Я и моя Тень. Книга 1. Гладиатор (СИ)

Она была блондинкой. Но не такой златовласой, как Эбигейл, и не такой пепельной, как Стелла – что-то среднее. И ее длинные волосы, представляющие собой два хвоста, спускались до пояса, но сейчас, когда она сидит, кончики этих самых хвостов касаются бедер.
Одну ногу она положила на другую, и тем самым обнажила коленку и часть бедра верхней ноги через вырез своего платья. Голову ее венчала некая золотая птица, распростершая крылья. Правая рука свободно лежала на подлокотнике, а в левой находился бокал с некоей жидкостью. Видимо, вином.
- Значит, ты и есть тот самый Маркус Спенсер, о котором только и говорит мой кардинал?
Лишь теперь я замечаю, что его здесь нет. В зале вообще никого нет, кроме Кары, которую я тоже совершенно не заметил.
- Тебе был задан вопрос, смерд! – громко сказала Кара, и я полностью вышел из транса.
- Да-да, это я, - киваю головой, - Ваше Величество.
Пытаюсь совершить нечто вроде поклона, но выходит, видимо, смешно, ибо Кара улыбается. В отличие от самой Императрицы.
- И что же в тебе такого необычного? – задает она вопрос. Черт! Какой же обалденный у нее голос! Черт!!!
- Не знаю, Ваше Величество, - честно говорю я. – Моя Тень, я полагаю.
- Тень, - скучающим голосом говорит она и подносит бокал к губам. – Это так… скучно.
Совершает глоток этого напитка, а я с раскрытым ртом наблюдаю за тем, как она глотает, как движется при этом ее безупречная шея, украшенная золотым ожерельем.
- Я уж думала, что ты действительно из себя что-то представляешь, - она смотрит на Кару. - Он может что-нибудь интересное?
- Он… может обращаться в теневого монстра, моя госпожа.
- Монстры… их Эдриан показал мне предостаточно.
Она явно была избалована.
- Что в нем видит Эдриан, Кара? Что в нем такого?
- Мысли Его Преосвященства мне неведомы, моя Императрица.
Блондинка недовольно складывает губки.
- Мне скучно, - говорит она Каре. – Убери его. Посмотрю завтра, как он справится с Илюшей. Если останется жив… то тогда и поговорим…
***
Илюша, ныне слепой, грозно размахивает своим каменным мечом.
Размахивает и орет. Громко орет.
Именно в этот момент я поднимаюсь с земли.
Весь мир стал для меня иным.
Зрение обострилось, равно как и слух. И даже отсюда я могу видеть лицо Императрицы, ее супруга и кардинала (и скучающее лицо Стеллы, которая вообще, кажется, не понимала, что здесь делает, тоже). Я ощущаю силу. Дикую мощь.
И полностью обращаюсь в Тень, контролируя ее.
Полное слияние с Кошмаром. Но теперь уже по моим правилам.
Медленно иду к Муромцу, вытягивая в сторону руку. Из нее вырастает теневое копье. Затем я вытягиваю в сторону и другую руку – в ней тоже появляется копье.
«Готовься отправиться к праотцам», - думаю я, и беру разбег.
Моя скорость невероятна.
Никогда я еще не ощущал такого могущества!
Я бросаюсь на монстра, а через несколько секунд приземляюсь уже по другую сторону от него. Прямо под императорским балконом. Убираю теневой шлем и посылаю Императрице воздушный поцелуй. Как раз в тот момент, когда на землю падает тело убитого Муромца – сложно продолжать стоять, когда через твою грудь видно то, что находится по другую сторону от тебя.
И Илюха, видимо, был со мной в этом согласен.
Император громко захлопал. Улыбался и Эдриан, будто гордился мной. Императрица же и Стелла была настроены… нейтрально.
- Он убил Илюшу, - говорит Императрица своему кардиналу, и я отчетливо это слышу.
- Прошу не беспокоиться, Ваше Величество, - отвечает Эдриан, поглядывая на Императора, - я очень скоро подарю Вам нового чемпиона.
- Кого?
- Берсерк Майкла Таннея Вас устроит?
- Циклоп? – и на лице Императрицы появляется улыбка. – Циклоп станет Берсерком?!
- Да, Ваша светлость. После сегодняшнего боя.
И затем Эдриан удаляется.
И я знаю, куда он идет.
Прямо сейчас, на этой самой Арене… состоится еще один бой.
Бой Эдриана… и моего Мастера.
Я оборачиваюсь. И вижу, как Мастер тоже идет к выходу.
 
А еще я вижу, как возбужденно ведут себя первые ряды.
Именно этого они и ждали.
Бой легендарного Циклопа.
И почти все ставки – на него.
***
Мы с Эбигейл и Бруно занимаем свои места.
Марию увели сразу же, как только мы вышли с поединка, объявив, что она выкуплена, и больше не является гладиатором. Ну да, сука выполнила всё, что от нее требовалось, и теперь свободна. Я увидел ее рядом с Императрицей лишь тогда, когда уже сидел на своем месте рядом с плачущей на моем плече Эбби.
Я видел, как Мария кланяется Императорским особам, как ее с интересом разглядывает Император.
И вижу, как Императрица подтягивает Марию к себе за ее подбородок и целует.
«Так ты лесбиянка», - понимаю я, качая головой. Теперь мне понятно, почему Эдриан носит длинные волосы и со спины неотличим от бабы.
- Прости, что снова подвел, - говорит Бруно, и я киваю ему в ответ.
- Ты сделал всё, что мог. И даже больше. Не вини себя.
Когда тела Корделии и Анны убрали с Арены, появился Мастер.
Арена прямо взорвалась овациями. Люди завопили так, словно ничего круче и долгожданнее в жизни не видели.
- Это Циклоп!!! – орали люди.
- Циклоп!!! Не верю! Это реально он!!!
И чем больше радовались они, тем тревожнее становилось мне.
Ибо вскоре на другой части Арены появился Эдриан. Но уже не в своей черной мантии, а в нормальных доспехах. Черных, от которых вверх вздымалась едва заметная черная дымка, словно испарение.
В руках Мастера было два копья.
Эдриан же шел совсем без ничего. Но я знал, что у него припрятаны цепи и кунаи.
И я боялся. Боялся, что Мастер не выживет.
- Он же победит? – спрашивает меня Бруно. – Победит же?
Я молчу.
Молчу и боюсь.
Боюсь остаться без Мастера.
Бой начинается.
Мастер идет в атаку, проводя просто нереальные комбинации своими копьями. Мы с Бруно смотрим на это с разинутыми ртами.
И, когда Мастеру удается ударить кончиком копья по доспеху Эдриана, публика взрывается в овациях.
Эдриан улыбается.
Ходит вокруг Мастера, размахивая черными цепями. Я понимаю, что лезвия пропитаны ядом. И Мастер тоже это понимает. Яд Калигулы.
Даже если Мастер и победит, но получит хотя бы один неглубокий порез… точно не выживет.
Но пока все идет хорошо.
И Мастер продолжает кружить вокруг Эдриана, ловко отбивая все попытки оного ударить кунаем. На брошенные ножи Мастер отвечает уклонением, а на цепи – парированием одним из копий.
- Мастер сильнее Эдриана, - говорит Бруно.
- Намного, - соглашаюсь я, видя боевое превосходство своего учителя.
А я еще я видел, как тяжело дышит императрица, вцепившаяся в перила своего балкона. Она тоже боялась за своего фаворита. И при каждом вдохе ее грудь вздымалась, и при таком открытом декольте заметно это было даже очень.
Эдриан пытается атаковать, но Мастер вновь уходит, и на этот раз может нанести сокрушительный удар. Эдриан раскрылся.
Мастер рефлекторно бьет.
Но так и было задумано.
Ибо Эдриан попросту исчезает, растворяясь в своем черном дыму, и переносится за спину учителя. Лишь теперь, при свете солнечного света, я заметил, что дым, в котором растворяется Эдриан, не совсем черный – с небольшим фиолетовым оттенком и какими-то искорками, будто вкраплениями.
Я раскрываю рот, боясь, что вот-вот увижу, как подлый телепортатор нанесет удар в спину, но не тут-то было! Мастер знал о таком исходе событий, и потому его второе копье уже несется как раз туда, где и появляется Эдриан.
 
С чавкающим звуком оно впивается в живот Кардинала, и на всю Арену раздается громкий вопль Императрицы.
Эдриан пятится назад, прижимая рукой кровоточащую рану.
- Ты ранил меня! – кричит он.