"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Усилив бросок магическим импульсом, метнула нож в противника. Его воздушный щит лопнул, потому что не был рассчитан на физическое давление. Лезвие по рукоять вошло в грудную клетку мужчины. Он дернулся, зашипев от боли, но заклинание удержал. Более того, маг активировал плетение. Дальше от исполнителя ничего не зависело. Ну и пусть! Я вспыхнула, окутываясь гудящим пламенем. Щелкнула воздушным кнутом, который издали легко принять за огненный, потому что он стал продолжением руки, выпростанной в броске. Рывком вышвырнула преподавателя подальше от безопасного клочка земли и заняла его, прикрываясь огненным щитом. В это время под куполом набухли огненные цветы, раскрылись и вспыхнули, обрушиваясь проливным дождем.
На пару минут пламя скрыло от зрителей происходящее внутри арены. Я активировала родовой щит, продолжая удерживать мага огненным захлестом кнута, разрушающим его защиту. Рана у прихлебателя Шумского не смертельная, маг давно избавился от ножа, откинув его в сторону. Однако чужая кровь в умелых руках превращается в грозное оружие против ее обладателя. Я лишила экзаменатора возможности сопротивляться. Заставила подлеца на собственной шкуре испытать жуткую боль, что пережили недавно девчонки, и обрекла на участь, уготованную персонально для меня. Жуткий вой потонул в ревущем буйстве стихии. Запах горелой плоти пропитал каждую клетку, выворачивая желудок наизнанку.
Дальше предстояло замести следы и пережить парочку неприятных моментов. Как только огненный дождь стал угасать, сознательно убрала щит и позволила нескольким каплям попасть на тело. До крови закусила губу, сдерживая рвущийся наружу крик. Болевой шок от прожженной насквозь руки погрузил меня в полуобморочное состояние. Неимоверным усилием приглушила хлещущую через край магию, чтобы ненадолго отсрочить регенерацию. Алим рядом. Как только исчезнет барьер, никакая сила не удержит его в стороне.
Целительная энергия теплой волной прошлась по телу, забирая боль. В легкие сквозь чувствительные стенки носа хлынул живительный воздух, к губам приставили емкость с жидкостью, которую я тут же осушила. Обгоревшие ресницы склеились в нескольких местах, так что первая попытка оглядеться провалилась. Однако рядом находился человек, который понимал меня без слов. Алим указал на проблему целителю, и уже через минуту поврежденные реснички перестали мешать. А волосы? Тоже обгорели? Дернула рукой, чтобы проверить, и охнула от простреливающей боли.
– Ваша сиятельство, не шевелитесь, пожалуйста, – в поле зрения возник незнакомый мужчина.
Это целитель, оказывающий помощь пострадавшим на экзамене.
– Я наложил регенерирующие плетения, за неделю-две нарастет мышечная масса и кожный покров восстановится. Однако конечности лучше обеспечить неподвижность, чтобы кости срослись правильно, а на коже не осталось шрамов. Их уберем, конечно, но это дополнительное время на реабилитацию и трата средств. Вы достойно держались на арене. Позвольте выразить искреннее восхищение талантами ваших наставников и вашей стойкостью. Не каждый маг сохранит хладнокровие и найдет единственно верное решение для спасения жизни.
– Спасибо, – прошептала сухим надтреснутым голосом, – а…
– Господин Кочетков скончался прежде, чем к нему подоспела помощь, – мужчина верно угадал следующий вопрос.
И сказал он это таким тоном, что стало понятно – помощь к нему не спешила.
– Простите, я не представился, Иноземцев Вячеслав Федорович, возглавляю факультет Целительства в этой замечательной академии. За время учебы мы еще не раз встретимся. К сожалению, или к счастью, это уже не мне судить, – по-доброму улыбнулся, отчего вокруг глаз расползлась сеточка морщинок. – Так уж получилось, что факультет Боевой магии – неизменный поставщик практического материала моим студентам для отработки навыков.
– Вячеслав Федорович, благодарю за оказанную помощь, – вмешался брат, – могу я забрать Наами домой?
– Можете, конечно! Руку я зафиксировал, во избежание, так сказать. Лубки снимать через неделю. Настоятельно рекомендую покой и усиленное питание. Невооруженным глазом вижу последствия изнуряющих тренировок. Негоже молодой девушке так истязать себя, ей еще детей рожать. Алим Осипович, вы уж проследите, чтобы сестра не переутомлялась.
– Прослежу, – убедительно заверил Алим.
– И обязательный присмотр целителя обеспечьте. Я завтра убываю на практику, так что сам не смогу. Если хотите, назову пару имен, к кому обратиться за консультацией.
Брат конечно же изъявил желание. Пока он вышел, чтобы переговорить с Иноземцевым, я бегло осмотрелась. Светлое помещение с большими окнами и белоснежными занавесками. Из мебели, кроме узкой кровати, тумба – она же стол, пара стульев, вешалка для одежды и рукомойник. Двери широкие, двустворчатые, со стеклянным верхом, за которым угадывался коридор. Больничная палата? Похоже. Видно, при академии предусмотрен собственный лазарет, чтобы выхаживать студентов с боевого факультета. Как и сказал Вячеслав Федорович, обширное поле деятельности и неиссякаемый поток пациентов для будущих целителей. Впрочем, тут и другим курсам практики достанет. Зельеварам всяческие восстанавливающие декокты делать, а алхимикам – магические составы или же усилители способностей производить.
Возникшая суета за дверью привлекла мое внимание. Я заметила напряженную спину брата и что-то втолковывающего ему Иноземцева. Еще присутствовал кто-то третий, но его за стеклянными окошками не было видно. Алим вошел в палату через пару минут и, приблизившись, сел на краешек кровати.
– Хотел забрать тебя поскорее отсюда, но быстро не получится. Ректор приглашает к себе для урегулирования конфликта. Видно, получил уже претензию от рода Леви, – зло усмехнулся. – Адвокаты Кальмана умеют быстро работать. Особенно, когда честь семьи затронута. Я еще и прессу подключу, такой скандал разгорится, что господин Преображенский лишится насиженного места.
– Может, не стоит так жестко? Мы ведь знаем, кто действительно виноват. Почему не предупредил, что князь Шумский будет присутствовать на экзамене? Что он, вообще, забыл в академии?
– Прием у императора. Вчера. Созывались главы семейств, владеющие магами боевой специализации. Замечено шевеление у границ с Ханьской империей, вот Федор Алексеевич и предложил князьям выделить для усиления пограничных отрядов боевых магов. У князей возник резонный вопрос, а что другие рода? За их спинами отсиживаться будут? Пусть вкладываются деньгами, согласно затратам на обучение боевого мага. Шумский больше всех выступал, что учат магов в академии из рук вон плохо. Так что усложнение испытаний – прямое распоряжение Его величества.
– Тогда, какой смысл в претензии, если есть разрешение? Спишут на самоуправство мага, превышение полномочий. Этому Кочеткову уже все равно, на него всех собак и повесят.
– Так уж и спишут, – фыркнул ашкеназец. – Академия несет ответственность за жизни учеников и, раз уж учебное заведение под патронажем императора, то и сам Его величество – тоже. Это удар по репутации. Леонид Филиппович будет иметь бледный вид, когда с него спросят за действия сотрудников. А какой резонанс история получит в мировом масштабе! Франц III Леопольд обязательно заинтересуется, кто посмел подвергнуть тебя столь жестокой проверке.
– Полагаю, ты уже придумал, какую выгоду извлечь из ситуации. Но я бы предпочла, чтобы наказание понесли истинные виновники.
– И они понесут, не сомневайся, – по губам мужчины скользнула зловещая усмешка. – Шумские сильны за счет многочисленных вассалов и младших семей, где еще рождаются сильные маги. Но, сама знаешь, договоры соблюдаются до тех пор, пока одна сторона его не нарушит. Сегодня подставили мага Кочетковых, а завтра кинут на растерзание род? В общем, не переживай, я разберусь. Кстати, там к тебе гости напрашиваются. Не хочешь пообщаться?
– С кем это? – удивилась. – Если честно, нет никакого настроения любезничать.
– Княжна Орлова горит желанием повидаться, она в соседней палате обитает. Ильсор получил строгое указание никого не пускать, но Ольга – девушка настойчивая, – усмехнулся чему-то. – Я ничего не обещал, так что, решай сама. Орловы вроде бы ни в каких махинациях не замешаны, а тебе не помешают полезные знакомства.