Призыв ведьмы. Часть четвертая (СИ)

— Почему? — спросила Куна. 
— Потому что, посмотри на него — ему там и так тошно, стоит вон, кажись снова спать перестал. Я его таким с тех пор как он с Хэлой не видела. А вот раньше он всегда такой был. Суровый, жёсткий и уставший, — ответила Маржи. — Глаза такие ледяные, прям душу из тебя тянут. И он всегда такой, словно готовый к бою.
— Как думаете, а он будет сражаться? — спросила Сола, кивая на толпу из участников поединков и смотрящих. — Как бы он не пострадал.
— Не пострадает, — сказала Донна. — Он из тех, кто и мёртвым сражаться может. 
— Да и так — лучше него тут нет никого, — поддержала её Оань.
Все девочки знали, что Донна и Оань знали о чём говорят. Первая в своём мире была одной из, как она называла это, “ернора” — женщиной, которую учили убивать. А Оань не только смотрела за разного вида животными в месте, чем-то, как поняла Милена, напоминающем зоопарк, но и была там одной из охраны. Обе девушки, как прекрасно видела Милена, были крепкими и ловкими. 
Серые умолкли и перевели взгляды на площадку. Там уже начались поединки. 
Всё происходившее напоминало Милене кино со средневековыми турнирами. Разве что не было лошадей и копий, всадников в латах. А всё остальное — так же. Один воин выходил против другого. Все они были видимо знатными, были одеты в разного цвета одежды, выглядели достаточно богато. 
Гораны были как всегда — феран в темно-синем, Роар в синем, Элгор в голубом. Милена видела, как все трое напряжены. Роар был таким далёким, словно не здесь вообще. Феран как и сказала Маржи был суровым, Элгор был внешне спокоен, но периодически посматривал на ферана, а когда не смотрел, то тоже словно уходил в себя и сейчас белая ведьма явно, как никогда, видела, как они с Роаром похожи друг на друга. 
Эла что-то сказал, на это отреагировал мужчина рядом с ним, потом ещё один, стоявший немного позади, крепкий, такого же роста как и правитель, с соломенного цвета волосами, бровями и бородой, выправкой такой же как у ферана Изарии. Милена решила, что он тоже военный. Наложницы заулыбались, прикрыв лица руками, а “соломенный” мужчина покосился в сторону Горанов и белая ведьма увидела, как Роар ухмыльнулся, потом что-то ответил. Феран едва заметно одобрительно кивнул, Элгор спрятал лицо, кажется улыбаясь. Тот крепкий воин повёл недовольно головой и будто фыркнул, но она конечно могла ошибаться.
Поединки продолжались. Одни воины сменяли других и уже когда взошла Тэраф на площадку вышел Роар. Против него вышел воин, на вид которому было наверное столько же сколько и митару Изарии. Понятно, что он был меньше ростом, но был крепким, плотным, на лицо достаточно привлекательным. Они сошлись и у Милены замерло сердце.
— Что не говорите, но наши мужики самые красивые, — заявила Куна, не отрываясь от поединка.
— Шииииикарррррные, — произнесла Маржи, подражая тому, как обычно говорила Хэла.
Серые захихикали.
— Сделает митар его, — прокомментировала Оань.
— Ага, — поддержала Донна. — Этот такой — спеси много, а дела мало. Он больше рисуется, красиво всё делает. Видно его учил какой мастер, который больше художник, а не вояка.
— Да, у него устанет сейчас всё, если так мечом махать будет. Достопочтенный митар специально поддаётся, играет с ним как с ребёнком, — кивнула Оань, улыбаясь.
— Если бы на его месте был достопочтенный феран, то уже всё закончилось бы.
— Ну, Донна, достопочтенный феран у нас воин насквозь, да и не любит он вот эти танцы, ему раз-два и пошли дальше. В бою не помашешь вот так мечом, не покрасуешься.
— Просто достопочтенный митар знает, что зрителям надо, оттого и играет. Сейчас надоест и отлупит этого красавца, — улыбнулась Донна. 
Их комментарии немного успокоили Милену, и конечно Роар победил, как и было сказано. Внутри белой ведьмы засияла какая-то гордость что ли. Воины склонились перед повелителем, тот что-то произнёс, вокруг засмеялись. 
Достопочтенный феран так и не вышел, как предполагала Оань, против своего митара, поэтому все зрители рассыпались по площади. 
 
Милена видела как к Роару подошли несколько девушек. Лишь одна из них была в красивом бежевом платье, другие были в платьях более богатых и разноцветных. Явно были благородными. Митар говорил с ними и улыбался, а её уколола ревность, девушка хотела бы быть там, но тут стало не по себе от того, как она выглядела бы в своём убогом сером платье на фоне всех этих ухоженных, статных, величавых, богатых, красивых женщин. В глазах защипало и Милена ушла со второго этажа, решив проверить как там Хэла, которая осталась внизу совсем одна.
Ну, или как одна — возле неё лежала фицра, растянувшись подобно царю зверей вдоль лежащей на кровати чёрной ведьмы.
— Хэла, — позвала Милена.
— Ммм? 
— Как ты? 
— Не померла ещё, — криво улыбнулась Хэла.
— Не говори так, — попросила её Мила, потому что подобные слова задевали. Она очень беспокоилась за женщину. — Тебе может нужно что?
— Не, нормально всё, — отозвалась чёрная ведьма, не открывая глаз. — Я ещё пока не настолько немощна, чтобы мне нужен был провожатый до туалета, или утку подать.
— Хэла-Хэла, — покачала головой Милена. — Вечно ты так. 
— Не переживай, солнышко, — ответила ей чёрная ведьма, смягчая тон. — Полежу, посплю и буду, как новая. Что там?
И она повела головой в сторону площади.
— Типа турнир у них был, — ответила девушка.
— О, — Хэла приоткрыла один глаз. — И как? Показали наши красавцы кузькину мать всему свету?
Милена рассмеялась.
— Роар только, — ответила она, — остальные не участвовали. 
Чёрная ведьма кивнула. 
— А чего ты не вяжешь больше? — спросила вдруг Хэла.
— Так я одну пару вроде связала, точнее, у меня нитки кончились, — пожала плечами Мила и развела руками, — и получилось, что один носок чуть короче другого. 
— А далеко они? — поинтересовалась женщина.
— Нет, тут, — и Милена потянулась к мешочку, в котором у неё были спицы и криво связаные носки. Достала и показала Хэле.
— Ты же мне их вязала, если мне память не изменяет? — озорно повела бровью чёрная ведьма.
— Ну, да, — смущённо кивнула девушка.
— Отдавай тогда, а то у меня ноги вообще не могут тут согреться, хоть в сапогах спи, — ворчливо заявила Хэла, а потом улыбнулась.
— Они же страшные, — белая ведьма с сомнением покрутила в руках носки.
— Главное в них что? — ухмыльнулась женщина. — Правильно — они греют! А красота… не пойду я никого в них соблазнять.
Милена кивнула со смешком и отдала носки, Хэла с трудом села, умудрившись не побеспокоить спящую фицру, надела носки, покряхтела, нарочито изображая старушку и снова легла. 
— Хэла, а можно я телефон возьму, музыку послушать? — решилась спросить девушка, потому что на душе было тяжко и мерзко.
— Возьми, — разрешила чёрная ведьма. — И ты же понимаешь, что он по-другому не может, да?
— А? — Милена повела бровями, с непониманием уставилась на Хэлу.
— Аполлон твой, у него сейчас работа, вот как у Аполлона Бельведерского — радуй всех своими, — ведьма замолчала и посмотрела на Милу с озорством нашкодившего ребёнка, а девушка покраснела кажется как помидор, — красотой и совершенством! Мил, ну о чём ты там подумала, а? 
Белая ведьма рассмеялась и уткнулась в руку Хэлы.
— Ужасно тебя люблю!
— И я тебя, детка.
***
После турнира какое-то время двор гудел, но потом все гости переместились в дом и снаружи всё стихло, однако через какое-то время разгуделось внутри главной залы. Были слышны смех, возгласы, звуки дудок, кто-то пел. И Милена вспомнила, что Хэла разрешила взять телефон. 
Можно было заглушить эти звуки и тоску, послушав самую разную музыку, которая была у чёрной ведьмы на карте памяти. Сама она спала, а Мила вставила в уши наушники и прикоснулась к такому знакомому когда-то, но теперь далёкому и нереальному кажется уже, миру цифровых технологий. 
Сначала девушка слушала музыку, а потом она стала бродить по приложениям и нажимала на иконки, чтобы посмотреть, а что будет. По инерции и не без стыда влезла в фотографии, но оказалось, что Хэла сказала правду — она удалила из памяти устройства все фото.