"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Я никогда тебя не оставлю, Асенька. Мы всегда будем вместе. – Ласково погладил по голове и поцеловал в макушку. – Расскажи, что случилось? Кто тебя обидел?
– Это Мара… – прошептала, уткнувшись лицом в рубашку Костика. – Она приходила. Я видела! И это не человек! Мара похожа на оживший ночной кошмар. До сих пор трясет, как вспомню ее взгляд.
– Ш-ш, все позади. – Костя принялся успокаивать, ласково поглаживая по волосам. – Ведьма тебя не тронет, я этого не допущу. Никто не тронет. Никому не позволю тебя обижать. Не плачь, Асенька, я рядом.
– Эй! Вы чего тут шумите? – сонно пробурчала Марфа. – Дайте поспать.
– Нет! Нельзя спать! Просыпайся! – обрадовалась подруге.
– Чего это? – спросонок, девушка не сразу вспомнила, о чем мы договаривались. Она сладко потянулась и зевнула, протирая глаза А потом вдруг увидела в комнате Костю, испуганно ойкнула, покраснела и натянула одеяло до подбородка. – Константин Алексеевич, а вы чего тут? Ася, ты плакала? Да что происходит?
– Марфуша, как я рада слышать твой голос. А девочки? Их тоже надо разбудить! – высвободилась из объятий парня и бросилась к ним, намереваясь растолкать.
– Постой! – Костя перехватил за руку. – Может, не нужно пока? Хотя бы Людмилу, пугливая слишком.
– Ты прав, Милке потом расскажем. – Кивнула и потрясла Григорьеву за плечо. – Даша, просыпайся!
– Что? Уже? Я же только прилегла! Еще пять минуточек, – пробормотала она, не размыкая глаз. – Может, без меня на зарядку сходите? А к завтраку ммм…
– Нет. Даш, мы не в гимназии. Поднимайся, пока Мара не утащила.
– Мара? Какая Мара? Не знаю никакой Мары. Я одним глазочком еще немножечко. – Растолкать Дарью с утра та еще проблема!
– Девочки, я не шучу! Просыпайтесь! Она приходила, я видела. Мара существует!
Не сразу, но слова достигли цели. Марфа, пока я тормошила другую подругу, снова задремала. А тут подскочила на месте, как ужаленная, мигом сон слетел.
– Шутишь? Не смешно, между прочим.
– Какие шутки! Я чуть с ума не сошла. Будила вас, но бесполезно. Потом слышу – половица скрипнула, ходит кто-то. Я свечку затушила и затаилась. А дверь сама вдруг открылась, и тварь вошла. Думала, сердце от страха остановится. Не знаю, зачем она приходила, но ничего не успела сделать. Костя внизу зашумел и этим отвлек Мару.  Она бросилась вон из комнаты, но на пороге обернулась, и тогда я ее рассмотрела.
– И что? Какая она? – шепотом спросила Дашка.
– В ней нет ничего человеческого. Мертвецы, и то краше бывают… – описала в двух словах детали, что врезались в память.
– Так, утром уезжаем! – тоном, не терпящим возражений, заявил Костя. – После пришлем сюда следователей, ищеек, тайную канцелярию – всех на ноги поставим. Главное – увезти вас в безопасное место. Асенька, ты до сих пор дрожишь.
Зорин укутал меня в одеяло, но зубы все равно отбивали дробь, а мышцы рук дрожали после перенапряжения.
– Марфа Ивановна, Дарья Игоревна, позаботьтесь об Асе, а я пока вниз спущусь, Нахлебова подниму. И закройтесь на задвижку. Я, как вернусь, постучу вот так. – Для примера отбил затейливый ритм по крышке сундука. – Не бойтесь. Мара приходит к спящим, если я правильно понял. Пока бодрствуете, вам ничего не грозит.
– А как же Зоя Матвеевна? – Вспомнила о воспитательнице.
– Сначала приведу Нахлебова, а потом схожу за ней. Не бросим, конечно, – согласился Зорин. – Но, если она уже под влиянием ведьмы? Тогда Панфилова будет препятствовать отъезду и представлять опасность для всех.
Марфа быстрее пришла в себя и, когда Костя ушел, заперла дверь. Для надежности еще стулом подперла, потому что засов для Мары не преграда, как оказалось. Пока наш защитник отсутствовал, мы спешно оделись и растолкали Милу. Узнав последние новости, мелкая затряслась, как осиновый лист.
– Я знала! Знала, что нельзя засыпать! Боже, я теперь не усну – бояться буду, – запричитала она.
– Девочки, мы что-нибудь придумаем. – Сказала скорее для себя, чем для них. – В записке сказано… а где она?
Я помнила, как достала листочек, чтобы показать подругам. Первой прочитала Мила. Дашка уже видела текст, поэтому бумажка перекочевала к Марфе. А вот она, кажется, так и не отдала.
 
– Марфуш, а где записка? Куда положила?
– Я? – Удивленно вытаращилась девушка. – Никуда. Не помню. Тебе отдала.
Мы обыскали вещи, перетряхнули постель, но записка бесследно исчезла.
– Кто-нибудь помнит, что там написано? – Обвела девчонок взглядом.
– Только общий смысл. – Григорьева виновато пожала плечами. – Там упоминалось, что ночью она спит беспробудным сном. И во сне нельзя трогать, иначе вернется и отомстит. А вот днем можно поймать ведьму и сжечь.
– Жечь никого не будем! – Я поежилась, припоминая запах гари в подвале купца Холзмана. – Мы не звери, чтобы так с живым человеком обходиться. Костя прав! Уедем в безопасное место, а дальше пусть полиция разбирается.
Через десять минут вернулся Костя. Один, что странно, без Тараса Григорьевича.
А где? – Уставилась на него с немым вопросом в глазах.
– До рассвета еще пару часов. Вот и предложил чайку крепкого заварить для бодрости. Подойдет скоро.
– Это он вовремя придумал, – поддержала идею. – Так, что решим с Зоей Матвеевной?
– Схожу. – Зорин вздохнул. – Но что-то подсказывает, не поддержит она столь поспешный отъезд.
В дверь постучали. Я невольно вздрогнула, а девчонки затаились испуганно. Вроде не страшно нам вместе, Мара вряд ли сюда сунется, а тревожно вдруг сделалось.
– Не бойтесь! Это же Тарас Григорьевич, – успокоил наш защитник и отправился открывать.
Снаружи действительно оказался охранник с подносом в руках, заставленным чашками, заварником с дымящимся чаем, вчерашними пирогами.
– Доброго здоровьица, барышни, – Нахлебов осторожно переступил порог и бочком протиснулся в дверной проем. – Решил чайком вас побаловать. Глядишь, быстрее скоротаем время до рассвета.
Подружки засуетились, накрывая импровизированный стол, повеселели. Тарас Григорьевич оказался прав, что переключил внимание на знакомые приятные вещи. Могут ведь некоторые мужчины одним присутствием внушать уверенность, что все будет хорошо. Я тоже соблазнилась кружкой горячего напитка.
– Вижу, вы теперь в надежных руках. Справитесь без меня? – спросил Костя.
– Да, – кивнула, с тревогой глядя на парня. – Возвращайся побыстрее и не рискуй без необходимости. Если заперто изнутри, или спят крепко, что не добудиться, уходи. А, хочешь, с тобой пойду? Скажу, что снова услышала, как кто-то ходит по дому, испугалась и позвала тебя.
– Не боишься больше?
– Боюсь. – Со вздохом отхлебнула из кружки, ощущая, как обжигающая жидкость проникает внутрь и расползается по телу блаженным теплом. – Но ведь это мой дом. Я привела гостей, не зная, чего ожидать. Значит, в ответе за происходящее.
– Я тут пока ходил, обдумал сложившуюся ситуацию и считаю, опасаться нечего. Мы спугнули тварь, и она теперь затаится, если у нее в башке сохранилась хоть капля мозгов. Да, ты увидела что-то, выбивающееся за рамки привычного. Но кто подтвердит следователю, что это не ночной кошмар? Мало ли чего в темноте привиделось? Зачастую, чудовищ порождает наш разум. Я тебе верю, но и противника нельзя недооценивать. Мара же не вчера появилась и давно научилась заметать следы.
С выводами Кости, скрепя сердце, согласилась. С той частью, где подразумевалось, как сложно будет убедить скептически настроенных людей, что жуткая тварь не плод разгулявшейся фантазии. Может, это связано с возвращением памяти? В детстве мы часто боимся монстров, прячущихся под кроватью. Что, если это детские страхи сыграли дурную шутку? Эмоции уже улеглись, образы потускнели и, глядя на повеселевших подруг, ночное приключение уже не казалось таким ужасным.
А как объяснить видения прошлого, что приснились Дашке? Так, она же самая сильная из нас! Не зря видоки носят перчатки. Не потому, чтобы оградить окружающих от вмешательства в личную жизнь, а, чтобы самим защититься от чужих ненужных тайн.