая ткань не выдерживает и рвется, а я падаю и кубарем качусь по каменным ступенькам.
Нина говорила, что чувствует, когда с родными по крови происходит несчастье. Жаль, у меня не осталось при себе амулетов, и я не маг, чтобы отправить зов. Понятия не имею, как это делается. Но в миг, когда мир кувыркается и летит вверх ногами, мысленно кричу и зову на помощь… князя.
 
Острая боль пронзает висок, я слышу неприятный хруст и тут же с легкостью выскальзываю из собственного тела, освобождаясь от боли, оков чужой власти и страданий. Невидимым облачком воспаряю над фигурой в белом, распростершейся у подножия лестницы, с сожалением наблюдая, как из раны на голове струится кровь.
Костя спешит ко мне с выражением дикого ужаса на лице, и все равно не успевает.
– Ася, нет! – Падает на колени, не зная, с какой стороны прикоснуться. – Что ты наделал, отец? – Трясущимися пальцами дотрагивается до раны и с содроганием смотрит на кровь. – Помоги ей! Вылечи! Сделай, что-нибудь!
Граф спешит, едва не падая. Но ему проще, в брюках легче удержать равновесие, чем в жутко неудобном платье. Еще на подходе, Зорин-старший формирует целительское плетение и запускает в меня разрядами одно за другим. Проходит минута, еще одна, но никаких улучшений не происходит.
– Бесполезно, у нее сломана шея. – Алексей Карлович устало плюхается на ступеньку, широко расставляя ноги в тех самых сапогах из видения. Вот и нашелся таинственный хозяин купца Холзмана, установивший жертвенный алтарь в подвале под его домом. Кто бы только знал! – Мгновенная смерть, я бессилен что-либо исправить.
– Нет, нет, не может быть! Я не верю. Нет! Она не умерла. Не может умереть. Попробуй еще раз!  – Костя подхватил меня за плечи, прижал голову к себе, баюкая и покрывая поцелуями.
Осознание того, что я умерла, приходит не сразу. Ведь вот она я! Относительно живая, хоть и бестелесная. А тело? Его же можно восстановить, или уже нет? Странно наблюдать со стороны за попытками реанимации, за отчаянием жениха и неподдельным горем, с которым он не желает мириться. И за тем, как в его глазах вспыхивает безумная надежда.
– Я знаю, кто способен ее вернуть! Мама! Насте поможет только маг Жизни! Отец, мне срочно нужен портальный амулет.
– Костя, послушай. – Алексей Карлович с притворным сочувствием качает головой. – Вспомни, как тяжело Настя перенесла переход сюда. Магия жизни невозможна без магии света, а ее тело насквозь пропитано тьмой. Я же только что влил прорву темной энергии. После портала тело сгорит при первой же попытке вернуть его к жизни.
– Но я… я ведь могу привести маму сюда! Она не откажет. Не посмеет! Маг Жизни служит императору, а Настя – младшая из рода Забелиных.
– Опомнись, сын! Имперцам здесь делать нечего! Это место единственное скрыто от них так, что ни одно поисковое заклинание не сработает.
– Отец, я прошу! Ася нужна мне. Я без нее не смогу. Я должен все исправить. Вернуть ее. Ты не понимаешь…
– Это ты не понимаешь! – Граф поднялся, сверкая тьмой в глазах. – Источник важнее девчонки. Выбери себе любую другую и делай с ней, что заблагорассудится. А истинных мест силы, подобных этому, больше не существует.
– Плевать я хотел… – процедил Костя, но темный маг вытянул руку вперед, сжимая пальцами его горло.
– Думай, что говоришь и кому! Не вынуждай принимать крайние меры.
– Пошел ты! – прохрипел молодой человек, хватаясь за горло и расстегивая тесные пуговицы свадебного камзола. Но не за тем, чтобы свободнее вздохнуть, а, чтобы вытащить из внутреннего кармана жетон видока. – Идите вы все… во тьму!
– Не смей! – страшно кричит старший Зорин, хлестая предателя магией по горлу, будто острым ножом.
Булькая и захлебываясь кровью, Костя силится что-то сказать и не может. С ненавистью глядя на темника, он поднимает руку и стискивает жетон в кулаке так, что тот крошится на кусочки. Темный маг в бешенстве вонзает в тело жениха клинки, сформированные из чистой тьмы. Осколки амулета падают на пол, и Костя оседает следом, накрывая меня собой. Сил у парня еще хватает, чтобы показать человеку, который когда-то подарил ему жизнь, фигуру из приподнятого среднего пальца. Затем Костя подползает повыше, чтобы оказаться лицом к лицу со мной.