Дебютантка поневоле, или Как (не) выйти замуж за дракона (СИ)

Она должна непременно стать его, и Брачный Сезон сыграет ему только на руку!
Но первым делом стоило разобраться с соперниками и начать с Купера, внезапно вздумавшего волочиться за Лирри, хотя он годами вполне успешно бегал от женитьбы.
Точно так же, как и Конрад.
Затем поставить на место эскарского принца и еще человек тридцать из тех, кого императорская чета пригласила участвовать в Брачном Сезоне этого года.
Но сперва Конрад повернулся к Эгону и тотчас же столкнулся с недовольным взглядом его серо-стальных глаз.
- Конрад, я первым ее заметил! – таким же недовольным голосом произнес тот.
- С чего бы это? – усмехнулся он.
- С того, что на леди Деклар у меня имеются самые серьезные планы. Так что, будь другом, выбери кого-нибудь другого и не мешайся у меня под ногами. Твое присутствие рядом с ней явно лишнее, мне и припадочного Каурры за глаза хватает.
Все это довольно неожиданно, с раздражением подумал Конрад. И припадочный Лоран Каурра, непонятно зачем таскавшийся за Лирри, и Эгон с его «серьезными планами».
- Вообще-то, первым заметил ее именно я. Причем еще на подъезде к Хейвену, – буркнул Конрад, хотя прекрасно понимал, что этот факт не имеет никакого значения. – Эгон, ты все равно не собираешься на ней жениться, так что оставь ее мне!
- Я-то как раз собираюсь жениться, – возразил тот. – И именно на леди Милтон-Деклар!
Его слова показались Конраду еще более неожиданными и довольно-таки невыносимыми.
- Зачем тебе все это? Насколько мне известно, до вчерашнего дня тебя вполне устраивали прелести некой графини, которую ты посещаешь в то время, когда отсутствует ее муж. Что могло измениться за столь короткий срок?
Но Эгон не собирался открывать ему ни свои планы, ни изливать душу.
- Конрад, говорю же, оставь ее мне! Не лезь в то, что ты не понимаешь!
- Что именно я не понимаю? – холодно поинтересовался он. – Поделись со мной, Эгон! Быть может, все-таки напрягу мозг и тоже смогу понять.
Получалось, Эгон что-то знал – некую тайну, которая окружала Лирри Милтон-Деклар и о какой Конраду до сих пор было невдомек.
В пользу того, что подобная тайна существовала, говорило внезапное появление Лирри на Брачном Сезоне, а заодно пристальный интерес со стороны лорда Купера, как и навязчивое поведение принца Лорана Каурры.
Но Эгон упорно молчал, поэтому Конрад решил зайти с другой стороны.
- И все-таки, что здесь происходит? Буду рад, если ты со мной поделишься. Как-никак, мы с тобой были приятелями по академии!
Но потом жизнь разметала их по разным окопам, а когда оба вернулись в столицу, то прежней дружбы больше не возникло, хотя и остались приятельские отношения.
При этом Конрад признавал: Эгон был серьезным соперником за руку и сердце Лирри Милтон. К тому же он явно его опережал на целый ход, раз уж знал окружавшую ее тайну.
Мне бы не помешало присутствие Ричарда, раздраженно подумал Конрад, уставившись в мрачное лицо Эгона. Младший брат был прирожденным дипломатом и справился бы с этим разговором намного лучше него.
Но Ричард сейчас находился в Эскаре, пытался разгадать дьявольские замыслы сумеречных драконов и предотвратить очередную войну, а Конрад был здесь. Стоял и смотрел на своего конкурента, размышляя о том, что эскараский принц уже минут пять, а то и больше бродит по Лабиринту, по которому гуляет Лирри. Он же до сих пор бесцельно спорит с Эгоном, и тот не собирается ни в чем ему уступать.
- Говорю же, у меня свои интересы! – наконец, выдавил из себя тот. – Сперва я думал, что они будут только деловыми, но сейчас понимаю, насколько сильно я ошибался. Леди Милтон-Деклар – настоящая жемчужина, и я собираюсь заполучить ее в свою собственность. Зато ты можешь и дальше бегать от брака. – С этими словами Эгон дружески похлопал его по плечу, на что Конрад поморщился. – Если хочешь, я даже могу тебя прикрыть, замолвить словечко перед императором. Ты же понимаешь, у меня имеются кое-какие связи, – намекнул он.
Конрад не сомневался, что речь шла о его дяде Моргане Тиролли, первом советнике короля.
 
Видимо сочтя, что на этом разговор окончен, Эгон развернулся и тоже направился в сторону Лабиринта.
Глядя ему вслед, Конрад размышлял о том, что встреча с Лирри Милтон принесла в его жизнь множество самых разнообразных эмоций и ощущений, с которыми он доселе не сталкивался.
Помимо приятных, он, например, близко познакомился с чувством темной и пожирающей изнутри ревности.
Зато разбуженный дракон привычно рвался в бой. Попытался воплотиться, чтобы защитить, а потом заявить права на ту, которая принадлежала им по праву.
Но Конрад в очередной раз его успокоил.
Понимал: впереди его ждала долгая и сложная битва за руку и сердце Лирри Милтон-Деклар, выиграть которую ему придется в людской ипостаси.
***
Лабиринт внутри оказался огромным, а еще завораживающе-величественным – тенистые проходы в метр шириной, живые изгороди выше человеческого роста, причем переплетение веток было настолько густым, что не стоило и пытаться выбраться наружу подобным путем.
Оставалось только честно искать выход.
Также внутри стоял сладкий запах свежей зелени и цветов, а время от времени на пути мне попадались фонтанчики с питьевой водой и невероятной красоты хрустальные статуи драконов. Красота, да и только!
Я шагала по Лабиринту, вертя головой. Пусть солнце порядком припекало, но внутри стояла приятная прохлада, так что гулять оказалось одним удовольствием. Особенно в свете того, что мне не помешало бы хорошенько обо всем поразмыслить!
Заодно мне не мешало не потеряться, потому что Лабиринт оказался настоящим, а вовсе не фальшивкой с тремя поворотами и выходом за каждым кустом. Вместо этого проходы не думали заканчиваться, повороты и развилки следовали друг за другом, и вскоре я уже с трудом удерживала в голове тот путь, который проделала от входа.
Табличка с подсказкой мне попалась лишь один раз.
Она гласила, что всем, кто не любит головоломок, даже не стоит и пытаться идти дальше. Вместо этого им нужно проследовать в указанном стрелкой направлении, и этот путь выведет их из Лабиринта.
Тех же смельчаков, кто сумеет пройти Лабиринт до конца, ждет удивительный сюрприз и прикосновение к величайшей тайне древности.
Сюрпризы я любила, древние тайны еще больше, поэтому не собиралась слабовольно сдаваться и следовать указаниям на табличке. Но чтобы не попасть впросак, я отыскала палочку на чисто выметенной дорожке, после чего, склонившись, по памяти нарисовала известную мне часть Лабиринта, постаравшись отметить все повороты и развилки, которые миновала.
Ну что же, в детстве мы с отцом частенько забавлялись подобным образом – он рисовал карты, я же хваталась за перо и пыталась отыскать из них выход.
Отца не стало, но любовь к загадкам у меня осталась. К тому же в библиотеке дяди Генри мне на глаза еще и попалась книга под названием «Конспирология», которую я прочла, и сейчас, немного напрягшись, вспомнила один из принципов прохождения лабиринтов.
Ничего сложного, нужно лишь отмечать крестиком каждый из ходов, по которому следуешь, а если тот заканчивался тупиком, то возвращаться к развилке и ставить рядом с первым крестом еще и второй, означавший, что этот проход никуда не ведет.
Таким образом пусть и медленно, но можно было отыскать все тупиковые ветки и, в конце концов, найти выход из любого лабиринта.
Именно этим я и занялась – шла, оставляя едва заметные знаки на земле, выискивала ведущие в никуда ветки и правильные ходы и делала это так долго, пока не поняла, что... в Лабиринте я больше не одна.
Кто-то уверенно топал по проходу недалеко от входа, и мне казалось, что это были мужские шаги. Я замерла и почти сразу же услышала раздраженный голос эскарского принца.
Лоран Каурра звал меня по имени, заклиная отозваться и заявляя, что без меня ему настолько тоскливо, что и свет больше не мил.
Но я не собиралась ему отвечать, вот еще!