Темные Знамения (СИ)

– Думаю, у бывшего владельца всякие водились. Вон. Как те, видишь? А этот в парусниках разбирается неплохо. Точно знал, на чём добираться, – увлечённо рассказывала та.
И разумеется, брат Ласло проворонил мелкие суда. Закрыл глаза, раз принадлежали они сливкам общества. С другой стороны, возможно, они вышли в море лишь раз на момент проверки. Кто знает.
Флэй усмехнулся.
– Твоя взяла, – не стал он спорить. – Доверимся эксперту.
– Я вас мигом домчу. Вот увидите, – кивала Марго, улыбаясь. Она казалась счастливее, чем все сослуживцы вместе взятые. – Только помогите на воду спустить.
«Гидра» так и поступила. Совместными усилиями мужчины столкнули яхту в море. Пока та дрейфовала, а девушка готовила судно к отплытию, персекуторы забрались внутрь. Встав за кормчую, Марго повела корабль из бухты в открытые воды. Прочь с Правого Клыка. Прочь из Тропика Водолея. Домой. В Город.
Разговаривали только рулевая и новичок. Шатун с тяжёлыми думами растворился в кокпите. Следом за ним, не менее мрачный, ушёл и капитан Колонна.
Нико к тому времени уже давно сопел в чужую подушку на койке: измотало его чуть меньше, чем остальных. Во всяком случае, физически. Ментальная связь с Пепе и Рокки же высушила его, как гастетскую мумию.Алхимик море ни в каком виде не любил и хотел всю дорогу до Полуострова провести в забытье, на одном дыхании.
Альдред остался. Стоял, скрестив руки на груди, у штурвала. В сон клонило не слишком. Его катарсис на вершине пирамиды по-прежнему давал о себе знать. И совсем неважно, что всё тело ломило. Марго тонко ощущала его самочувствие. Поглядывала на него то и дело, направляя по компасу яхту. Они молчали. Не вытерпев, девушка сказала:
– У тебя уже мешки под глазами. Спустись в кокпит, поспи хоть немножко. Полегче станет, вот увидишь.
Флэй пожал плечами.
– Как-то не хочется, Марго. Там и так три тела. Я четвёртым буду. Внутри же дышать, наверное, совсем нечем. Уж с этими соседями точно, – рассмеялся новобранец. – Лучше тут – куда приятнее. Морской бриз. Шум волн. Ясная погода. Напоминает о детстве. Должно быть, в Кродо ничего не изменилось за эти годы…
Она улыбнулась.
– Хотел бы вернуться домой? – спросила она, осматривая горизонт.
Альдред прыснул смехом.
– Не-а. Только не туда.
– У тебя там никого не осталось разве? – призадумалась Марго.
– Если бы, – фыркнул Флэй. – Хватает народу, не переживай. Но меня никто не ждёт. Я не нужен. Они мне тоже не нужны. И это прекрасно.
Она понимающе кивнула. В столицу Кордугала ей тоже незачем возвращаться.
– Было время, отец мне доверял управлять кораблём. Плывём сейчас, и вспоминаю. Славные деньки…
– И каково это – вести каракку?
– Тяжеловато, – честно призналась морячка. – Всё-таки рослому мужику сподручнее. Но знаешь, со временем я привыкла. Стало полегче.
Флэй усмехнулся. Хорошая компания сейчас ему шла только на пользу. После всего кромешного мрака Клыков было неплохо просто стоять и, не напрягая рассудок, болтать. Обо всём и ни о чём.
Девушка вздохнула.
– Неплохая яхточка. Правда, она несоизмерима с моим замыслом.
– В смысле? – Альдред прищурился, ощутив намёк в её вздохе.
– Поездка будет мягкой. Но… она не может не наталкивать на воспоминания о «Теламоне». Когда растрясусь с Инквизицией, и будут средства, закажу у кордугальских корабелов нау по образу и подобию отцовского.
– Уже придумала, как назвать?
– Назову его… «Принц Теламон», чего скромничать. Или «Теламон II». Тоже неплохо, а? Будет… потомственный корабль. Так сказать.
Марго рассмеялась.
– Далеко идущие планы, как я погляжу, – заметил Альдред, размышляя.
– А по-другому не умею! – Девушка гордо задрала носик. – Важно знать, чего хочешь от жизни. К чему стремиться. Иначе смысл валандаться тут?
Новичок улыбнулся.
«Знала бы ты, насколько права…»
– Тут – это где? – Флэй посмотрел на неё со значением.
Кормчая бросила на него беглый взгляд – и отвернулась.
– В Инквизиции. Где ж ещё? При первой же возможности упакую вещи – и привет, свобода. Не стариться же в крепости. Если вообще получится. Состариться-то…
 
Альдред погонял воздух во рту. Как бывший репрессор, он почувствовал в словах Марго некоторую недосказанность. Она не до конца доверяла новобранцу. Всё равно ничего не теряя, Флэй решил пойти ва-банк.
– Есть соображения, как эту возможность создать?
Она улыбнулась, не отрываясь от обязанностей рулевого. Помолчала недолго, решая про себя, стоит ли признаться. Наконец, заявила с гордостью:
– Я с самого первого дня искала, как можно насильно повернуть жизнь к себе лицом. И знаешь, есть пара обходных путей.
– Только не говори, что надо отрезать себе половину пальцев. Мне такое точно не подойдёт. Уж лучше сразу через дверь вперёд ногами, – шутил и намекал одномоментно Альдред, заглядывая в лицо девушки.
Застрельщица рассмеялась. Потом вникла в сказанное собеседником. Глаза её загорелись игривым заговорщическим огоньком.
– Не готов становиться калекой?
– О чём ты! Для меня даже вывих суставов – уже трагедия. Лучше мертвый, чем безногий, – пожимал плечами Альдред.
Марго поджала губы.
– Тогда слушай. Но пообещай, что не разболтаешь.
Ликвидатор ухмыльнулся. Ему нравилась эта беседа. Она напоминала ему о тех днях, когда… На мгновение лицо Альдреда будто почернело, и на нём отразился весь ужас от кошмара, венчавшего ту давнюю историю. Он выдохнул, приходя в себя, и без задней мысли заявил:
– Без проблем. Обещаю.
– Вкратце… надо просто исчезнуть.
– Это не так просто, – запротестовал Альдред.
– Пока ты в Башне – да. Но вот на задании… – подсказывала ему Марго.
– Всё равно. – Флэй оставался неумолим.
Девушка вздохнула от безысходности. Ей пришлось выложить все карты.
– Многие миротворцы и персекуторы не возвращаются с заданий. Ни живыми, ни мёртвыми. Просто остаются там, где погибли. Если это слишком далеко от Янтарной Башни. Скажем, в лесной глуши. В горах. В Недрах. Или… в Тропике Водолея. В общем, никто даже не станет искать их тела.
– Интересно, – признал новобранец.
– С нами было ещё тридцать пять человек. И где они теперь? Они там остались! Но обо всех ли мы можем с уверенностью сказать, что они погибли? Что, если, предположим, кто-то просто остался там. Ещё живой.
Альдред смутился.
– Жути наводишь…
– Дело не в этом, – поясняла Марго. – Просто их всех помечают как «без вести пропавших». Так это или нет, вопрос отдельный.
– Хорошо, хорошо. А причем тут деньги?
– А притом, что на каждом трупе всё равно висит энная сумма. Жалование, которое суммировалось, исходя из срока службы. Куда, по-твоему, они уходят?
– Остаются в Церкви, – без запинки отвечал Флэй.
Кормчая покачала головой.
– Ты помнишь, когда подписывал бессрочный контракт с Инквизицией? Там есть графа «Родственники». Заполнял её?
– Вписал только дядю…
– Замечательно. Это очень важно, на самом деле. Потому что, согласно какой-то там папской булле, я в это не вникала, компенсацию получает именно твой родственник. Если умрёшь. Налог от духовенства и феодала вычитаем, но это гроши всё равно. Процент мизерный. А так, да. В противном случае, всё добро оседает в церковной казне.
– Правильно ли я понимаю… Чтобы получить деньги, надо уйти прямо на задании в самоволку. Сделать всё, чтоб ни тебя, ни снаряжение не нашли. Убедить родственника прийти в банк, работающий с Инквизицией, и снять средства для тебя. Всё верно?
– Всё верно. И даже не надо будет умирать, – смеялась Марго. – Конечно, план далёк от идеала. Но я продумала, как довести его до ума.
– И как же?
– По указанному адресу родственников приходит извещение. Обычно бюрократы с этим укладываются в месяц. Это ещё быстро, потому что это основная масса дел в отдельных подразделениях ведомств. С этим проблем нет. А вот с родней…
– Её ещё надо как-то умаслить, чтоб в итоге тебя не нагрели. И не сдали. Это ещё важнее, чем просто лишиться денег.