Фактор Ясеня (СИ)

С этими словами Милослава недвусмысленно подтолкнула нас навстречу друг другу. Раскрасневшаяся, буквально дышащая возбуждением принцесса повисла на моих плечах со всей сокрытой за напускной хрупкостью страстностью и силой. Наши губы соединились ещё до того, как сомкнулись объятия. Мы пили друг друга, ощущали всю бездну взаимного влечения, чувствовали задор разгорячённых близостью и недавней игрой тел. Ощущали силу молодости друг друга, помноженную на годы и годы кропотливых тренировок.
— Не волнуйся, Леон, я тебя не подведу. В любом деле ты найдёшь во мне опору. Твои цели отныне — это мои цели, — заговорила Яра, едва мы отлепились друг от друга, продолжая смотреть прямо в глаза. — Я знаю, что на кону, но и без того готова прикрыть твою спину. Пока дышу.
— Спасибо, моя принцесса. Тронут твоими словами. Не волнуйся, во всём, что касается Ясеня, тебе не придётся перешагивать через себя.
— Ещё бы! Я и есть Ясень! — фыркнула та.
— Дорогие гости! — стоило нам повернуться в сторону многочисленных зрителей, и Королева заговорила вновь. — Ещё одно объявление! Раз уж моя дочь выросла настолько, что кидается столь громкими обещаниями и даже полна решимости их выполнять, Королевским Домом принято решение направить Принцессу в её первую самостоятельную миссию. И нет, это будет не свадебное путешествие!
Всё же насколько Милослава отлично играет на публику! Были, конечно, традиционные фразы, но не было и следа напыщенности. Она действительно изображала эдакий медийный образ королевы как мудрой правительницы, заботящейся обо всех и о каждом, и обращающейся одновременно к каждому подданному — даже самому малозначащему для социального организма, каковым выступал Ясень. Мила умела привлечь внимание, отлично владела словом и ощущала настрой аудитории. Даже через линзу голоэкрана.
— Как вы знаете, Ярослава давно помогает мне в текущих делах. Поэтому мы с Ближним Кругом подумали, и решили именно ей доверить посольскую миссию эпохального масштаба, каких в Ясени давно не случалось. Да и во всей Конфедерации вряд ли наберётся сколь-нибудь значимое количество. Недаром Яра так долго занималась боевыми искусствами! Придётся ей продемонстрировать свою решимость и бесстрашие — продемонстрировать там, где пасовали и иные мужчины… Дочь отправляется на переговоры… в Республику НОЧ. Почти что в пасть звёздному тигру. Сегодня же. И я очень рассчитываю, что она привезёт нам договор, который поможет раз и навсегда приструнить Псион в его совершенно непристойном поведении на политическом поле.
Всё, я сказала! Ступай, дочь, и исполни свой долг Наследницы Ясеньской Короны! Покажи, что достойна своих венценосных предков и их верных подданных, отважных детей гордого Ясеня!
И под напутственное слово Милославы мы с Ярой, держась под руки, направились к выходу из зала. Сразу, без всяких экивоков. Вот этого реально не ожидал. Насколько много было вопросов у Королевы до наших с ней последних переговоров, настолько же мало осталось здесь и сейчас.
— Она всегда так, — будто прочла мои мысли Принцесса. — Чтобы противники не успели очухаться. Чтобы выбить у них почву из-под ног. Огорошить, не дать реализовать никакие расклады, даже заранее заготовленные. Вы же с ней о чём-то договорились?
— Договорились, Яра, ты права. Республика подстрахует.
— Значит, будет драться… Тогда тем более логично. Заодно и меня эвакуирует туда, где никто не сможет дотянуться. Тут всякое возможно, а там у конфедератов руки коротки. Если только на Псио… но там ты прикроешь.
— Спасибо, что доверилась мне, девочка. Для меня это важно.
— А кому, как не тебе, мне верить⁈ И я правду сказала, Леон! Ты можешь во всём на меня положиться. Твои интересы — мои интересы. И плевать, что у мамы другое видение. А потом мы сами всё выстроим, что династии касается — в тебя я верю, а себя знаю.
Вот такая она — Ярослава Ясеньская. Вроде бы и девчонка, даже местами кажется наивной, но в некоторых вещах даст фору иному зрелому мужу. Кстати, о взрослых. Их здесь имелось с избытком, но понимали они куда меньше Яры, голову готов поставить на это. Одни только взгляды, которыми провожал свою Принцессу цвет правящей элиты, чего только стоили! Такими на эшафот провожают, а не в посольство. Далеко не каждый ещё осознал, что Республика способна выступать не только всеобщим пугалом, но и союзником. Военные вообще долго перестраиваются, а тут пропаганда работала по полной, и неизвестно ещё, где сильней — в военной или в обывательской среде. Даже принцессу не миновали общие стереотипы. Её локоток в моей руке ощутимо подрагивал, пусть миловидное личико и казалось внешне спокойным и умиротворённым.
 
Уже на выходе от народной массы отделилась Милена, в брючном костюме типичной деловой леди. Опять не стала шокировать местных своим боевым облачением. Всё же это совсем не кители. И хотя последние вроде бы тоже облегают фигуру, но делают это совсем не так, как форма Экспансии. Например, они не вычерчивали физиологические подробности, вплоть до сосков и половых губок… Кстати, Милена была единственной из валькирий, кого пригласили на приём. Она даже имела конфиденциальный разговор с Королевой незадолго до судьбоносного объявления.
Оказавшись поблизости, кошка хотела прошмыгнуть мимо нас на улицу, но я не позволил. Плевать, какие медийные эффекты запланировала Королева. Пусть ясеньцы привыкают, что рядом с избранником Принцессы всегда будут валькирии, и отнюдь не в роли бессловесной охраны. Да и девочек принижать не хотелось. Они заслужили всяческой любви и уважения — и не только от меня одного. Поэтому Ми была сноровисто подхвачена под локоток и водружена по правую от меня руку. Дёрнулась было, зашипела, но быстро поняв, что скрываться сейчас бессмысленно, плюнула и вцепилась в руку, будто клещ. Теперь даже если захочу, не смогу отцепиться.
— Знаешь, Леон, нехорошее у меня предчувствие. Милослава настояла, чтобы вас перевозил официальный кортеж. Не валькирии. А это риски.
— Это политика, Милена, — не согласилась с ней Принцесса. К слову, она отнеслась к появлению по другую руку от меня очевидной соперницы вполне философски. Понимала, видимо, что валькирий рядом всегда будет с избытком, как и других республиканок. А может, просто доверяла ей, как одной из спасительниц. — Часть медийного оформления моего отбытия с Ясеня.
— Доведёт нас этот медийный эффект до чёрной дыры, помяни моё слово… — недовольство в голосе Старшей не заметил бы только глухой.
Надеюсь, она ошибается. Не хотелось бы и отбытие сопроводить цветным салютом. Прибыл с помпой, в веренице разрывов и молний, и отбыл так же. Ещё и Принцессу с собой прихватил. Точно какой сказочный колдун, чёрный-пречёрный. Как это ляжет на довольно мистифицированное, судя по некоторым обмолвкам Принцессы и Королевы, сознание ясеньцев? Как бы боком потом не вышло…
На улице нас встречали с помпой. Вся площадь была занята бойцами в тяжёлой броне, а в круге дожидался поданный под посадку бронекатер. Милена первой прошмыгнула в недра аппарата и, полуприсев, принялась зорко осматриваться. Убедившись в отсутствии явных угроз, она дала отмашку по боевому коммуникатору. До того я чуть придержал высокородную спутницу, теперь же галантно помог ей перелезть через высокий борт. И хотя объективно Ярослава была в отличной физической форме, она с радостью приняла ухаживание. Даже раскраснелась вся от удовольствия. Ей нравилась моя забота, нравилось чувствовать моё плечо, и девочка даже не собиралась этого скрывать.
Внутри аппарата было не просто комфортно — роскошно. Удобные глубокие кресла-диваны, мини-бар, дорогие покрытия. Я пластично присел в кресло и бесстыже сграбастал подругу себе на колени. Та с готовностью откликнулась на заботу — всем телом, каждой его клеточкой. Приятная тяжесть на коленях органично переросла в доверчивое касание гибкого тела, буквально растёкшегося по моему торсу. Даже озорная ладошка, и та устроилась в нижней части живота, будоража воображение, а умные игривые глазки хитрюще взирали снизу вверх, дразня и обещая. Вокруг нас тут же вспыхнула матовая непрозрачная пелена. Это произошло на одних инстинктах, не только из-за требований безопасности, но и из-за желания притиснуть чертовку покрепче… Однако меня отвлекли. В изобилии напиханная в аппарат электроника разразилась паническими воплями, и охрана занервничала. Пришлось притушить пелену и отвечать на новые раздражители.