"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Я? Это когда я от компании отказывалась? – удивилась княжна. – Ты вон целыми днями где-то пропадаешь, потом сваливаешься на голову с ворохом проблем, быстренько их решаешь и исчезаешь в поисках новых.
– Эмм, – виновато потупилась. – Ну, что я могу с этим поделать? Кто бы знал, как я хочу просто учиться и не задумываться ни о чем другом! Но я теперь глава рода, и на мне лежит ответственность за людей.
– Вот-вот! Надо уже что-то делать с этой ответственностью, – пробурчала подруга. – А то так жизнь пролетит, не заметишь.
– И я тебя тоже люблю! – Подошла к девушке и крепко ее обняла. – Присмотри за Ириной, а то еще наделает глупостей.
– Куда ж я денусь? Но и ты там не рискуй сильно и возвращайся поскорее. – Ольга в ответ чмокнула меня в щеку на прощание и добавила ехидно. – Мне тебя очень не хватает на утренних тренировках у господина Чернецкого.
– Ну, так у нас скоро ожидается пополнение состава. Ир, ты же собираешься посещать факультатив по мечному бою?
– А? – Пока мы болтали, Кочеткова притулилась у стеночки и задремала. – Собираюсь, конечно. Вот только экзамены сдам, и сразу приступлю к занятиям. – Девушка широко зевнула, прикрыв ладошкой рот, и сонно посмотрела на нас. – Где тут ванная комната? Я бы освежилась перед сном. И мне бы еще во что-нибудь переодеться?
Я молча подошла к шкафу, достала сорочку, банный халат, полотенце из собственных запасов. Учитывая, что я частенько ночевала дома, то этими вещами не пользовалась. Размер только маловат. Но не критично, если одежда для сна будет чуточку короче принятых стандартов.
– Вот! – вручила вещи Ирине. – Оставишь себе, я не обеднею.
– Все! Иди уже, благодетельница! – фыркнула Орлова. – Мы тут дальше сами разберемся.
Прежде, чем отправиться домой, заскочила на Егоркин чердак, где меня дожидался Ванька. И уже вместе с ним переместилась в особняк. Алим вызвал двух ушлых адвокатов, которые только и ждали отмашки, чтобы вцепиться в господина Преображенского бульдожьей хваткой. Пока они сдерживали прыть из-за невыгодной позиции, в которой оказался Ромка. Поступал он в академию под фамилией Гладьев, как простолюдин. А набил морду цельному графу! С другой стороны, в академии нет титулов – студенты равны между собой. И все же некоторые ровнее, это приходилось учитывать.
Просмотр событий глазами Кочетковой оставил гнилостный осадок. Шереметьев без прикрас описал судьбу одаренных, присягнувших на верность сюзерену. Мужчины клялись служить князю и выполнять приказы, а женщины соглашались на роль прислуги или племенных кобыл. Воспитывать собственных магов выгодно, ведь они будут повязаны клятвами и не уйдут на сторону. Для Ирины возможность стать боевым магом – шанс на лучшее будущее. Каждый род придерживался подобной политики, но не каждый глава обращался с людьми, как со скотом. К сожалению, Евгений был прекрасно осведомлен, что у Ирины и ее сестры разные отцы, а младшая девочка родилась вне брака. Выставлять эти подробности на разбирательстве, означало еще раз вывалять имя Кочетковых в грязи.
– Нужно найти другое решение, – высказался Полозьев-старший, за которым я смоталась в Каменную падь. – Раз внук за Ирину заступился, значит, достойная девушка.
– Но эта запись избавит Варфоломея Никитича от серьезных обвинений, – возразил адвокат. Алим вместо ответа недоуменно повел бровью, и тот сразу же исправился. – Понятно, поищем другие варианты. Позвольте уточнить тогда, к какому сословию принадлежит молодой человек?
– Полозьевы из рабочих людей вышли, – ответил Савва Никитич, – дворянство ненаследное удалось получить. Но теперь и рода, как такового, не существует, так что…
– Отчего же? – резонно возразила я. – Забелины – древняя фамилия, хоть и в медную книгу записана. Официальная церемония принятия в род для Ромки не проводилась по иным соображениям, но упущение легко исправить. Теперь это даже необходимо сделать, чтобы брата защищало не только имя, но и магия рода.
– Нина, а ты сможешь ненадолго вытащить нашего гения из карцера? – уточнил Алим.
 
– Эмм, почему нет? Не знаю только, насколько плотно следят за пленниками. И нет ли в камере магических сигналок, сообщающих, что обитатель его покинул.
– Если такие и есть, то их наверняка можно обойти. Ромка справится! – с жаром заверил артефактор. – На крайний случай, место внука займет кто-нибудь другой. – Мужчина выразительно посмотрел на Ивана.
– Согласен! – не моргнув глазом, тут же ответил парень.
– Тогда идем в лабораторию, наложу иллюзию, да и из одежки чего-нибудь подберу, – Полозьев вскочил с кресла и рванул к двери.
– Подождите! Принятие в род не означает автоматическое получение дворянства. Для этого потребуются подтверждающие документы из Дворянского приказа, внесение в реестр и прочие бюрократические заморочки, которые не решишь за один день. Вспомните, сколько пришлось обойти инстанций, чтобы восстановить меня в правах наследования! А результат нужен утром, Шереметьевы ждать не будут.
– Что же, господа, – Алим выразительно посмотрел на адвокатов, – Наами права. Поэтому готовьтесь вызволять из карцера княжича Полозьева-Леви.
– Алим Осипович! Да как же это? Такая честь! – заохал Савва Никитич, хватаясь за сердце. – Неужели сделаете Ромку князем?
– А чем он не князь, раз Наами кровным братом приходится, а она мне кровной сестрой? Мы давно уже породнились, только повода официально оформить это не находилось, – ответил ашкеназец. – Вы тоже собирайтесь, если не возражаете стать частью ашкеназского народа.
– Да я… – расчувствовался артефактор. – Я мигом! Уже собран. Такая честь! Не думал уже на старости лет сподобиться.
– Спасибо! – просияла лучезарной улыбкой и подошла к Алиму. Обняла его, прижавшись к груди. – Спасибо за все, что делаешь для нас, для семьи.
– Иван Игнатьевич, пойдемте же скорее, – Полозьев сразу повеселел, заторопился.
Не размыкая объятий, я посмотрела на парня, который не спешил отзываться на приглашение. Ванька, прищурившись, глядел на меня и Алима. Когда наши взгляды встретились, парень отмер и размашистым шагом направился к выходу. Старший Полозьев, пританцовывая, поспешил следом за ним.
– Мне необходимо переодеться, – отстранилась от мужчины, испытывая неловкость в первую очередь перед ним.
– А мне – связаться с поверенным в Вене, – ашкеназец с грустным вздохом выпустил меня из рук.
Помощников князя разместили в специальном кабинете, где они работали во внеурочное время. К их услугам были курьеры, магпочта и слуги, готовые выполнить любой приказ. Я отправилась к себе, где посетила ванную комнату и переоделась в дорожный костюм. Спрашивается, когда тут учиться, если каждую ночь приходится решать жизненно важные дела?
Вернувшись в гостиную, я оторопела, наткнувшись на обоих Полозьевых, мирно беседующих за чашкой чая. Только потом сообразила, что в кресле слева сидит не брат, а Иван, примеривший иллюзию друга.
– Поразительно! – Подошла к парню, чтобы убедиться, он ли это или Варфоломей чудесным образом оказался дома. Для достоверности даже потрогала «Ромкино» лицо, пропустила сквозь пальцы прядку волос. Ощущения натуралистические, если не знать, что за иллюзией скрывается другой человек. – Савва Никитич, неужели такое возможно? Он же, как настоящий!
Я присмотрелась особенным взглядом. Фигура молодого человека сияла, окутанная голубоватыми плетениями. Внешний облик мерцал, изредка проступая сквозь иллюзорный подлинными чертами. Чтобы распознать обманку, потребуется поднапрячь магическое зрение. Сложно, но осуществимо, когда знаешь, чего ожидать. Я запомнила, как выглядит иллюзия, если вдруг кто-то додумается ее использовать против нас.
Процесс замены оригинала подделкой прошел, как по маслу. Мы с Иваном вернулись в академию, пешком добрались до здания, где обустроили карцер. Ромку я отыскала по нашей связи. Затем, окутавшись щитами и «отводом глаз», вместе с Ванькой переместилась к нему. Брат не спал. Усевшись по-турецки на холодном полу, медитировал. Очень удивился нашему появлению в узком каменном мешке. Тесновато там для троих.