"Мир приключений-3". Компиляция. Книги 1-7 (СИ)

В это время за дверью послышались шаги, загремели винтовки и взвизгнул засов:
— Взя-ять!.. — пропел он железным голосом.
Дверь открылась, блеснул свет и вошли люди в серых шинелях. Таких же серых, какая была у него и которую он бросил, когда отступали.
— Выходи!..
Дементий прижался плотнее к стене.
— Выходи, говорят!..
Он молча вышел из угла и остановился.
— Иди, ну!..
Опять чем-то твердым и тяжелым ударили по спине, потом по голове.
— Не расколи ложу!., услышал он насмешливый голос. Тот самый, что кричал за спиной, когда Дементий хотел встать с мокрого пола и зашумел.
— Большевицкую голову по звуку узнать можно!.. — услышал он тот же голос, и на голову снова точно упало что-то тяжелое.
Дементий тихо застонал и споткнулся о порог. Глаза его были заклеены грязью, и он не видел порога.
— Брось, Игнатка! Прикончишь раньше время — куда его девать!
— Протри глаза! Вымазался, чучело!..
Дементий силился открыть глаза, но веки склеились. Кое — как, со страшной болью, он раскрыл правый глаз.
— Бежать!.. блеснула мысль в его мозгу, и Дементий остановился.
— Иди, чего остановился! — крик-пул человек с винтовкой и ударил его прикладом в поясницу.
Из другой двери вышли трое, таких же, как он. И с ними пятеро с винтовкам и.
— Давай сюда! — крикнул низенький, что два раза ударил его прикладом по голове. Как видно, он был за старшего:
— Стань по два в ряд!..
Четверо безмолвно стали по два человека. Привычные ноги сдвоили ряды. Их окружили десять винтовок с острыми штыками.
— Шагом а-арш!..
— Ша, ша, ша, ша!.. шлепали тяжелые сапоги.
Низенький шел сбоку. Дементий старался попасть в ногу своим трем товарищам. Товарищам по смерти.
— В ногу, серый!..
Шли долго. Какими-то узенькими уличками и переулками. Поселок еще спал. Заслышав шаги, из-под ворот залаяла собаченка. Дементий знал, что он идет по этим уличкам, и вообще идет сам — в последний раз в жизни. Но в то же время не хотел и не мог верить, что через какие-нибудь полчаса он не будет ни двигаться, ни смотреть, ни думать, ни говорить. Не мог себе представить, что вот его, сейчас живого человека, не будет вовсе.
Когда прошли последний домик, перед ним разостлался большой луг, а за ним лес, из-за которого чуть просачивались лучи солнца. Четверо шли, спотыкаясь о камни. На траве белела роса и на ноги налипла мокрая пыль. Позади застучало. Звук этот был знаком Дементию. Он слышал его когда-то давно, еще в деревне. Дементий и другие трое оглянулись. Люди остановились и наставили штыки. В упор. И четверо снова понуро пошли по пыльной дороге.
Это позади шли три человека. Они несли лопаты. И их тоже окружали люди в серых шинелях со штыками. За лесом виднелась гора, а за горой длинная лощина, по которой протекала небольшая речушка. А дальше опять гора и снова лес. Вода узкой лентой темнела среди открытой лощины, спрятавшейся между гор. Тянуло свежестью. А над лощиной стоял туман, серый, густой, неподвижный. Пройдя первый пригорок, спустились вниз. Мокрая от росы трава шелестела под ногами:
— Ша, ша, ша, ша!..
Сквозь туман прорезался бугорок, который полуостровом шел от горы. Вдруг все остановились. Низенький, передав свою винтовку другому, скрылся за бугром. Потом вернулся, взял винтовку и все пошли за ним. За большим бугром были маленькие бугорки и свеже вскопанные холмики, которые, как бородавки, чернели среди зеленой, чуть притоптанной травы. Все снова остановились.
— Снимай рубаху! — сказал низенький.
Дементий молча смотрел на него и, казалось, не понимал. Низенький повторил те же слова. Дементий по-прежнему молчал. Только передернул плечами, точно стараясь освободить связанные руки.
— Э, твою мамушку!.. Руки!.. — сказал низенький.
— Чего ругаться! Не такое дело!.. заметил ему другой и стад развязывать веревку.
— Снимай теперь!
Дементий покорно снял рубашку. Он посмотрел на затекшие руки и потер их одна о другую.
— Затекли? — точно стараясь быть ласковым, спросил низенький.
Дементий молча кивнул головой. Низенький, взяв рубашку Дементия, долго смотрел на нее и что-то соображал. Другой, в серой шинели, похлопал Дементия по спине и спросил:
  
— Холодно?
Дементий ничего не сказал. Он только что заметил, что трясется всем телом и тотчас же подумал, что можно простудиться…
Все чего-то ждали.
— Хотя бы поскорее, — промелькнула мысль в голове Дементия, и он нетерпеливо передернул плечами.
Низенький разорвал рубашку на четыре части и стал завязывать Дементию глаза. Когда он почувствовал, что узел на затылке крепко затянут — ему стало легче. Потом он слышал, как впереди стучали лопаты и сыпалась сухая земля.
Когда он почувствовал, что узел на затылке крепко затянут, — ему стало легче. Он слышал, как впереди стучали лопаты и сыпалась сухая земля…　
— Веди, — услышал он голос.
Кто-то взял его за руку и повел.
— Подымай ноги, — сказал голос. Затем остановились:
— Садись тут! Снимай сапоги!
Дементий не двигался. Чья то рука взяла его за плечо и придавила вниз. Дементий сел. Когда он снимал сапоги, слышал — как рядом тихо плакали.
— Не нужно!.. Не нужно!.. Не нужно!.. Я не хочу!.. Пустите меня! — вдруг услышал он возле дикий голос.
— Дьяволы!.. Черти!.. А-ай!.. А-а-ай!..
Голос раздирал душу, наполнил всю лощину и отдавался в лесу. Казалось, что это не один голос, а пять, десять, много голосов. Потом вдруг замолк. Точно захлебнулся. Снова откуда то вырвался и снова замолк. Точно ребятишки, когда они играют, закрывая и открывая рот ладошкой. Когда голос затих, Дементию велели встать. Затем повели по траве и поставили с кем-то рядом. И вдруг все замолчали. Рядом кто-то тяжело дышал.
Дементий вдохнул свежий, утренний воздух, и вдруг ему послышался запах деревни. Как будто потянуло дымом, овцой и дегтем, на миг промелькнуло перед ним его село и двор, жена, маленький Колька…
В это время он невдалеке услышал, точно кто-то отрывисто и тихо командовал:
— Раз, два…
«Три» Дементий уже не слышал. Что-то обожгло голову, и он точно покатился вниз. Что-то мягкое вслед за этим стало падать на его лицо, голову, руки. Потом от этого мягкого становилось очень тяжело. Давило внутри. А дальше он не помнит. Дальше он уже не видел, как все вдруг побежали лощиной к лесу. Некоторые с винтовками, а другие — не успев их захватить.
II.
Дементий спал на жениной кровати и ему было жарко. А Марья наваливала на него мягкие платки, полушубки, шубы. Тяжело, а она все наваливает. Он хочет ей сказать — не нужно, но не может, хочет открыть глаза, но глаза не открываются.
Сделав над собою усилие, Дементий проснулся и почувствовал, что лежит на животе и на нем не тулупы и шубы, а что-то сырое и тяжелое. Через силу открыл глаза, но ничего не видел. А это тяжелое давит грудь и нечем дышать.
Вдруг сознание к нему возвратилось. Он, набрав силы, повернул голову. Но по темени будто ножом резнуло. Хотел поднять руку, но она была точно привязана и что-то мокрое и липкое скользнуло под пальцами. Возле него лежало что-то мягкое. Но это была не земля.
Собрав последние силы, он нажал плечом, стараясь сбросить с себя навалившуюся тяжесть. Вдруг это мягкое подалось, точно беззвучно отодвинулось, и он почувствовал, что между его телом и этим мягким, тоже похожим на тело, образовалось пространство, и он мог освободить руку. Нащупав землю, быстро, как крот, стал разрывать ее над головой. Страшная боль на концах пальцев, — видимо задрались, а может быть и вовсе отпали ногти, — но он все рыл и рыл. Хотелось освободить другую руку, но она лежала под чем-то очень твердым… И пальцами он нащупал стриженые волосы. В ужасе, он поспешно сгребал землю перед лицом. Земля осыпалась в образовавшееся между ним и тем, мягким, пространство. Боли он уже не чувствовал. Одна мысль — спасти жизнь — овладела всем существом. Одновременно напрягал остаток сил, чтобы освободить ноги. Но силы быстро ослабевали. Чувствовал, что уже нечем дышать, и ясно сознавал, что если он сейчас, сию секунду, не освободится от навалившейся на него земли и не вдохнет свежий воздух, то уже никогда его не вдохнет. Чувствовал, что сердце останавливается, дыханья нет, — точно он с головой ушел глубоко в воду. В отчаянии и сознании, что через минуту может быть наступит смерть, — Дементий собрал все силы и сделал последнее, предсмертное усилие. Как дорога человеку жизнь и как отчаянно он борется за право жить! Вдруг… маленький проблеск света между сырыми кусками земли, и Дементий увидел голубое небо. В образовавшееся отверстие прорвалась струйка свежего воздуха, и он с жадностью стал вдыхать его грудью, на которой еще лежала тяжесть.