"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Неужели темники и сюда добрались?
Поделившись подозрениями с Ромкой, принялась искать источник темной энергии. Именно он отравлял жизнь Мессалине и тянул из нее силы. Находка ожидала меня под кроватью, которую я подняла в воздух, облегчив вес. Так было проще осмотреть дальние углы. И без этого действия мы бы вряд ли нашли причину так быстро. Темную печать выжгли на деревянном основании спального места и пропитали кровью. На ножках красовались печати сокрытия, благодаря которым никто не обнаружил бы символику темного ордена еще очень долго.
Самое интересное, что и под кроватью Ирины обнаружились точно такие же знаки. Однако девушка не выглядела изможденной или сколько-нибудь уставшей, будто бы регулярно подпитывалась чужой энергией. И знаки на печатях это подтверждали! Не зря я взяла с собой Ромку. В плену у темников он навидался всякого и ненавидел тварей всей душой. А еще артефактор понимал значение проклятых рун и разбирался в этом, как никто другой.
– Возраст печатей от десяти до пятнадцати лет, – проделав нехитрые манипуляции, определил Полозьев. – Они действуют сами по себе и вытягивают энергию из попавшего в зону действия человека. Однако печатями можно управлять и при желании опустошить жертву за считанные часы. Я вижу руны передачи силы, но не наблюдаю накопителя.
– И что это значит? На территории академии орудует темный мастер? – нервно поежилась, ситуация из ряда вон выходящая.
– Все куда серьезнее, – парень этого не показывал, но его пронизывали панические волны страха. – Скорее всего, поблизости расположен алтарь, куда стекается сила одаренных.
– Серьезно? И это в столице Московского княжества? В кузнице кадров по борьбе с темным орденом? – до печенок пробрало ужасом от наглости темных тварей. – В голове не укладывается, как такое возможно? А Ирина, неужели она заодно с орденом? Неужели я сама невольно поспособствовала планам темников? Кочеткова ведь связана с Шумскими, а мы ведь недавно…
Вспомнилась фабрика в Юрьевске и взрыв, в котором враги уничтожили следы черной деятельности. Расследование тогда передали в руки Стужева, но он вряд ли поделится результатами. И вот теперь нашлась новая ниточка, ведущая к семье врага.
– Необязательно, – Варфоломей покачал головой. – Темники могли использовать Ирину втемную, извини за каламбур.
 Любая из печатей способна отнимать и отдавать энергию. Вспомни, когда мы впервые попали в комнату, Кочеткова оставила выбор кроватей за Мессалиной.
– И Месс выбрала место у окна – логично, – не приняла аргумент брата. – А что, если отследить, куда стекается отнятая у магов энергия?
– Невозможно, – Варфоломей задумчиво почесал затылок. – Полагаю, сбор происходит тайно и в такое время, чтобы никто этого не понял. Скорее всего, ночью, когда ученики спят.
– И что будем делать? Нужно убрать это с кровати Мессалины, пока не стало поздно!
– Нет! – остановил меня артефактор. – Ничего трогать не советую. Я не настолько силен в символике темных. Есть в печатях пара непонятных моментов. Наверняка, тут стоит защита от случайного обнаружения. Если вмешаешься, темники непременно узнают об этом и затаятся. Так мы только навлечем неприятности на Мессалину.
– Алиму необходимо сказать. И Стужеву-старшему, – произнесла упрямо. – Дело слишком серьезное, чтобы справиться в одиночку. И проверим наши комнаты! Вдруг и там стоят темные печати?
– Насчет проверить, ты права, – закивал парень, перерисовывая рисунки к себе в тетрадку, – но болтать о находке, считаю, рано. Неизвестно, кто окажется в пособниках у темников. Чем меньше людей знает об этом, тем безопаснее для нас.
– Хорошо, – согласилась с доводами Варфоломея. – Но Алиму я непременно расскажу, как только вернусь к себе. Пойдешь со мной? Хочу наведаться в имение, я теперь даже магической почте не доверяю.
  
Глава 19
 
На обратном пути я сначала открыла тропу к Ромке, чтобы проверить наличие печатей на его кровати. Едва увидев зловещие символы, брат аж затрясся от злости и негодования.
 
– Как я упустил такое из виду? Как не почувствовал дряной магии? – взорвался эмоциями и в сердцах ударил кулаком по столу, оставив вмятину. – Эта мерзость находилась тут с самого начала, а я даже не подозревал…
– Ну… – я оглядела мальчишескую комнату и не заметила сколько-нибудь значимых отличий от женской. Разве беспорядка чуть больше обычного и косметические средства не стоят на каждой полочке. Однако присутствовало тут кое-что еще, о чем я тут же сообщила брату. –  Возможно, ты не почувствовал печать и отток сил, потому что с самого начала защитил себя от губительного воздействия?
Если взглянуть на помещение магическим зрением, то его опутывали рунные цепочки древних, спасающие Варфоломея от всех опасностей разом. Видно, и от откачивания жизненной энергии артефактор закрылся, не подозревая об этом.
Взгляд Варфоломея посветлел. Парень задумался.
– Я не могу вспомнить, чтобы чувствовал слабость или же меня преследовали неприятности. Только в самом начале испытывал некоторый дискомфорт, но тогда я списал это на волнение и адаптацию к переменам в жизни. Помню, пять ночей подряд усыплял соседа, чтобы установить защиту. А вот Женька тогда сам не свой ходил, на головную боль жаловался и усталость. Но я думал, это сонное заклинание дает такой эффект, а на самом деле вон откуда грозила беда.
– Мерзко все это, – поморщилась, – выходит, ты соседа своего спас. Скорее всего, и в моей комнате найдем нечто подобное, – предположила я и оказалась права.
На защиту, которую устанавливал для себя на первом курсе, Ромка потратил неделю. У меня же управился за один день еще до начала занятий, но эффект оказался тот же самый. Древние руны ашкенацзев нейтрализовывали действие темных печатей и препятствовали откачиванию силы. Вопрос в другом, что темники предпринимают, когда их ловушки не срабатывают?
Самостоятельно найти ответы мы, конечно же, не смогли и отправились за помощью к самому умному человеку, которого я знала. Предварительно уточнив, где Алим находился, я открыла тропу в Левино, куда помощник улетел по делам.
– Нина! – брат крепко обнял меня при встрече. – Неужели так быстро соскучилась? Всего-то неделя прошла.
– Соскучилась, конечно! Как ты мог усомниться? – чмокнула Алима в щеку. – А еще у нас возникли серьезные проблемы. Не знаю даже с чего начать.
– А пусть Варфоломей Никитич начнет, – кивнул ашкеназец в сторону нашего кровного родственника. – Раз уж молодой гений не нашел ответа, значит, произошло нечто из ряда вон выходящее. Я прав? Что на этот раз? Снова Шумская воду мутит?
– Не знаю, замешана ли тут Агнияра, но вот один нехороший орден отметился, – протянула Алиму кристалл с нашей ссорой во время свидания со Стужевым, и запись обследования комнаты Мессалины.
Мысли открывать Алиму не стала, невольно злилась, что он утаил информацию об Иване. Впрочем, заметив парня на записи, князь и без слов сообразил, почему я дуюсь на него. Однако, как и я, оставил этот вопрос на потом. Куда важнее была проблема с печатями и самим фактом, что темники обосновались в МАМе.
– Проклятье! – просмотрев записи, брат задумался. – Вы правильно сделали, что не стали ничего трогать и пришли сразу ко мне. Ром, вспомни, происходили ли на первом курсе подобные случаи? Кто-то жаловался на слабость? Становился магнитом для неприятностей? И чем это в итоге закончилось?
– Так сразу и не скажу, – Варфоломей закатил глаза вверх и почесал макушку, – я ведь и сам спал урывками, стараясь везде успеть. Все первокурсники были похожи на сомнамбул. Хотя… Журавлев Сергей, например, еле прошел вступительные испытания. Два месяца его фамилия висела в конце рейтингового списка, а потом парня будто подменили. Успевать в учебе стал, и магических сил резко прибавилось. Мы спрашивали, в чем причина, а тот отшучивался. Мол, дар в полную силу раскрылся. Для этого он в долги влез и теперь отрабатывать будет до самой смерти.