Моя Прелесть (СИ)

Пока я рассуждал о местном Олимпе и его обитателях, наша бравая команда спокойно и не спеша добиралась до города всех вин. Две недели пути по бескрайним степям, две недели тишины и покоя. Признаюсь, я даже немного расслабился, столь спокойно было в дороге, ведь ни орков, ни бандитов, вообще никого, лишь степь, мелкие речушки и животные. Ни городов, ни поселков, только одинокая тянущаяся далеко вперед дорога, по которой изредка проходят караваны.
Возвращаясь к теме местных Олипийцев. Случайно в голову пришла забавная аналогия с моим родным миром, где Илуватар — создатель программист — программист лентяй. Сделал себе Валаров — программы, которые должны были сделать для него мир согласно выданному описанию, так как самому работать было лень. Флора, фауна, сам мир — искусственные нейросети. А у каждой нейросети есть свои модули, которые отвечали за отдельные функции, в данном случае — Майар. А эльфы, люди и все остальные, это методы и процедуры мелкого воздействия. Такая себе матрица получается. А Мелькор оказался тем еще Агентом Смитом. Он стал вирусом, который решил захватить всю систему под себя. Ха-ха-ха-ха, зашибись аналогия, а ведь очень прикольно ложится. Жаль поделиться не с кем. Эх, печаль беда, придумываешь шутку, а никто кроме тебя самого и оценить её не может. Все равно что один. Так и до шизофрении недалеко.
Но долго мне страдать над бренностью бытия не дали. Взобравшись на холм, мы увидели с него Дорвинион, представший перед нами во всей красе. Как и ожидалось, никакой армии здесь не было, более того, даже намека на нее. Самый обычный город, правда, с парочкой «но». Созданный в каком-то половинчатом стиле восточных и северных людей, с куполами и шатрами, но при этом вполне себе узнаваемыми строгими бойницами и крышами самых обычных домов. Достаточно высокая песчаная стена окружала город. В ней же были видны лишь одни гигантские ворота, через которые пройдет и Мумакил, а с внешней стороны стены были бескрайние виноградные сады, на которых трудились сотни людей. И это только те, кого мы видели, а сколько их в саду?
— А город неплохо развивается, — подметил Двалин.
— Так ведь, чем торгует. Местные вина несут славу на все Средиземье. Даже Эльфы и те оценили этот шедевр. А еще, здесь уже давно не было ни одной войны. Спокойный край, хороший продукт, никто не трогает, чего бы им не развиваться?
— Действительно.
— Ладно, идемте! Уверен, нас уже заметили.
Войти в Дорвинион оказалось до безобразия просто. Стража нас даже досматривать не стала, лишь взглядом проскользила, не более. Гномы и гномы. Замечу, что с отсутствием армии я погорячился — Истерлингов здесь было более чем достаточно, может на армию не наберется, но заварушку устроить можно знатную.
В этот самый момент меня посетило очень четкое чувство дежавю, словно со мной это уже было. И в прошлый раз, помнится, я вырезал целый город. Хм… одно утешает, местные не выглядят агрессивно. Самые обычные жители, самые обычные странники. Город живет своей повседневной жизнью, нет той гнетущей атмосферы, которая была в прошлый раз, так что вполне возможно, что я просто себя накручиваю.
В пользу этого говорит еще и тот факт, что здесь не ощущаются назгулы. Скрыть ауру ужаса назгула — даже не знаю, возможно ли это. Нет, фактически это возможно, пикси ведь дементоров от меня спрятали? Но Саурон не пикси, чтобы над всякой херней биться, поэтому скорее всего — нет. А если назгулов нет, то воевать Саурон действительно не собирается. Это ведь по сути, его элитная гвардия. Как знать, вполне возможно, что он просто не хочет рисковать. А ну как, я его колечко ненароком сломаю, или испоганю, тут я сам за себя ручаться не могу, куда с экспериментами случайно зайти могу.
Как бы то ни было, долго по городу бродить не пришлось. Практически сразу, прямо на центральной улице к нам подошел самый обыкновенный мужчина — истерлинг. Закутанный с ног до головы, скрывая лицо, он заговорил:
— Здравствуйте, жители подгорного королевства. Что привело вас, в наш славный город?
 
— Нас здесь ждут друзья. Они прислали мне послание, в котором просили прийти сюда.
— Тогда, я даже знаю кто это. Могу ли я вас к ним проводить?
— Конечно.
— Тогда прошу за мной.
Кивнув сопровождавшим нас гномам, отряд последовал за Истерлингом. Мужчина свернул с дороги, прошел узенькими закоулками и вывел нас к черному ходу какого-то здания. Внутри это оказался самый обыкновенный трактир. Только пустой, без посетителей. Вместо них, здесь были несколько вооруженных человек, причем мне не знакомых. Броня, в которую они были одеты, напоминала гондорскую, по крайней мере не узнать знакомые очертания шлема я не мог, но у этих парней он был закрыт. Так же, у них были черные плащи и более темный цвет железа, словно его из мешка с углем вытащили.
Посреди зала, за одним из столиков сидел человек в точно такой же броне, но его шлем лежал рядом на столе, а сам он не спеша пил вино. От одного только вида этого мужчины, я мысленно сглотнул. И нет, я не испугался. Просто вина очень сильно захотелось, вот прямо невмоготу. А еще я напрягся. Взгляд человека, который тот на нас бросал, говорил о высокой самооценке, уверенности и способности эту самую уверенность подкрепить силой. Интересно, если бы Гарри увидел его, он бы сравнил этого мужчину со мной? Вполне может быть.
— Приветствую тебя, Торин, — поднявшись из-за стола чуть поклонился нуменорец. В том, что это именно он, у меня не было и капли сомнения. Вот только откуда он здесь, на это я ответить не мог. Их остров давно затонул, потомки неоднократно воевали, их тупо уже не должно быть на свете! Но нет, вот он, представитель их вымершего народа сейчас стоит передо мной и дружелюбно улыбается.
— Здравствуй, посланник Мордора.
— Прошу, присаживайся. Разговор обещает быть долгим, — при этом человек уважительно предложил гному сесть напротив себя.
— Где мой отец? — сходу требовательным тоном рыкнул Торин. Нельзя, нельзя брать гномов на тонкие переговоры! Правильно Гэндальф говорил: «Прямолинейные, невыносимые, твердолобые», уууууу!!!
— О, не беспокойся. Он здесь, — взмах рукой, и к нам из кухни выводят достаточно потрепанного Траина. Гном хоть и был не в лучшей форме, но держался уверенно. Траин был достаточно хорошо одет, обут, правда организм имел несколько истощенный и фингал под глазом картину портил, но да это мелочи, главное живой и адекватный.
— Отец!
— Торин!
Вскочив со стула, Торин подскочил к Траину. Тот в ответ бросился к сыну — воины, что вывели гнома, не мешали воссоединению семьи, за что им мысленный плюсик.
— Торин…
— Отец… я так рад… Я знал, я верил, что ты жив!
— Торин, что ты здесь делаешь?
— Я пришел за тобой, отец.
— Глупец, это ловушка!
— Я вас попрошу! — возразил молчавший посланник Мордора. — Не стоит бросать оскорбления и клевету туда, где она не имеет места быть.
— Хочешь сказать, никакой ловушки нет? — скептически выплюнул Торин.
— До чего все предвзятые, кошмар, общаться невозможно, — выдохнул нуменорец, наливая в пару бокалов вино. — Именно что нет, господин гном. Если бы я хотел вас убить, то смазал бы седьмое кольцо гномов ядом с отсроченным эффектом, а теперь пожалуйста, сядьте и не стройте из себя невесть что.
Вот это мужиииик! Аплодирую стоя. Торина только что заткнули за пояс, причем весьма аккуратно.
— И почему же?
— Что именно?
— Почему я еще жив?
— Глупый вопрос, на который вы сами знаете ответ, господин гном. На вашей стороне есть тот, с кем нельзя не считаться. И говорить я пришел, не с тобой, Дубощит, а с ним.
 
А Саурон умеет подбирать кадры. Тут я недавно об эльфов ноги вытирал весьма экстравагантным образом, а здесь о нас точно так же вытирают, причем без прямого обращения. Нуменорец четко дал понять, что хочет говорить не с Торином, а со мной, а Торин — лишь так, пыль на его пути.
— Торин? — удивился Траин.
— Все хорошо, отец. Я разберусь.