Генеральный попаданец 5 (СИ)

Даллес прослужил в администрации Кеннеди меньше года, но даже такое краткое переплетение их биографий имело гигантские последствия. Вначале признанный руководитель спецслужб фактически «окрутил» Кеннеди и втянул его авантюру в заливе Свиней, но молодой президент оказался способным учеником, быстро разобравшимся в вашингтонских политических играх. Он стал первым и единственным президентом, осмелившимся лишить Даллеса его обширных полномочий. За что вскоре поплатился.
  
После убийства Кеннеди Даллес опять вышел на авансцену в Вашингтоне, добиваясь у президента Линдона Джонсона назначения в состав комиссии Э. Уоррена. Даллес был так активно вовлечен в официальное расследование убийства Кеннеди, что кто-то из наблюдателей заметил, что ее следовало бы назвать «комиссией Даллеса». Он работал осторожно за кулисами вместе со своими бывшими коллегами по управлению, чтобы увести расследование в сторону от ЦРУ и привести его к «стрелку-одиночке» Ли Харви Освальду. То есть один из участников покушения точно получил возможность заметать следы.
Джон Маккоун, что наследовал пост Директора, прославился разрешением чрезвычайно опасного Карибского кризиса. На некоторое время политической элите удалось заткнуть голос и возможности влияния провокаторов из разведки. Но ветеран ЦРУ Ричард Хелмс в своей деятельности ориентировался на старые стандарты. Что делало этого одновременно нужным и опасным товарищем. Сейчас он беседовал со Спиро Агню, кандидатом в вице-президенты. Для прессы политический центрист, этот губернатор штата Мэриленд, Агню публично поддерживал гражданские права, но сожалел о воинственной тактике, используемой некоторыми чернокожими лидерами. На самом деле он был одним из зачинателей движения «Новые правые», яркими представителями которых позже стали Рейган и Тэтчер. Обычное двуличие американской политики.
— Почему Ричард сегодня так хмур? — Хелмс делал вид, что пьет выдержанный виски.
— У нас возникли проблемы в финансировании, — угрюмо ответил Агню.
— Почему-то так и подумал. Что, Рокфеллеры нашли другие кандидатуры?
— Если бы знал. Что-то здесь не так, Рич. Я думал, вы мне поясните.
— Отчего бы? — директор ЦРУ не любил, когда влезали в его владения.
— Рокфеллеры всегда поддерживали нас, республиканцев. И у нас уже были договоренности. Что там, черт побери, поменялось?
— Спокойно, Спиро, — Хелмс вздохнул. Как сложно с этими политиками. Мнят о себе слишком много. Неужели пример клана Кеннеди, проклятых ирландских выскочек ничему их не научил?
Губернатор Мэриленда осознал, что перегибает и уже более мягко попросил:
— Хотелось бы понять в чем, собственно, проблема?
Директор ЦРУ сделал глоток, пробуя ячменный напиток на вкус. Никсон и в этот раз оправдал свое реноме любителя всего прекрасного. Виски был безумно хорош.
— Вы слишком увлеклись внутренней политикой, Спиро. Сейчас дела решаются вне Америки.
— Рокфеллеры поменял курс?
— Да, и ваша партия стала барьером. Я сожалею. Мне нравитесь вы и Никсон. У вас впереди большие свершения. Вы сможете устроить миротворчество во Вьетнаме, послать ракету на Луну. Вдохнуть в Америку свежее дыхание. Но вместе с тем существует опасность, что все пойдет наперекосяк.
— Черт вас дери, Рич, вы говорите загадками! Джонсон и его партия хромые утки, кто в своем уме будет ставить на них?
Хелмс пристально посмотрел на кандидата в вице-президенты. Вроде умный парень, а так тупит.
— Если у вас не ничего выйдет и наступит политический кризис, то США откатятся назад. А это катастрофа.
Агню начал что-то понимать:
— То есть мы уходим в команду запасных?
— Да. Чтобы демократы сделали за вас самую грязную работу. Пойми, Спиро, всем будет плохо, есть у нас не будет наготове сильного президента. Всем!
— Ричард знает?
— Пока нет. Подготовь его, пожалуйста.
Агню покачал головой. Опять эти геополитически игры! Он знал, что если Рокфеллеры всегда интересовали нефтью, то Ротшильды сидели на золоте, «вечном» металле. Это их главные сферы влияния и контроля. Советский Союз был нужен Рокфеллерам, как противовес Ротшильдам. Рокфеллеры в равной мере поддерживали как нацистов, так и советскую индустриализацию. В отличие их от извечных конкурентов Ротшильдов им нужен был не управляемый Лондоном баланс «блестящей изоляции», а объединенная Евразия со всей ее нефтью. Потенциальными лидерами континента, ввиду наличия пассионарных идеологий они видели как Гитлера, так и Сталина. Кто бы из них ни победил, но только при их собственном непременном контроле. Для этого требовалось довести обе страны в междоусобной войне до состояния неспособности бросить в дальнейшем вызов США.
Кроме того, получив в конце 1920-х годов концессионную долю бакинской нефти, Рокфеллеры, уже руками Гитлера, попытались окончательно забрать ее в собственность, просчитавшись, правда, на этом под Сталинградом. Переиграв своих неожиданных «попутчиков», Сталин в 1945 году стал самостоятельной фигурой глобального масштаба. Малоизвестный, в отличие от пакта Молотова — Риббентропа, пакт Молотова — Хисса, заключенный в 1944–1945 гг. на конференциях Объединенных Наций в Думбартон-Оксе и Сан-Франциско и патронировавшийся будущим губернатором Нью-Йорка и вице-президентом США Нельсоном Рокфеллером, стал неприятным сюрпризом для американского политического истеблишмента.
Отныне тем не следовало совать нос в дела народов СССР и стран Восточной Европы, как, впрочем, и Москве в «британский» Иран и «американскую» Саудовскую Аравию. Ситуация, к сожалению, радикально поменялась после смерти великого вождя. Укрепившийся у власти в результате пятилетки «дворцовых переворотов» 1953–1958 годов Хрущев, будучи старым троцкистом, «разоблачил» пресловутый «культ личности» и не без помощи Микояна переметнулся к Ротшильдам. Или давно был с ними связан в мировой геополитической игре. Но при новом лидере Брежневе, видимо, что-то в их игре пошло наперекосяк. О чем говорили недавние события в Москве. Хрущев скоропостижно скончался, бесследно пропали важные контакты. Агню мог лишь догадываться, какие подспудные перемены идут под толстым слоем благопристойности американской элиты, и ему стало на мгновение страшно. Он во чтобы не стало должен держаться за свое губернаторство.
— Почему Советы спустили всех собак на англичан?
Никсон любил ходить по комнате во время разговора:
— Я сам не понимаю. У них же заключены с кузенами хорошие сделки.
— Да, они спасли Роллс-Ройс от разорения, — поделился сведениями Меллон Скейф. Он происходил из богатой питтсбургской семейки. Скейф активно поддерживал на президентских выборах кандидатов от Республиканской партии. Он пожертвовал избирательной кампании Ричарда Никсона 1 миллион долларов. Чтобы не платить налоги за эту сумму, бизнесмен выписал 334 отдельных чека. И в его планы входило создание в ближайшем будущем собственной медиа-империи. Никсон знал, что на этой почве миллиардер сошелся с Хелмсом, что несколько настораживало. До него доходили слухи об операции «Пересмешник», инициированной ЦРУ. И он всерьёз опасался очередного усиления спецслужбы. И в то же время пользовался ее услугами. Но в политике не бывает постоянных друзей и союзников.
— Тогда почему так происходит? Хелмс, у вас наверняка есть какие-то сведения?
Директор ЦРУ загадочно улыбнулся.
  
— Есть у меня одна забавная мысль. Помните, во время визита Брежнева в Великобританию желтая пресса судачила об их вспыхнувшем романе.
— В этих таблоидах чего только не пишут!
— А вдруг их статьи — это дымовая завеса. Как раз в такой чудовищный бред, запущенный для широких масс серьезные люди не верят.
Собеседники некоторые время оценивали заявление, но на лице Хелмса не увидели ни тени улыбки.