Невероятно прекрасна (ЛП)

Она должна была быстро найти этих предателей, и не только потому, что Королева собиралась отнять у нее работу, если она этого не сделает.
Бека попрощалась с Боудиккой, Гуртеирном и Тирусом и направилась обратно к тропинке, которая должна была вернуть ее к проходу между мирами. Пока она шла, в ее голове крутились безумные планы. Она попытается найти Кеша и узнать, не слышал ли он что-нибудь об этом предводителе предателей, или даже не пытался ли он присоединиться к ним. Она пошлет сообщение отцу Маркуса (надеюсь, без того, чтобы Маркус узнал и оторвал ей голову) с просьбой предупредить остальных рыбаков, чтобы они были начеку. Хотя это было сложно, так как она не могла точно объяснить, в каких формах может возникнуть проблема.
И она подумала, что пришло время позвать на помощь.
Как только она доберется до дома, то сразу же призовет Всадников.
* * *
Точно так же, как всегда были Бабы, всегда были и Всадники. Никто, казалось, не знал, были ли они бессмертными существами, которые предпочли выглядеть как Люди, или они были просто созданиями, которые принимали одно и то же обличье. Бренне казалось, что Всадники, которых она знала, были теми же самыми, которых знала и ее наставница, а между ними были сотни лет разницы.
Кто бы они ни были на самом деле, святая обязанность Всадников служить Бабе Яге. Привлекательный, сильный и абсолютно надежный (если вы не возражаете против сопутствующего ущерба по пути), Белый всадник, Красный всадник и Черный всадник ехали на своих волшебных лошадях через старые истории о Бабе Яге, вызывая трепет и страх. Если у Бабы Яги возникала слишком большая проблема, чтобы справиться с ней самой, она могла вызвать Всадников.
С точки зрения Беки, этот конкретный набор проблем определенно подходил.
Видимо Чуи тоже был согласен.
— Чертовски вовремя, — пробормотал он, когда она переоделась и подробно изложила ему свой план. — Нет ничего постыдного в том, чтобы признать, что тебе нужна помощь. — Он растянулся на полу рядом с ее кроватью, занимая большую часть остального пространства в маленькой комнате. — Ты собираешься призвать их сейчас?
Бека кивнула, накинув простой сарафан и присев на край кровати.
— Прямо сию минуту, если бы ты мог перестать ныть, чтобы я могла сосредоточиться.
— Я кобель, — прорычал Чуи. — А не сука. — Но он настороженно сел, добавив только, — Мне очень нравится этот Алексей. Будет приятно снова увидеть его.
Бека фыркнула.
— Ну, естественно. Вы оба безумно большие, пушистые и любите есть все, что не прибито гвоздями. Вы практически близнецы.
Сняв драконью серьгу с черным турмалином, она взяла ее в сложенные чашечкой ладони и закрыла глаза, вызывая как можно более ясный образ Алексея Найта, выстраивая мостик к его сущности своими воспоминаниями и отчаянием. Огромный, как медведь, ростом не меньше шести футов восьми дюймов, массивного сложения, из всех троих Алексей был берсеркером, который жил, чтобы сражаться, пить и есть, и делал все это с радостной самоотдачей. Теперь она видела его так, словно он стоял перед ней — его жесткие каштановые волосы, растрепанные, как ежевика, борода заплетена в косу, глаза горят изнутри, словно огнем. Обычно он носил черную кожу, звенящую цепями, и ездил на черном Харлее, который ревел почти так же громко, как и он.
«Ты нужен мне, Алексей. Приди ко мне».
Затем она достала серьгу с жемчужиной и задумалась о своем любимом из всех всадников. Михаил Дэй, белый Всадник, всегда был добр к ней, и когда она была ребенком, и даже в подростковом возрасте, когда она была страстно влюблена в него. Неудивительно, что он выглядел как Толкиенский эльф: длинные светлые волосы распущены и ниспадают на широкие плечи, одет обычно в белоснежные джинсы и льняную рубашку, такой красивый, что и благоразумные женщины теряют голову, когда он входит в комнату. Его белая Ямаха мурлыкает, как пантера, и он питает слабость к сладостям и девицам, попавшим в беду. Если кто и мог помочь ей, так это Михаил.
«Михаил, ты нужен мне. Пожалуйста, приезжай, как можно скорее».
 
Наконец, она держала ожерелье с кроваво-красным рубином. Красный Всадник всегда немного пугал ее, хотя она была рада, что он на ее стороне. Грегор Сан был столь же безмятежен, сколь и неспокоен Алексей; ниже остальных, с длинными черными волосами, стянутыми в хвост, плоскими скулами, темными раскосыми глазами и усами монгольского воина, Грегори двигался с грацией убийцы и носил красный облегающий кожаный комбинезон, который соответствовал его молчаливому красному Дукати. Бека никогда не понимала его до конца — она думала, что он, вероятно, самый смертоносный из этой троицы, и все же он всегда казался таким спокойным и никогда не говорил резких слов. Он был загадкой, которую она не была уверена, что действительно хочет разгадать.
«Грегори, ты нужен мне. Приди ко мне».
Она повесила ожерелье обратно на шею и с вздохом открыла глаза. Будем надеяться, что Всадникам не потребуется много времени, чтобы добраться сюда. По последним данным, они как раз закончили помогать ее сестре Барбаре с каким-то делом в штате Нью-Йорк, а это на другом конце страны. Но их волшебные мотоциклы, превращенные из Зачарованных коней, на которых они когда-то ездили, могли доставлять их из одного места в другое гораздо быстрее, чем это было возможно. Если повезет, они будут здесь через день или два.
И это отлично. Потому что ей нужна была вся помощь, которую она могла получить.
* * *
Маркус посмотрел на мокрые сети, которые они только что подняли на борт, и произнес каждое ругательство, которое выучил в армии. Потом он придумал еще несколько и выдал их. Чико и Кенни недоверчиво разинули рты, как рыба, которую они собирались выгружать, а его отец был так бледен, что Маркус испугался, как бы он не потерял сознание на палубе.
Он незаметно подошел и встал рядом со стариком, который был так расстроен, что даже не потрудился сказать что-то саркастическое о том, что не нуждается в няньках, как больной ребенок.
— Она разорвана в клочья, — безжизненным голосом произнес Маркус-старший. — Здесь даже чинить нечего.
— Что же могло такое сделать? — Спросил Кенни, испуганно поглядывая за борт «Хитрого Змея». — Какой-то гигантский кальмар?
Чико закатил глаза и сплюнул.
— Ты слишком много смотришь ужастиков на ночь, друг мой. Под водой нет монстров, которые только и ждут, чтобы съесть тебя.
— Но что-то точно разорвало эту сеть в клочья, — возразил Кенни. — Если только ты не думаешь, что тунцы научились драться.
Маркус проигнорировал их знакомую перепалку и присел на корточки, чтобы рассмотреть сети поближе. Отец опустился на колени рядом с ним, ощупывая спутанные и изодранные остатки того, что всего три часа назад было идеально сплетенным волокном.
— Ты когда-нибудь видел что-нибудь подобное раньше, папа? — Спросил Маркус.
— Никогда, — ответил отец. Он всегда был таким упрямым и сильным, даже когда ему поставили страшный диагноз и во время лечения рака. Но теперь в его голосе слышались нотки поражения. Он поднял один сегмент, чтобы посмотреть на него, и тот развалился у него в руке. — Посмотри на это. Это мусор. Как будто что-то прогрызло и разрезало ножом всю сеть. Мусор, — повторил он, позволив ей упасть обратно на деревянные доски со скользящим стуком.
— Может быть, акула каким-то образом запуталась в ней? — Спросил Маркус, думая о той, с которой они с Бекой столкнулись всего пару дней назад. При мысли о девушке у него заболела грудь и голова. Прошло не так уж много времени с тех пор, как он видел ее в последний раз, но казалось, что без ее присутствия его душа была так же разорвана, как и эта сеть. Нелепо. Невыносимо. Но так оно и было.
 
— Не понимаю, как акула могла это сделать, — сказал отец, медленно вставая. — Но другого объяснения я тоже не могу придумать. — Он посмотрел вниз на беспорядок, морщины на его лице, вырезанные годами на солнце и ветру, казалось, становились все глубже, пока Маркус смотрел на него.