"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Между прочим, мы из-за тебя представление пропустили. Со столов угощение в миг размели, нам ничего не досталось, – насупилась Дашка. – И замерзли, к тому же!
– Ага! – поддакнула Марфа.
– Так, идемте греться! Тарас Григорьевич, где тут можно чаю горячего попить?  С баранками?
– Вам бы, барышни, чего посущественней, а не то заболеете, – хмыкнул городовой. – Знаю тут одно место, где отличный взвар подают. И перекусить можно недорого.
– Ведите же скорей! – простучала зубами Григорьева.
Нахлебов привел нас в трактир на соседней улице, располагающийся в полуподвальном помещении жилого дома. Мы слегка оробели, прежде никогда не бывавшие в подобных заведениях. Уместно ли молодым барышням посещать злачные места?
– Вы не переживайте! – предупредил мужчина. – Это приличный трактир. Здесь все наши столуются, до Управы дворами идти недалеко. Хозяин из отставников, цены не завышает, внутри чисто и опрятно. И посетители такие, что в обиду никому не дадут.
Народу в этот час в зале оказалось немного и, как предупреждал Нахлебов, все из полицейской Управы, среди которых парочка гражданских затесалась. Вопреки опасениям, никто осуждающе не пялился и пальцем не показывал.
– Эк, Тарас Григорьевич, с каким цветником ты нынче пожаловал! – позавидовал хозяин – подтянутый мужчина в белом фартуке, повязанном поверх старой солдатской формы без знаков отличий. Заметив у нас перчатки с опознавательными рунами, мужчина с пониманием кивнул. – С порядками новые кадры знакомишь? Вижу, в будущем барышни пополнят состав нашего Управления?
– Все-то ты замечаешь, Василь Егорович, – хмыкнул наш сопровождающий. – Будь добр, организуй стол и накорми девиц, а то проголодались на свежем воздухе. И взвару подай, чтоб согреться.
Нам указали на дальний столик и, пока мы раздевались и рассаживались, расторопный мальчишка приволок чайник, из носика которого поднимался парок. Подавальщик ловко разлил по чашкам дымящийся напиток, источающий приятный аромат. Пить невозможно, так обжигает, но погреть замерзшие руки об чашку – блаженство. На пару минут мы синхронно зависли в медитативной позе с одинаковыми восторженными лицами. А с первым же глотком по телу разлилось приятное тепло, оставляя во рту приятное медово-травяное послевкусие.
– Ммм, божественный напиток! – оценила Дарья, поглядывая по сторонам слегка осоловелым взглядом.
– Поддерживаю, – промурчала Милка сонным голоском.
После стылой улицы нас разморило в тепле, а когда еще и накормили до отвала, захотелось прикорнуть на лавочке и поспать часок другой. Но неприлично же. Вот и сидели за столом, клевали носом. Однако стоило вспомнить, что на вечер мы приглашены в театр, как сон моментально слетел. Девчонки оживились, засобирались, принялись обсуждать афишу, которую видели по дороге.
Вернувшись на площадь, где празднование только набирало обороты, присоединились к основному составу группы. Пока подруги делились впечатлениями, Зоя Матвеевна отозвала меня в сторонку и отчитала за своеволие.
– Но я ведь помогла и ничего дурного не сделала! Признаю, что неправильно поступила, не спросив разрешения. Так, я же хотела, как лучше!
– Настя, твое рвение понятно, однако нельзя бездумно бросаться в омут с головой. У тебя мало опыта, чтобы объективно оценить риски. С некоторыми преступлениями даже опытные видоки не связываются. И не из брезгливости или нежелания помочь, а из чувства самосохранения. Убийство в доме Холзмана поначалу тоже казалось простым, а в итоге мы потеряли двух учеников. Я уж не говорю, что головой отвечаю за каждую из вас.
– Простите, пожалуйста! – Смущенно потупилась. – Поверьте, я только хотела помочь и не подумала о последствиях.
– Знаю. – Воспитательница вздохнула. – Молодости свойственно ошибаться и совершать неразумные поступки. Тебе повезло, что обошлось без происшествий. Впредь постарайся трезво оценивать собственные силы и не забывай о людях, которые от тебя зависят.
– Вы доложите Демиду Ивановичу? Меня накажут? – За проявленным пониманием проскальзывала мысль о неотвратимости наказания.
 
– Доложить придется, ведь ты участвовала в расследовании. Каждый такой случай фиксируется и заносится в личное дело. Однако в отчете будет указано, что ты приступила к работе, согласовав участие со мной.
– Правда? – Я вспыхнула радостью и в порыве чувств схватила женщину за руки. – Спасибо вам огромное!
– Это не мне, а кавалеру своему спасибо скажи. – Зоя Матвеевна улыбнулась кончиками губ. – Я люблю театр. Мечтала посмотреть спектакль из ложи, а не из партера. И девочки тоже будут рады, они заслужили развлечение.
– О! – Глаза сами собой округлились. – Но Костя не мой кавалер.
– Костя? – Женщина скопировала интонацию. – Конечно!
– Константин Алексеевич, – исправилась я, чувствуя, как заалели уши. – Это проявление дружбы, не более. К тому же, он ведь всех пригласил.
– Да, но пригласил из-за тебя, – с легкостью отмела аргументы Панфилова. – Перспективный молодой человек. Может, обратишь на него внимание?
– Я как-то не задумывалась над этим. – К алеющим ушам прибавились пунцовые щеки. – Рано, да и, вообще…
– Ничуть не рано. Тебе скоро восемнадцать, а этот тот возраст, когда маги вступают в браки, а неодаренные уже с детишками нянчатся. При твоей профессии сложно будет найти пару. Большая удача встретить человека понимающего, разделяющего взгляды. А у видоков с этим проблема, поэтому я буду рада, если у вас сложится, и ты обретешь счастье. Обычно оно слишком короткое и мимолетное, чтобы успеть им насладиться, но это будет тот крепкий якорь, что спасет тебя однажды.
  
Глава 7
 
Слова Панфиловой заставили задуматься и присмотреться к Зорину внимательнее. Приятный молодой человек, обеспеченный, жизнерадостный, что среди видоков редкость. Из моих подруг только у Милки сохранилась привычка просыпаться с улыбкой на лице. Дашка поспать подольше любит, и для нее ранний подъем – ежедневная борьба с собой и сном. Марфа в любое время суток мало улыбается, не ожидая от жизни ничего хорошего.
Мда, из нас готовят видоков. Ежедневно рассказывают о преступлениях, учат психологии, основам криминалистики, математике и истории. Крестьянские дети быстрее взрослеют – это факт, но недомаги чаще других сталкиваются с жестокостью и несправедливостью, поэтому рано теряют веру в людей и превращаются в прожженных циников.
Однако это не повод бросаться в объятия первого, кто обратил на меня внимание. Костя – замечательный друг, отзывчивый товарищ, душа компании. С ним легко и интересно, но этого недостаточно, чтобы вспыхнули чувства. Возможно, если мы узнаем друг друга лучше, что-то и получится, а пока рано об этом даже думать.
Вечер ожидаемо пролетел на одном дыхании. Большой театр встретил сияющий огнями и блеском дворцового интерьера. Нарядные дамы с кавалерами, восторженные глаза девчонок, рассматривающих окружающее великолепие с открытыми ртами – все это слилось в калейдоскоп счастливых впечатлений, подаренных господином Зориным. Уже за одно это я была благодарна и поэтому не отдернула руку, когда парень накрыл ее ладонью во время представления.
После спектакля, когда Костя доставил нас в гимназию, Зоя Матвеевна любезно дала минутку попрощаться. Молодой человек вновь завладел моей ладошкой, на этот раз приложившись к ней поцелуем. Даже сквозь плотную ткань перчаток я ощутила жар его губ.
– Настенька, мы увидимся завтра?
– Константин Алексеевич, я…
– Настя, мы же договорились! – перебил возмущенно. – Называй по имени, пожалуйста. Мне так нравится, как ты его произносишь.
– Костя… – Смутил, зараза, лукавым взглядом и милой улыбкой. Но до чего же приятно, когда он так смотрит! – Кхм! – одернула себя, что не стоит поддаваться на лесть и комплименты, если за ними нет серьезных намерений. – К сожалению, ничего не получится. Раз уж выдались незапланированные каникулы, я бы хотела съездить домой. Возможно, родные места помогут вспомнить прошлое.