Фактор Ясеня (СИ)

Граф опять хохотнул. Я же чуть не подавился новым вопросом. Вот бы его сейчас столпы марксизма-ленинизма услышали! Нет, точно не монархию они тогда имели в виду!.. Зато возникший казус лучше всего показывал, как выдернутая из контекста цитата превращается едва ли не в собственную противоположность. Отдельно от текста она становится… пустышкой. Тем, чем можно жонглировать как угодно, придавать любое значение.
Мы ещё пару минут позубоскалили с графом, после чего разъединились. Я упал обратно на кровать. Прикрыл глаза.
— Эй, Кошак! — раздалось у самого уха. Милена времени зря не теряла. — Да ты не грузись так! Ну что они нам сделают, если выявят? Думаешь, не сможем пробиться к Королеве и всё ей доходчиво объяснить? Они хотят шоу — получат шоу! Да такое, какого ещё свет не видывал в этой дыре…
  
Часть 3
 
Жемчужина прайда
 
Часть 3. Жемчужина прайда
  
Бремя рыцаря
 
Ближе к обеду у нас состоялись последние из запланированных переговоров. Уже знакомый помощник князя, выполнявший функции скорее управляющего, чем секретаря или поверенного, подробно обсудил с моими кошками пределы сотрудничества. Были заключены предварительные договоры на поставку — пока пробной партии, но довольно масштабной, рассчитанной на большое число клиентов. Всем по чуть-чуть, для принятия окончательного решения. Но самым важным в переговорах было другое. По их завершении на меня навалилось ощущение абсолютной свободы.
Так иногда бывает. Вот ты носишься, как белка в колесе. Решаешь сыплющиеся будто из рога изобилия проблемы, и вдруг — раз! — казавшийся неиссякаемым поток неотложных дел вдруг обрывается, как отрезало. И ты стоишь, привыкший удерживать на плечах целый социальный шквал, а держишь лишь пустоту. Плечи больше не гнутся под тяжестью — напротив, они распрямляются от ощущения внутренней силы. Оказывается, всё это время ты был невероятно силён, способен двигать горы, но вся твоя сила под давлением обстоятельств сжималась, копясь, что та пружина. И только теперь она вышла на свет, распрямилась, пробивая само мироздание в миг превращения потенциальной энергии в кинетическую, психологическую. Стало казаться, что море тебе по колено, а все проблемы — мелки и несущественны.
Поразительно, но только сейчас я осознал, что с момента высадки на планету прошло три дня. Всего три дня! А мы уже столько сделали! Последним штрихом, подтверждающим эффективность нашей команды, стал звонок начальника космопорта, на территории которого квартировала «Селенга». Он лично позвонил, чтобы выразить своё почтение и пожелать успехов в делах. Прозрачно намекнул на готовность обсудить режим организации транспортных потоков именно через его терминал. И разумеется, пожелал хорошо провести время на Королевском Приёме. Поразительно, насколько быстро распространяются слухи! Или это не слухи? Чиновник ведь поздравлял не просто с рядовым событием, он поздравлял с включением нашей семьи в свиту князя Геранского. Именно это обстоятельство изменило наш статус с гостевого на партнёрский. А узнать об этом он мог только через «сарафанное радио», то есть через систему сложившихся внутренних связей в рядах верхушки Ясеня. Ну не следил же начальник за нашими похождениями, право слово! Даже дуэль вряд ли видел. Но как только князь снизошёл до нас и направил официальное приглашение — сразу прозрел. Вот так они и вершатся — дела высшего света. И да, теперь наш статус позволял более не переживать за возможный провал. Если только валькирий когти выдадут… Или мои поля обнаружатся…
Именно после звонка начальника космопорта мы с кошками организовали импровизированное подведение итогов. И, по здравом размышлении, остались ими довольны. За прошедшие дни мы основательно интегрировались в местное общество — настолько, насколько это вообще возможно для пришлых, да ещё и за столь небольшой срок. Угроза быть обнаруженными — этот главный бич любого разведчика — значительно отдалилась. При этом нам удалось завязать контакты, в перспективе выводящие к основному источнику интересующей нас информации. Достаточно будет поприсутствовать на нескольких неформальных ужинах и небольших приёмах, и мы уже вполне легально сможем собирать откровения о настоящем и прошлом ясеньской элиты. Ну и наконец, граф любезно согласился выдать нам рекомендации по дополнительной литературе. Мы с Мисель набрались наглости и прямо спросили, что можно почитать по обычаям Ясеня, и Миронов не стал ничего от нас утаивать. Понимал, что наш интерес отнюдь не праздный. Подобная информация может оказаться весьма полезной для интеграции в местный бомонд. Разумеется, истинных причин нашего интереса мы графу не называли, но не в этом суть.
 
Итак, много всё это или мало? За три дня — просто нереально много. Направляясь в Ясень, я и помыслить не мог о таких сумасшедших темпах внедрения. Помнится, в Литании, даже в связке с Высшей валькирией, всё шло далеко не так гладко. Времени на внедрение ушло куда больше. Правда, и задача там стояла совсем иного порядка… Простыми разговорами тяжёлый крейсер не соберёшь…
Получив вводные данные, кошки с интересом включились в работу. Интерактивная Валери, Милена и Эйди взяли на себя обработку рекомендованных монографий. Почти сразу родилась и ещё одна мысль: раз есть монографии и рекомендации к чтению, значит, есть система обучения. А система обучения — это чётко выверенная программа подготовки. Почему-то это очевидное, в общем-то, обстоятельство ускользнуло от нашего внимания изначально. Ведь любое общество нуждается в людях определённого склада, способных воссоздавать его из поколения в поколение. А таких людей нужно готовить. В Российской Империи, на моей малой родине, именно эта система в своё время в значительной степени поддерживала косность военного сословия — опираясь на традицию и практику военных учебных заведений, где людей натаскивали с малолетства. В Империи же в своё время был предпринят весьма показательный эксперимент. Образовательные власти попытались объединить военную и гражданскую системы подготовки, и готовить военных в гражданских вузах и гимназиях. Не вышло. Такие недовоенные оказались непригодны к строевой службе. Психологически не готовы. Их этому не учили — двадцать четыре часа на семь жить в воинском коллективе и выполнять дурацкие приказы без вопросов и возражений. Гражданских к такому, в самом деле, не готовят. Примерно то же мы получаем и в случае дворянской элиты. Её нужно готовить особым образом, чтобы поддерживать в обществе стабильность преемственности. И тут на первый план выходит методика воспитания и образования, во многом состоящая из государственных программ. Разумеется, есть ещё домашнее воспитание и образование, которые в монархической системе имеют ничуть не меньшее значение, но конкуренции образовательных систем здесь, по идее, возникать не должно. Скорее, одна должна дополнять и развивать другую — только тогда получится гармоничное общественное устройство. В Ясени оно было как раз таким. Вот кошки и занялись перелопачиванием образовательных программ…
Я было тоже попытался поучаствовать. Но был с позором изгнан из нашего импровизированного аналитического центра. Валькирии не терпели помех. Они были на одной волне друг с другом. Я же вносил очевидный диссонанс. Как минимум, меня хотелось приласкать, а в идеале и вовсе отодрать. Это сбивало. В итоге меня спровадили на прогулку по Ясеню. Изучать местные достопримечательности. А заодно выгуливать не занятых интеллектуальной работой сестёр.
Спорить со Старшей было глупо. Хотят внести посильный вклад — пусть вносят. Они девочки умные, опытные, великолепные профессионалы. Пусть работают. Не думаю, что сам смогу много лучше них справиться с задачей выявления связей между традициями и обычаями Ясеня и балансом интересов Короны и правящих родов. Да и поставленный в лоб вопрос — мол, вывез нас из Республики, будь добр развлекать — требовал ответа. Тут так просто не соскочишь. Кошки не были моими личными игрушками, как и я не был их игрушкой. Они вполне обоснованно требовали внимания и участия. Много внимания и много участия. Такие умные и опытные женщины просто не могут не быть требовательными. И тут вступает общее правило: любишь кататься, люби и саночки возить. Любишь женщин — будь добр их развлекать, и вообще соответствовать их высокому доверию. Чем я и занялся, не желая навлекать на себя кары небесные. Да и приятная это миссия, чего греха таить!