Темные Знамения (СИ)

– Свет и Тьма… – бубнил Альдред.
«По-другому и быть не могло. Тримогенянам не пришлось по вкусу, что мы дали им серьёзный отпор. Они тем самым оставили нам послание, что щадить впредь нас не будут. Ну и пусть».
– У меня мнение такое: раз они тебя упустили, значит, решили свернуть лавочку, – заявил Колонна. – Возможно, этот твой стратилат пересмотрел тактику, когда ему доложили о потерях в джунглях. Либо…
Он почесал затылок.
– Что?.. – подал голос нетерпеливый Нико.
– Возможно, что-то страшное намечается на Правом Клыке. Я думаю, чародеи с тримогенянами нас обошли по побережью. Мы-то из гущи тропиков шли в лагерь.
– И куда, по-твоему, они бежали? – осведомился новичок.
– Бухта с дромоном и теми парусниками. Помнишь? Я думаю, они отчалили под шумок на Правый Клык. А тех, кого мы разбили в перелеске, просто подставили. Им велели патрулировать джунгли, создавая видимость, будто тут полным-полно врагов. Мы-то примерно об этом догадывались. А вот вы бы клюнули.
– Значит, корабли перегнали на второй остров, – догадывался алхимик. – Паршиво.
– Нам бы не помешал один из них, – заметил Альдред, – чтоб домой вернуться.
– Я тоже об этом думал. Вроде как один из кораблей – всего-навсего маленький шлюп. Человек на сорок. Паре человек с ним не управиться, поэтому, пожалуйста, берегите себя все, – настаивал командир.
– Легко сказать, – пробормотал Гараволья.
– Думаете, они не сожгут свои суда? – призадумался новобранец.
– Это глупо. Им ещё предстоит на них куда-то плыть, – успокаивал Колонна.
– Кто разберёт этих язычников? Они могут и спалить корабли, если поймут, что проиграли. Поэтому надо вырезать их всех. Подчистую! – изрёк тираду Нико.
– Поживём-увидим, – только и сказал капитан.
– Нам не помешало бы захватить их стратилата в плен. Менелая Схинаса, – добавил Альдред, выбрасывая в кусты корку папайи.
– Это ещё зачем? – не понял Нико.
«А вроде бы не глупый человек…»
– У нас будет живое доказательство того, что Деспотат задумал нечто нехорошее. Допросим. Узнаем поподробнее, в чём дело. Равновесный Мир должен знать, если за Экватором зреет опасность, – пояснил Флэй.
– Так мы только всколыхнём общественность, – не унимался Гараволья. – Город и прилегающие территории ведь первыми попадут под удар! Как ты не понимаешь?
– Вообще-то Альдред прав, – сказал вдруг Джакомо, вступаясь за него. Не прошло и мгновения, как он поправил себя: – Но не до конца. Эскалировать конфликт никто не будет. Ни Церковь, ни светская власть. Даже если Деспотат готовится к войне, Равновесный Мир не един. Постоянно где-то что-то кто-то выясняет. Однако…
Он помолчал, пытаясь доходчиво объяснить подчинённым суть:
– Мы можем использовать их стратилата с пользой. Дадим дельмеям понять, что мы знаем о его подлых делишкам на заднем дворе. Это даст время. В худшем случае, конечно. А в лучшем – отвадит язычников от посягательств на Западный Аштум…
– Не знаю, не знаю… – проронил Альдред.
– Как бы то ни было, решать не нам, – заключил Джакомо.
– Есть ещё одна проблема, – заявил Флэй. Добившись внимания сослуживцев, пояснил: – Актей Ламбезис.
– Ламбезис? Это же тот пленный архонт у нас в Башне, – вспомнил Джакомо. – Что с ним-то?
– Он сообщил о шабаше Культа на Клыках. С чего бы ему это делать? Я хочу узнать, что этот язычник скрывает, – пояснял Альдред. – Зачем этот подарок нам, его врагам? Отвести взгляды от его затеи? Либо он как-то связан со всем, что здесь происходит? Не верится мне, что он обычный торгаш нектаром…
– Имеет смысл. Только как мы установим его причастность или непричастность? – задавался вопросом Колонна.
– Придётся брать живьём кого-то из Культа, – отвечал Флэй. – Только они могут что-то рассказать. Я допрашивал одного. Только… он сдох раньше, чем хотелось бы. Нужен сведущий апостат.
Джакомо покачал головой.
– Много возни. Допросить – допросишь. Но подставлять спину апостату на пути домой. Нет уж…
– Судебный процесс затянется, – предупреждал новичок. – Деспотат этого не потерпит. За неимением доказательств его просто выкупят – и дело с концом. Он уйдёт от ответственности, что бы ни делал здесь. Но дельмеи проглотят его смерть, если им предоставят чёткую причину для его казни…
 
Капитан ещё хотел что-то противопоставить Альдреду. Но тут в разговор вмешался Никколо Гараволья. Он заявил:
– Беспокоиться об этом не стоит. У меня есть свиток, который поглощает и ретранслирует хрономиражи. Так что я смогу решить этот вопрос. Мне только следует поприсутствовать на допросе…
– Так – куда ни шло… – Командир кивнул. – Но его желательно схватить ещё до шабаша. Надо ещё узнать, что нам предстоит. Заранее.
– Вот и договорились, – усмехнулся Флэй.
Положение вещей его более чем устраивало. С поддержкой отряда будет проще вскрыть правду. Но даже без них он приложил бы все усилия, лишь бы пролить свет на личность архонта. Быть может, и ценой своей жизни.
До конца Альдред в персекутора не превратился. В нём ещё полнилась кровью кураторская жилка. Что заданию «Гидры», что Священной Инквизиции в целом это могло идти только на пользу.
Разумеется, при условии, что срок годности сведений к их возвращению не истечёт.
Через некоторое время вернулись Марго и Шатун. Альдред подорвался помочь развести костёр. Девушка снова взглянула на него и улыбнулась, озадачив Флэя. При всех что-то выяснять он не стал, а отвести на откровенный разговор оказалась кишка тонка.
Стало гораздо теплее и уютнее, когда разгорелось пламя. Поблизости не имелось водоёмов, так что гнус не омрачал посиделки инквизиторов. Новобранец уселся особняком. Смотрел в огонь. Согревал он даже не тело, а душу, стирая ужасы, на которые оказался богат этот день.
В ожидании застрельщиков Нико занялся ранами Флэя, не жалея фисакор. Щедро полил вчерашний ожог. Альдред шипел от боли: пришлось расковыривать подгнившие ранки скальпелем. Алхимик увещевал его:
– Терпение, Альдред. Если не следить за здоровьем, быстро окажешься в земле.
Когда Нико потянулся к шраму на лице, Флэй остановил его и заявил:
– Оставь. Это пустяк. Мужчину шрамы украшают…
Псарь посмотрел на него, как на круглого идиота.
– И кто тебе эту глупость сказал?
– Народная мудрость.
Гараволья хмыкнул и попытался убедить его:
– Шрамы нажить никогда не поздно. А здесь другой климат. Влажность. Рана у тебя на лице. Ты постоянно что-то говоришь. Жуешь. Она не может не подгнить. А мозг-то ведь близко. Думаю, среди людей, умерших от заражения крови, ты поставишь рекорд.
– Ты хуже назойливой мухи, – буркнул Альдред, но дался.
– Я и есть «назойливая муха», – спокойно отвечал Нико.
Глядя на них, Марго рассмеялась. Альдред фыркнул.
К тому моменту подошли застрельщики. Они тащили за собой некую увесистую тушу. В полумраке показалось, будто это свинья пекари. Но не совсем. Её пятачок оказался маленьким хоботком. А морда больше напоминала, скорее, лошадиную.
– Увы, кроликов тут не водится. Белок пусть жрут пауки. Зато в яму провалилось вот это чудовище, – оправдывался Зальц. – Думаю, мясца хватит на всех.
– Я могу его в одиночку слопать, – шутил Джакомо.
– Что у неё с мордой? – осёкся Альдред.
– Это тапир, – уверенно назвала Марго.
Флэй нахмурился ещё больше.
«Откуда она это знает?..»
– Тапир, говоришь? – оживился Колонна. И конечно же, он о них слышал.
– Я читал их описание, – заверял Нико – Точно тапир. Говорят, у них мясо вкусное. Жаль только, соли нет.
– Лучше молчи, пока я на него так не набросился! – рассмеялся Джакомо.
Чтобы сэкономить время, инквизиторы приложили совместные усилия для приготовления тропического зверя.
Застрельщики свежевали тапира, потрошили, пускали кровь чуть в стороне. Остальные корпели над тем, чтоб соорудить лагерный вертел. Их старания были вознаграждены: в конце концов, они расселись по брёвнам, лакомясь дичью.