Подарок на Рождество

Когда вдова открыла дверь, и ее маленькие птичьи глазки уставились на ярко-красные лепестки цветов, он обнаружил, что ухмыляется, как десятилетний мальчишка.
— Ты как раз вовремя, — сказала она, впуская его в дом. — Вытирай ноги.
— Есть, мэм. — Джейсон вытер ботинки о коврик, прежде чем положил пуассентии на ее кухонный стол.
Не выше пяти футов ростом, вдова стояла, уперев руки в бедра. Она немного ссутулилась с годами, а лицо покрывала сеть морщин. Фартук на ней был испачкан в муке. Джейсон почувствовал запах печенья, пекущееся в духовке, и услышал магнетические звуки классической музыки, доносившиеся из зала. Вдова кивком указала на цветы.
— Тебе всегда нравилось производить впечатление. — Когда она повернулась, чтобы взглянуть на него, Джейсон обнаружил, что машинально выпрямился. — Набрал несколько фунтов, я смотрю, но надо бы еще немного. Иди сюда, поцелуй меня.
Он послушно наклонился, чтобы чмокнуть ее в щеку, затем крепко обнял. Она казалась хрупкой, чего он не осознавал, когда просто смотрел на нее, но от нее до сих пор приятно пахало ароматами, которые он помнил, — мылом, пудрой и жженым сахаром.
— Ты, кажется, не удивилась, увидев меня, — пробормотал он, отпуская ее.
— Я знала, что ты приехал. — Она повернулась к печи, пытаясь скрыть выступившие на глазах слезы. — Знала, прежде чем высохли чернила на твоей подписи, когда ты снимал комнату в гостинице. Снимай куртку и садись. Я пока вытащу печенье.
Он тихо сидел, пока она была занята делом, и чувствовал, что пришел домой. Именно сюда он всегда мог прийти, еще будучи ребенком, и чувствовать себя в безопасности. Под его взглядом она начала варить шоколад в маленькой кастрюльке на плите.
— Надолго ты здесь?
— Не знаю. Я должен быть в Гонконге через пару недель.
— В Гонконге. — Вдова поджала губы, укладывая печенье на тарелку. — Ты побывал уже во всех тех местах, о которых мечтал, Джейсон. Они оказались такими интересными, как ты думал?
— Некоторые да. — Он вытянул ноги. Он уже забыл, что такое расслабиться душой и телом. — Некоторые нет.
— Теперь ты вернулся домой. — Она подошла, чтобы поставить на стол тарелку с печеньем. — Почему?
Он мог уклончиво отвечать кому-нибудь другому. Он мог лгать даже самому себе. Но с ней он мог быть только честным.
— Из-за Фэйт.
— Так было всегда. — Вернувшись к плите, она помешала шоколад. Он был непростым мальчиком, теперь стал непростым мужчиной. — Ты уже знаешь, что она выходила замуж за Тома.
С ней ему не надо было скрывать чувство горечи.
— Я позвонил через полгода после того, как уехал. Я нашел работу в “Тудейз Ньюс”. Они отправляли меня в какую-то дыру в Чикаго, но это было уже кое-что. Я позвонил Фэйт, но наткнулся на ее мать. Она была добра, даже сочувствовала мне, когда сказала, что Фэйт вышла замуж три месяца назад, и у нее будет ребенок. Я повесил трубку, пошел и напился. Утром я уехал в Чикаго. — Он взял печенье с тарелки и пожал плечами. — Жизнь продолжается, верно?
— Да, продолжается, независимо от того, поворачивается она к нам лицом или спиной. А теперь ты узнал, что она развелась?
— Мы пообещали друг другу кое-что. Она вышла замуж за другого.
Вдова Мэрчант издала смешок.
— Теперь ты мужчина, судя по твоему виду, а не упрямый мальчишка. Фэйт Киркпатрик…
— Фэйт Монро, — поправил он.
— Ладно. — Она аккуратно перелила шоколад в кружки. Поставив их на стол, она с тихим вздохом села. — Фэйт сильная, красивая женщина, внутри и снаружи. Она одна растит свою маленькую дочь и хорошо справляется с этим. Она открыла свое дело и отлично управляется с ним. Одна. Я знаю кое-что о том, каково это — быть одной.
— Если бы она подождала…
— Да, она не дождалась. И что бы я не думала о причинах, побудивших ее к этому, я промолчу.
— Почему она развелась с Томом?
Пожилая женщина откинулась на спинку кресла, положив руки на его подлокотники.
— Он бросил ее и ребенка, когда Кларе было всего шесть месяцев.
Его пальцы с силой сжали ручку кружки.
— Что ты имеешь в виду под “бросил”?
 
— Ты должен знать значение этого слова. Ты поступил так же. — Она взяла свою чашку с шоколадом и обхватила ее обеими руками. — Я имею в виду, упаковал сумки и уехал. У нее остался дом… и счета. Он очистил банковский счет и поехал на запад.
— Но у него есть дочь.
— Он не интересовался малышкой даже тогда, когда она еще была в подгузниках. Фэйт не сдалась. У нее был ребенок, о котором следовало думать. Ее родители помогали ей. Они хорошие люди. Мы в нашем городе гордимся ей.
Он уставился в окно, за которым виднелись ветви старой сикоморы, покрытые снегом и льдом.
— Итак, я уехал, она вышла замуж. Похоже, у Фэйт есть привычка выбирать неправильных мужчин.
— Ты так думаешь?
Он забыл, как сухо может звучать ее голос, и слегка улыбнулся.
— Клара очень похожа на Фэйт.
— Хмм. Внешне она похожа на мать. — Вдова улыбнулась в кружку. — Я же всегда видела в ней ее отца. Твой шоколад остывает, Джейсон.
Он рассеянно сделал глоток. Его вкус вызвал в нем волну воспоминаний.
— Я не ожидал, что снова буду чувствовать себя здесь, как дома. Забавно. Когда я жил здесь, мне казалось, что я не дома, но теперь…
— Ты еще не ходил к себе домой?
— Нет.
— Там теперь живет милая пара. Они перенесли крыльцо туда, где раньше был черный вход.
Ему было все равно.
— Это никогда не было моим домом. — Он поставил шоколад и взял ее за руку. — Мой дом был здесь. Я никогда не знал другой матери, кроме тебя.
Ее тонкая высохшая рука сжала его пальцы.
— Твой отец был сложным человеком, и его характер стал еще хуже, потому что он так рано потерял твою мать.
— Когда он умер, я почувствовал лишь облегчение. Мне даже не было его жаль. Может быть, поэтому я уехал тогда, когда уехал. Когда он умер, а дом был продан, казалось, самое время уехать.
— Для тебя, возможно, и было. И, может быть, сейчас самое время вернуться. Ты не был хорошим мальчиком, Джейсон. Но ты не был и плохим. Дай себе немного того времени, которое ты так отчаянно пытался поторопить десять лет назад.
— А Фэйт?
Она снова откинулась на спинку кресла.
— Насколько я помню, ты никогда особо не ухаживал за ней. Именно она бегала за тобой с открытым от восхищения ртом. Человек, который столько путешествовал, должен знать, как ухаживать за женщиной. Возможно, ты выучил какие-нибудь красивые языки.
Он взял печенье и откусил кусочек.
— Пару фраз.
— Не знала ни одной женщины, которая не затрепетала бы, услышав признания на каком-нибудь необычном языке.
Наклонившись, он поцеловал обе ее руки.
— Я скучал по тебе.
— Я знала, что ты вернешься. В моем возрасте умеешь ждать. Иди и найди свою девушку.
— Пожалуй, я так и сделаю. — Поднявшись, Джейсон надел куртку. — Я еще приду навестить тебя.
— Уж постарайся. — Она подождала, пока он откроет дверь. — Джейсон… застегни куртку. — Она не вытаскивала свой носовой платок, пока не услышала, как за ним закрылась дверь.
  
Глава 4
 
Солнце стояло в зените и ярко светило, когда он вышел на улицу. Снеговик, стоящий через дорогу, быстро таял. Как и вчера, когда он только приехал, он увидел, что на улице полно детей, только что вернувшихся из школы. Его охватило чувство свободы. Повернув на север, Джейсон увидел девочку, отставшую от группы детей и направляющуюся к нему. Несмотря на то, что она была в шапке и укутана шарфом, он узнал Клару.
— Извините. Вы жили здесь?
— Да. — Он хотел заправить ее волосы под шапку, но удержался.
— Мама так сказала. А сегодня в школе учительница рассказала, что вы уехали и стали известным.
Он не смог сдержать усмешку.
— Ну, я действительно уехал.
— И что вы получили премию. Как брат Марси, который завоевал приз за игру в боулинг.
Джейсон подумал о своей Пулитцеровской премии и едва сдержался, чтобы не рассмеяться.