Найди свою мечту

— Ты не виноват. Я решил убраться из ее жизни еще до того, как ты высказался. У меня другие планы. Мне надо…
Майкл умолк, отвернулся и прижался лицом к теплой шее Макса.
— Я думал, что она умерла! — Его плечи вдруг затряслись, и у него не было сил оттолкнуть руку Джоша. — Я посмотрел вниз, увидел ее там и подумал, что она умерла! Я не помню, что было потом… до того, как я спустился, дотронулся до ее горла, нащупал пульс.
  
— С ней все будет хорошо. У вас обоих все будет хорошо.
— Ты же ничего не знаешь! Она не оказалась бы там, если бы я не сказал ей, что все кончено. Если бы я не оскорбил ее… — Майкл поднял голову, потер ладонями лицо, оставляя на нем кровь. — О ней позаботятся, так что все будет в порядке. А мне здесь не место.
— Ты ошибаешься. Никто не отталкивает тебя, кроме тебя самого. Господи, Мик, ну и грязный же ты! — Джош окинул взглядом изодранные руки, разорванную, окровавленную одежду Майкла. Даже сейчас ему не хотелось думать, как близки были к смерти его сестра и его лучший друг. — Пойдем миссис Уильямсон не терпится повозиться с тобой. И мне кажется, что выпивка тебе тоже не помешает.
— Я выпью, когда сделаю дело.
Я сказал ей, что достану этот чертов сундук. И я его достану.
Майкл пошел прочь, оставив Джоша с разинутым ртом. «Спорить бесполезно», — решил Джош.
— Подожди. Я позову Байрона. Мы сделаем это вместе.
  
21
 
Час спустя, грязные и злые, Джош и Байрон внесли в гостиную маленький сундук. Достать его оказалось не так просто: едва они начали спускаться, как землетрясение решило напомнить о себе. И несколько мгновений трое мужчин, пойманных подземным толчком на узком уступе, спрашивали себя, не потеряли ли они рассудок. К счастью, все обошлось, и теперь сундук, еще запертый, стоял на журнальном столике перед диваном. И терпеливо ждал.
— Глазам не верю! — прошептала Марго, поглаживая дерево кончиками пальцев. — Неужели это правда? После стольких лет… — Она улыбнулась Лоре. — Ты нашла его!
— Мы нашли его, — поправила Лора. — Мы всегда знали, что найдем. — Она протянула руку к Кейт, и боль сразу тупо запульсировала в ее голове. — А где Майкл?
— Он не… — Джош проглотил ругательство. — Ему надо было проверить лошадей.
— Я приведу его, — предложил Байрон.
— Не надо. «Это его выбор», — напомнила себе Лора. А ее жизнь должна продолжаться. — Удивительно, что он такой маленький, — прошептала она. — Такой простой. Думаю, мы все воображали себе что-то огромное и разукрашенное. Необычное. А это простой сундук, но очень крепкий. Вечный. — Она глубоко вздохнула и взглянула на Марго и Кейт: — Вы готовы?
Лора положила руку на замок, и он открылся легко, беззвучно, выдохнув аромат лаванды и кедра.
Интересно, какие сокровища они надеялись отыскать? Это был просто сундук с приданым. Конечно, там были и драгоценности, но очень скромные, девичьи. Лазуритовые четки с тяжелым серебряным крестом, гранатовая брошь, несколько золотых монет, высыпавшихся из кожаного кошелька.
Но там было и постельное белье, искусно вышитое и тщательно сложенное. Пожелтевшие носовые платки и салфетки с кружевными оборочками. Янтарные бусы, крохотное колечко, усыпанное мелкими рубинами, сверкающими, как капельки крови. Милые украшения юной незамужней женщины. И кулон с локоном темных волос, перевязанных золотой ниткой.
Под стопкой белья лежала маленькая книжка в красном кожаном переплете. И аккуратным почерком воспитанницы монастырской школы было выведено: «Мы встретились сегодня на скалах. Рано, когда еще в траве блестела роса и солнце медленно поднималось из моря. Фелипе сказал что любит меня, и мое сердце вспыхнуло ярче зари».
Лора положила ладонь на плечо Марго и прошептала:
— Ее дневник! Она положила свой дневник вместе с сокровищами и заперла их. Бедная девочка…
— Мне всегда казалось, что мы будем прыгать от радости, когда найдем это. — Кейт нерешительно протянула руку и погладила пальцем янтарные бусины. — А я чувствую только печаль. Она спрятала в этот маленький ящик все, что было ей дорого, и ушла.
— Ты не должна печалиться. — Лора положила открытый дневник себе на колени. — Она хотела, чтобы мы нашли это — и мы нашли. Мне приятно думать, что она подождала, пока каждая из нас не столкнется с тем, что кажется непреодолимым. Но мы преодолели. Мы выжили.
Лора потянулась к подругам, взяла их руки в свои.
— И мы выставим это в магазине в специальной витрине.
— Но мы не сможем продать ничего из этого! — прошептала Марго. — Мы не можем продавать сокровища Серафины…
— Конечно, нет! Мы выставим их не для продажи. — Лора улыбнулась сундучку. — Пусть другие смотрят на них и мечтают.
Майкл не стал приводить в порядок свое жилище. Оставил все, как было. Он собирался принять душ, чтобы смыть всю боль и страдания, но потом решил, что лучший способ забыть все невзгоды — напиться до бесчувствия.
Он открыл холодильник, отодвинул пиво, вынул бутылку виски и наполнил стакан, не обращая внимания на настойчивый стук в дверь.
— Идите все к дьяволу! — пробормотал он и сделал большой глоток.
Появление Энн Салливан не улучшило его настроения.
— Ну, как я вижу, ты топишь свои горести в стакане посреди хаоса. — Энн поставила на стол коробку и, нахмурившись, обвела взглядом то, что осталось от кухни. — Не ожидала увидеть столько разрушений. У нас разбилось всего несколько чашек.
— Землетрясение тут ни при чем. Это Лора постаралась. — Майкл снова поднес стакан ко рту, и Энн неодобрительно поджала губы.
— Неужели? Она редко выходит из себя, но уж если это случается, не знает удержу. Сядь. Сначала займемся тобой, а потом приберемся здесь.
— Я не хочу прибираться, и мне не нужна ваша забота. Уходите.
Но Энн спокойно потянулась к коробке, которую принесла с собой, и вытащила накрытую тарелку.
— Миссис Уильямсон приготовила тебе еду. Она тревожится о тебе.
— Не о чем тревожиться! — Майкл уставился на свои руки. — Бывало и хуже.
— Не сомневаюсь, но все же сядь, я промою порезы.
Энн достала из коробочки бутылочки и бинты.
— Я сам могу о себе позаботиться. — Майкл поднял стакан и уставился на него. — Как видите, я уже начал.
Энн деловито обошла стол и толкнула его на стул.
— Делай, что тебе говорят!
— Черт! — Он потер плечо, загоревшееся огнем в том месте, до которого она дотронулась.
— И придержи язык. — Энн наполнила миску горячей водой. — Наверняка уже попала инфекция. Совсем мозги растерял!
Она схватила его руку и принялась за работу.
— Если вы собираетесь играть сестру милосердия, то хотя бы… Черт побери, больно!
— Конечно. И не ругайся на меня, Майкл Фьюри. — Слезы обожгли глаза Энн, когда она увидела, что он сделал со своими руками, но ее движения оставались уверенными и не особенно мягкими. — Придется потерпеть.
Энн щедро залила антисептиком открытые раны, и у Майкла глаза полезли на лоб, а воздух загустел от непристойных ругательств.
— Настоящие ирландские ругательства. — Невозмутимо заметила Энн. — Это напоминает мне моего дядю Шамуса. Из каких мест твоя семья?
— Из Голуэя. [13] Черт побери, почему бы вам не воспользоваться серной кислотой и разом покончить со мной?
— Стыдно, Майкл! Такой большой сильный мужчина скулит из-за перекиси водорода и спирта. Глотни еще виски, если не умеешь терпеть боль.
Ей удалось задеть его гордость, и Майкл, опрокинув остатки виски в глотку, хмуро уставился на Энн, решив молча подумать, пока она бинтует его руки.
— Готово? — спросил он.
— Пока да. Но запомни: нельзя мочить бинты и надо регулярно менять их, если ты такой же упрямец, как мисс Лора, и не собираешься обращаться к врачу.
— Не нужен мне врач! — Майкл дернул плечом и тут же пожалел об этом, так как оно сразу болезненно запульсировало. — И у Лоры все обойдется. Вокруг нее вертится достаточно народу.