Его невинная малышка (СИ)

Понимаю, что в западне, и теряюсь с ответом…
  
Глава 10
 
Ава.
Мужчина замечает мое замешательство, растерянность, боль, поскольку я теряю контроль над своей мимикой и слегка морщусь, переминаясь с ноги на ногу. Мне действительно было плохо. Я чувствовала себя ужасно уставшей и хотела спать, как никогда в жизни. И весь этот допрос давался мне с трудом… К тому же я не знала, как теперь быть дальше.
– Пойти есть куда? – вдруг спрашивает мужчина, спрятав телефон обратно в карман. Этот жест дал мне понять, что такси отменяется.
– Найду… – отвечаю, пытаясь выпрямиться на ногах, но оступаюсь, чувствуя резкую боль в бедре. Арн реагирует сразу. Подскакивает ко мне, быстро обхватывает мою талию, чтобы поддержать, и практически полностью отрывает меня от пола. Сдавливает меня в своих руках, заставляя ощутить на своем теле все ушибы, заработанные за вечер, в том числе и плечо, которое протаранил Артем.
Я еще не смотрела, что у меня там под футболкой, к тому же мало двигалась после нападения, поэтому не могла оценить ущерб, нанесенный ублюдком. Но сейчас мне пришлось ощутить его сполна! Было такое чувство, будто меня бульдозером переехали…
– Что болит? – спрашивает мужчина после того, как я сжимаюсь в его руках.
– Ничего… – лгу, потому что он незнаком мне, я не знаю его настоящих намерений. Отпустит или все же вернет Артему, чтобы не создавать себе лишних проблем?
– Что с руками? – не может угомониться, кивнув на синие ободки вокруг моего запястья. – Еще есть раны, ушибы?
– Возможно… – уклончиво.
– Это Дорохов? – уточняет.
– Сдашь меня ему? – вопросом на вопрос, чтобы знать правду. Слишком смело, но все же спрашиваю, а затем слегка отстраняюсь от Арна, чтобы увидеть его реакцию.
Мужчина недовольно поджимает губы, вперивает в меня свой темный взгляд, и мы как-то виснем друг на друге на несколько длительных секунд.
До мурашек по коже…
Так пробивает.
Я не выдерживаю первая и отвожу глаза в сторону. Неудобное положение, неловкий момент, и мне он кажется таким интимным…
Наверное, ближе к мужчине я еще никогда не была в своей жизни. Да, целовалась, обнималась, но это… Что-то другое. Понимаю, что мне нравится, и от этих мыслей становится стыдно.
– Нет, – вдруг отвечает он, и я меланхолически вспоминаю, о чем мы там говорили. Словно вечность прошла. Ах, да! Дорохов! Он не сдаст меня ему?!! Действительно? Хотела уточнить, переспросить, убедиться, но Арн опережает меня, шокируя своими следующими словами: – До утра останешься у меня! – И это звучит не как предложение, а, скорее всего, как утверждение.
– Не думаю, что это хорошая идея, – отвечаю спокойно, пытаясь освободиться из объятий мужчины. Но он не отпускает меня, продолжает придерживать. К тому же мне было некуда отступать, поскольку я была зажата между тренажером и его огромным телом. Мне не хотелось ему перечить, грубить или вызывать его раздражение, потому что сейчас моя судьба зависела от его решения, и я очень боялась, что он передумает насчет моего возврата Дорохову. Мне просто хотелось уйти… Куда, я еще не знала, но так мне было бы спокойнее. Я не верила этому человеку. Не знаю почему, но теперь меня все настораживало.
– Где ты живешь? – спрашивает он, когда видит мое сопротивление, затем ослабляет свой захват и отступает на шаг в сторону, возвращая мне личное пространство. Наконец-то!
– Дом в двух кварталах от клуба «Эгоист», – говорю правду, но не называю адрес.
– Родственники есть?
Необдуманно и машинально качаю отрицательно головой.
– Одна живешь?
– С мачехой… – отвечаю и запинаюсь.
– Это та, что заманила тебя к Дорохову? – заключает он, и я мысленно чертыхаюсь, закусывая нижнюю губу. – Сейчас опасно возвращаться к ней. Здесь нужна больница…
– Нет! – отрезаю испуганно. Денег нет. Синяки от пальцев могут вызвать много вопросов, и врачам ничего больше не останется, как вызвать полицию. Тогда мне придется сказать, где я живу и с кем. Меня вернут домой, в руки Валерии. А я помню, что говорил парень за моей спиной, когда увидел меня. Ярослав показывал мое фото парням в клубе, предложил Дорохову и сделка состоялась. Очевидно, что моя мачеха причастна к этому заговору, а значит видела в этом свою выгоду, и меня так просто не отпустят. Пока не удостоверюсь в своей безопасности, домой не вернусь.
 
– Пойдем, – врывается в мои раздумья голос Арна. – В больницу не хочешь – останешься здесь, а завтра решишь, что делать дальше. Рядом со мной тебе ничего не грозит, и можешь не бросать на меня такие пугливые взгляды. Если не хочешь оставаться, можешь уйти. Я тебя не держу силой, но прежде, чем необдуманно бежать, обрати внимание на свое состояние. Если потеряешь сознание на улице, к утру от тебя не останется ничего. Район у нас не тихий. К тому же заметь: мы находимся достаточно далеко от клуба «Эгоист». Я могу отвезти тебя к друзьям или знакомым, но уже за полночь… Откроют ли они? А твое тело явно требует отдыха.
Веские аргументы.
Теперь даже не знаю, где безопаснее: здесь, с незнакомым человеком, или на неизвестной мне улице, ночью, без каких-либо средств к существованию. Но Арн до сих пор не причинил мне вреда, а, наоборот, предлагает выход и помощь…
– Решай. У меня завтра тяжелый день, нужно рано просыпаться. Я тоже не горю желанием тратить на тебя полночи, – подгоняет, и я поднимаю на него взгляд. У меня нет другого выбора…
– Можно я останусь? – прошу еле слышно, соглашаясь на лучшее из двух зол…
  
Глава 11
 
Ава.
Когда Арн сказал: «Ты можешь остаться здесь», – я думала «здесь» – это в клубе. В спортзале находилось несколько мягких диванов, были маты и тренажерные стойки. Переночевать было где! Но мужчина, ничего не объясняя, взял меня под руку и повел за собой в противоположную сторону от панорамных окон, к стене, красиво обделанной досками, которые покрывал прозрачный лак. На ней было полно фотографий, сделанных во время боев, побед и тренировок. А также здесь находились медали, полочки для других наград и взятые в рамки письменные награждения от неких разных организаций. Спорт для этих мужчин многое значил.
Арн открыл передо мной дверь, которая ловко маскировалась среди такого вот интерьера, за идеально подогнанными друг к другу досками, и подтолкнул меня вперед, заставляя первой двинуться по узкому проходу с деревянными ступеньками наверх. Подъем хорошо освещался небольшими лампочками и дальше плавно изгибался вправо. Я сделала всего несколько шагов, поднялась на две ступеньки, а потом застыла, бросая быстрый взгляд на Арна.
– Куда мы идем? – спрашиваю, обнимая себя руками в защитном жесте. После произошедшего для меня все было подозрительным.
– Ко мне, – отвечает Арн, осторожно протискиваясь мимо меня наверх. Там, на первом изгибе лестничного пролета, в стену была вмонтирована некая панель. Она светилась зелеными лампочками и имела небольшой циферблат. – Я живу на втором этаже, – объясняет, приближаясь к панели, на которой вводит шестизначный код. Лампочки сменяются из зеленого на красный, издавая противный протяжный звук, после чего я слышу за своей спиной щелчок, и свет вокруг как-то меняется.
Вздрагиваю от этих изменений и испуганно оглядываюсь по сторонам. Не поняла, что произошло, но то, что дверь заблокировалась, осознала сразу.
– Меры безопасности, – говорит Арн, протягивая мне руку. – Пойдем, здесь тебе ничего не грозит. Даю слово, – добавляет, а у меня внутри все как-то успокаивается. Поверила с первых слов…
 
Принимаю предложенную руку и, морщась от боли, поднимаюсь выше, ровняясь с мужчиной. Он вновь подталкивает меня вперед и, ненавязчиво поддерживая под локоть, помогает подняться по крутой лестнице наверх к еще одной деревянной двери. Открывает ее передо мной, и я первой прохожу внутрь, в нерешительности застывая возле прохода, оказываясь в просторной гостиной, оформленной в коричнево-кремовых тонах. Красиво, чисто, уютно, и одновременно чувствовалась некая холостяцкая особенность окружающей атмосферы. Как-то все сдержанно, минималистично. Ничего лишнего. В центре – большой диван, рядом столик на низких ножках, а на стене напротив огромный плазменный телевизор. За диваном находился выход на балкон с панорамными окнами и красивым видом на парк. Все тоже было открыто, на виду.