"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Я достала пирамидку, поставила на пол посередине арены с трибуной и активировала полог молчания. Тотчас крики отсекло барьером. Веские слова в нашу защиту надлежало сказать Алиму, как мужчине и будущему великому князю.
– Вижу, герры не удивлены и понимают, о чем идет речь. В каждом из нас сильна магия разума, которая является истинной причиной способностей ашкеназцев к точным наукам и неуемному стремлению к знаниям. Инициация – это запечатывание способностей и сокрытие от посторонних глаз.
– Откуда тебе известна информация, доступная лишь избранным? – сурово спросил Шломо Кальман-Виленталь.
– Он узнал ее от меня, – выступила вперед. – Потому что именно от таких, как я, вы скрывались на протяжении столетий и заставляли собственных детей испытывать невыносимые муки. Но я не выдам тайну, если вы сохраните мою. И еще… магия и наука ушли далеко вперед, прежние способы уже не помогают. Однако вместе мы найдем решение, как не калечить детей и в то же время сохранить независимость ашкеназского народа.
– Ты говоришь правду или искренне веришь в нее, – растягивая слова, произнес один из советников. – Однако о многом умалчиваешь, и в то же время предлагаешь вручить тебе наши судьбы? Алим Самон, ты как никто знаешь порядки. Алим?
Я тоже взглянула на помощника, который буравил взглядом кого-то по ту сторону щита. Проследив за направлением, наткнулась на глаза холодной змеи – Бат-Шевы, дочери от младшей жены князя Леви и матери Баруха. По спине скатилась холодная капля пота, когда женщина усмехнулась, демонстративно коснулась брошки на платье, а в зале грянул взрыв, и помещение заволокло дымом.
  
Глава 26
 
– Не выходите из круга! – утопила основание пирамидки до упора, активируя щит Полозьева, и тут же переместилась за периметр действия барьера.
Густой дым заполонил помещение, лез в глаза и вызывал надсадный кашель. Люди задыхались, метались в панике и поисках выхода. Судя по крикам и глухим ударам, двери заблокировали снаружи.  Мужчины пытались их выбить, но пока безуспешно. На балкончиках, где столпилась молодежь, царил хаос. В зале плакали дети, а взрослые выкрикивали проклятия в адрес магов и подлых способах ведения войны. Островком тишины служила центральная часть, где Алим и члены совета наблюдали за происходящим с выражением тихого ужаса и нарастающего безумия в глазах.
Я закашлялась, наглотавшись едкого дыма. Машинально создала вокруг себя щит с воздушной прослойкой, жадно втянула пару глотков чистого воздуха. Это натолкнуло на мысль, что необходимо сделать в первую очередь. Воздушным кулаком выбила под купольным потолком витражи, осколки которых вместе с дымом вымела наружу. Помещение очистилось, обнажая нелицеприятную картину.
– Посторонись! – бросилась к ближайшим дверям и ударила с такой силой, что полотнища вывалились вместе с вмурованными петлями и кусками стены.
Люди бросились к спасительному выходу, помогая выбраться ближайшим соседям. Я направилась к следующим дверям, откуда уже отхлынула толпа. Слава богу, нашлись умные головы, сумевшие утихомирить панику и организовать спокойную эвакуацию. В зале остались тяжелые пострадавшие – как раз те, кого собиралась привлечь на нашу сторону Цила. Я видела, как девушку забрали родители, потому что она свалилась, надышавшись ядовитого газа. Переживала за родителей Алима, которых потеряла из виду после взрыва. Но они прошли такую школу выживания, что не испугались какого-то дыма. Да и защитные амулеты, которые Зельманы носили, не снимая, уберегли от негативных последствий. Наоборот, Осип Ааронович оказался в числе тех, кто помогал, щедро расходуя целительные амулеты. Благодаря им молодежь быстро поставили на ноги. У бедняков нет денег на амулеты или услуги хороших врачей. Собственно, из-за запретов у обеспеченных ашкеназцев также не оказалось при себе средств защиты.
Не знаю, чего пыталась достичь Бат-Шева, но выходка наглядно показала, магия способна защищать и спасать жизни, а не только разрушать. Быть может, гадина надеялась, что будут жертвы, но этого не случилось на наше счастье.
 
Однако никто не поверил, что княжна Леви устроила взрыв. Среди пострадавших числилась как раз семья Мирьям. Барух проявил себя героем, вытаскивая тела матери и младших сестер на воздух, да и после помогал расчищать завалы, давал показания жандармам, выразил желание участвовать в восстановлении зала советов.
От магической помощи дочь Мельке отказалась и заявила, что не нарушит традиций. Брошь спокойно предъявила дознавателям. Разумеется, в драгоценной вещичке не нашли магии или следов, указывающих на принадлежность к взрыву. Но даже так, у полиции возникли вопросы. Кто пронес дымовое устройство в зал? Кто активировал дымную бомбу и нейтрализовал слуг, чтобы заблокировать двери?
Какое счастье, что наше с Алимом алиби подтвердил раввин Поль Хаим, а также официанты отеля и студенты, которых вызвала Циля.
Разумеется, происшествие в зале советов стало главной новостью, которая тут же отправилась в печать. Циля, как только пришла в себя, вызвала армию репортеров, опросивших каждого присутствующего в зале. Сестренка Алима почуяла сенсацию. В расследование добавился личный мотив, ведь она сама пострадала от рук злоумышленников.
Многие из зала совета направились прямиком в храм, где герр Айзебэрг возносил богу молитвы за спасение. Бат-Шева выбрала путь мученицы – упала в обморок во время службы, и даже после отказалась покидать обитель бога, истово молилась, подавая пример остальным.
Алим, несмотря на кучу дел, тоже остался в храме. Словом не обмолвился в суете, но я чувствовала напряжение брата и потребность постоянно быть на виду. Вряд ли дело в набожности, внезапно проснувшейся в молодом человеке, тут скорее желание видеть врага и следить за каждым шагом.
Ну, я-то не считала магию дьявольским проявлением, поэтому без зазрения совести поставила метки на Баруха и Бат-Шеву. Еще и заклинание «слух» постоянно запускала, развлекая себя тем, что подслушивала разговоры прихожан. Надо же знать, какие настроения ходят в народе!
Каюсь, не удержалась от невинной шутки, когда услышала, что одному молодому ашкеназцу нравится девушка из благородной семьи. Сначала задевала волосы избранницы ветерком, когда парень на нее смотрел, в результате чего они постоянно пересекались взглядами. А потом подставила красавице подножку, чтобы свалилась в объятия воздыхателя. Конечно же, он спас бедняжку от падения и предложил услуги сопровождающего.
– Развлекаешься? – невинно поинтересовался Алим, улучив минутку наедине.
– В смысле? – уставилась округлившимися глазами на помощника.
– Ты знаешь, о чем я, – ашкеназец мягко улыбнулся, – не увиливай. У Дайлины уже есть сговоренный семьей жених, а этот парень – случайный прохожий, ради которого не стоит портить будущее.
– Постой! – всплеснула рукой и покачала указательным пальцем, – допустим, ты узнал о женихе по своим каналам. Но как понял, что именно я делаю? И что у Дайлины с другим человеком будет это самое лучшее будущее?
– Почувствовал, – молодой человек вздохнул. – Еще там, в зале совета, как только спустился к трибуне. Это… этого не передать словами. Будто разом ощутил людей вокруг: их тревоги, надежды, переживания. Невероятно! До сих пор в себя не могу прийти. А тут, в храме, все еще больше усилилось. Чувства людей, будто запахи или цвета, у каждого собственный оттенок, аромат. Вера в бога как глоток чистого воздуха среди смрада лжи и ненависти. От тетки Бат-Шевы несет жуткой гнилью. Не понимаю, откуда столько злобы? Да и в целом – не понимаю, что вдруг нашло.
– Зато я, кажется, начинаю понимать, – хитро прищурившись, подмигнула. – Когда ты спустился, чтобы заявить о себе, то попал под воздействие княжеского венца, подыскивающего нового хозяина. Твой дар пробуждается! Ты чувствуешь магию, которую прежде оберегали печати. Быть может, венец великого князя – ключ к раскрытию способностей?
– Хм, это надо проверить. А ты не видишь изменений? – с надеждой спросил помощник.