Генеральный попаданец 5 (СИ)

Растерявшегося, было, Белозерцева окликнули:
— Тебе куда, служивый?
Запыленный и замотанный делами офицер в солнцезащитных очках и эмблемой МС держал в руках планшет с блокнотом.
— БМС, пятая рота, тащ капитан!
— Понятно. Пятая сейчас в Триполи. Старшой, прыгай в ту машину. На месте разберемся!
Капитан поставил галочку и показал рукой, куда бежать. Старший сержант, получив четкое указание, сноровисто рванул к странному на вид автомобилю. Такие он видел лишь в иностранных фильмах. Рубленые формы, открытый верх.
  
— Назад прыгай, воин!
Андрей устроился рядом с тюками. За рулем сидел старшина, с ним рядом пристроился встречавший его старший лейтенант. Тот обернулся. Загорелый так, что светло-серые глаза казались чужеродным пятном, он быстро срисовал сержанта.
— Новичок?
— Так точно!
— Запомни первое и правильное: чище руки — тверже кал! Мой руки всегда, или вытирай их санитарными салфетками. Местные фрукты также обязательно мыть. Хотя все равно жди дристоты. Микробы тут зверские. Так что при первых признаках быстро к доктору, таблетки получать.
— А чего не сразу?
— Правильно мыслишь, солдат. Но сразу не дадут, ибо должностная инструкция. С местными лясы не точить, спиртное у них не брать. За первое тебя замполит отымеет, за бухло особисты за яйца возьмут.
Послышался глухой голос водителя:
— Бухло брать и тут же отдавать старшим.
Белозерцев растерялся:
— Да я как бы…
— Другие бы. Спасибо потом скажут. В той или иной форме. Ферштейн?
— Яволь! — сержант быстро соображал.
— Что, и пиво не пьешь? — не поверил старлей.
— Иногда.
— В банках немецкое тут вкусное. Но смотри, чтобы банка была не откупоренная.
Андрей некоторое время переваривал полученную информацию.
— Отравить могут?
— Не без того. Сейчас тут мирно, а недавно шпион на шпионе сидел. По ночам стрельба стояла, как на полигоне.Но в целом наших местные уважают. Порядок с арабами навели. А то приборзели без меры на чужой земле. Запомни, пацан: — ливанская армия и местные христиане нам союзники. Можно просить у них помощь. Но если увидишь, муслима, то сними автомат с предохранителя.
— Сурово.
— Так у нас приказ: своих беречь! Кому не нравится, пусть жалуются в Спортлото.
— Или ООН. Но первые лучше.
Старшаки засмеялись. Андрей уставился в окно: они проезжали Бейрут. Экзотические дома, не менее экзотические жители. Много магазинов или лавок на нижних этажах. Пахнет шашлыками и жареной рыбой и еще чем-то вонючим. На улицах толпы людей, идущих по своим делам. Темноволосых, в ярких одеждах и по-восточному крикликвых. На военных не обращают внимания. Вскоре они проскочили к морю. У солдата захватило дух: волны, набережная, пальмы, красивые белоснежные здания. На воде виднелись пристани, яхты, катера, вдали выделялись серым цветом военные корабли.
Старшина покосился и заметил вскользь:
— Это богатый район. Не думай, что тут все так живут.
— Я и не думаю.
Белозерцев был отличником не только боевой, но и политической подготовки и быстро смекнул, на что намекал старшина.
— Молодец, наш человек! Замполлитра вездесущи, особенно в выгодных загранкомандировках. А отчеты им писать нужно. И чтобы не оказаться пешком в тех краях, где медведи ходят срать вместе с волками, потому что поодиночке страшно, лучше помалкивать.
— Прикинуться ветошью.
Старшина глянул на старлея, и оба засмеялись.
— Годных воинов начали присылать!
Вскоре они подъезжали к базе Международных сил, ограниченного контингента, что был послан сюда для разведения конфликтующих сторон. «Лендкрузер 40» проехал между раскиданных в шахматном порядке бетонных блоков и остановился перед КПП, больше напоминающего компактную крепость. Крупнокалиберные пулеметы ощетинились сквозь амбразуры во все стороны. На вышке виднелись обычные. Смуглые солдаты исправно несли службу, внимательно осмотрев машину с помощью досмотрового зеркала и, заглянув в багажник. Проверили документы, бирки на тюках и пропустили дальше. За КПП в капонирах стояли окрашенные в песочный цвет колесные бронемашины с пушками в башнях. Белозерцев внезапно ощутил себя внутри некоего документального фильма о зарубежных конфликтах.
Старшина высадил их на оживленной площадке. Андрей не отставал от старлея, с любопытством оглядываясь по сторонам. Разнообразие мундиров и камуфляжей поначалу ошеломляло. Семь стран прислали сюда своих солдат. Войска делились по секторам. Советские стояли в секторе «А», как и положено сверхдержаве. На флагштоке были подняты флаги СССР и Мобильных сил, срисованного с флага ВДВ.
Они подошли к модулю, где размещался дежурный по части.
— Товарищ капитан, новенький с материка. Но его рота сейчас в Триполи.
Молодой офицер с узкими усиками, как у белогвардейцев в кино, оглядел Белозерцева и распорядился:
— Бери его к себе, Кисель. У тебя дембеля только ушли.
— Слушаюсь. Сержант, за мной!
Они прошли еще метров двести вдоль щитовых модулей. Старлей обрисовывал ситуацию.
— Моя рота первая и самая лучшая. А это значит что?
— Что? — Андрей жалел, что не встретит старых знакомцев по учебному лагерю. Он сам пошел на сверхсрочную ради высшего образования. С повышенной стипендией смог бы позволить себе завести семью и нормально жить. И с малых лет хотел стать инженером.
— Это значит, что мы всегда первые в пекле. Еще не передумал?
На загоревшем лице старлея даже брови и ресницы выгорели. Светло-голубые глаза смотрели серьезно.
— Никак нет, товарищ старший лейтенант!
— Другого ответа и не ожидал. Других сюда обычно не посылают, а на блатного ты непохож. В поле зови меня по позывному. Ты его уже слышал, — командир взвода улыбнулся. Улыбка у него была хорошая, добрая, располагающая. — Фамилия у меня Киселёв, так и прилипло. Ты что себе выбрал?
— Так меня всегда Викингом звали.
— Такой грозный, что ли?
— Высокий и белобрысый.
Старлей хмыкнул:
— Посмотрим сначала, годишься ли для такого громкого позывного. А сейчас пока знакомься с расположением роты. Там у нас Уборные. Мимо не гадить. Руки сразу мыть. Рукомойники рядом, душ дальше, увидишь надпись. Вода внутрь только кипяченая, стоит в палатке. Но советую брать в столовой вот такие упаковки сока, — Кисель забежал в модуль и вынес вытянутую коробку с цветным рисунком. Андрей с любопытством прочел: «Сок яблочный». На ощупь материал похож на тетраэдры с молоком. — Лучше жажду утоляет гранатовый сок. Но его быстро разбирают. Эх, водичку бы еще разливали в пластик, цены бы ей не было. Не поверишь, поначалу на безе треть личного состава с толчка не слезала.
Белозерцев осмелел:
— Товарищ старший лейтенант, вы давно тут?
— Третья ходка. Получу капитана и поеду на Дальний.
Андрей благоразумно не стал спрашивать, что это такое. Узнает, когда потребуется. Между тем, они подошли к большой палатке. Вход в нее шел через тамбур. Так делалось, чтобы пыль не заносить.
— Это расположение моего первого взвода. Занимай свободную койку. Сейчас парни с занятий придут, покажут, где столовая. Завтра поставлю тебя на отделение.
Белозерцев осмотрел палатку. Ничего нового для него, разве что палатка больше и раскладушки лучше сделаны. Небось импорт! Он кинул на свободную койку сумку, ранец и оглянулся в поисках бака с водой. Тот стоял в углу вместе с кружкой. Вода была теплой и отдавала железистым привкусом. Жарко, однако! Если тут так в октябре, то что творится летом? Затем Андрей прикинул, что он тут до апреля, и успокоился. Он вынул из сумки прихваченное с собой полотенце и двинулся к душу. Вода была теплой, банное мыло лежало свободно. Только вернулся, как послышался шум и в палатку стали входить солдаты. Приняли его хорошо, затем появился знакомый старшина со странными топырящимся усами. Он кивнул в сторону открытой тумбочки. Перед вылетом Белозерцев получил вещевое довольствие и сейчас раскладывал там мыльно-рыльные и личные вещи.