Проклятые гильдии и другие ложные следы (ЛП)

Это не объясняло ужасный вкус — я подавил позыв рвоты — кинзы в моем рту. Я давно подозревал, что кинзу на Землю поместил Сатана, чтобы наказать людей. И было даже логично, что я ощущал ее вкус после того, как меня душил демон.
Я приоткрыл глаза.
Я и угадал, и ошибся. Место было просторным, да, но в десять раз больше, чем я представлял. В восемьдесят футов шириной, вдвое длиннее, стены поднимались на шестьдесят футов вверх, в ржавеющей стали были большие квадратные дыры, и мой мозг не мог воспринять размер получившейся решетки. Тусклые желтоватые полоски огней падали из узких коридоров за решеткой.
И я лежал по центру на холодном влажном полу.
Когда я с болью повернул голову, чтобы посмотреть в сторону, я увидел стопку контейнеров, они стояли вдоль решетки, точнее, стыковочных кронштейнов, каждый был с большой дырой в центре — и я понял, где оказался.
Я был в трюме корабля. Корабля «Красного Рома», скорее всего. Судя по движениям пола, он уже плыл в Тихий океан.
И если этого было мало, я был один.
Неподалеку отдыхали знакомые преступники, которых я видел во время первого визита на их корабль. Симпатичный парень с жуткими татуировками с мостика, волшебник с обликом Арнольда Шварценеггера, сёрфингист Гилмор с одним из демонов Рокко, и еще три члена экипажа, которых я еще не видел. Бабулька-психик и Урод отсутствовали. Были на мостике?
Члены «Красного Рома» были напряженными и тихими. К счастью, они не смотрели в мою сторону. Наверное, потому что до этого я был без сознания. Тошнотворный вкус травы еще покрывал язык, и когда я облизнул губы, вкус стал еще сильнее. Мне что-то дали, наверное, зелье, чтобы я был без сознания, пока они перемещали мое похищенное тело на корабль.
Я попытался сплюнуть вкус изо рта. «Красный Ром» были злыми, раз использовали гадкие травы в своих зельях. Может, один из контейнеров был набит жидкостью для полоскания рта.
Я мог побеспокоиться о безопасности рта позже. Мне нужно было понять, как сбежать, хоть шансы сделать это с головой на плечах казались минимальными. Но я все еще подозревал, что что-то происходило, помимо плана убить агента-новичка с раздражающими силами галлюцинаций. Зачем тащить меня сюда, если они хотели убить меня?
Запястья были заклеены за спиной скотчем, и сонливость притупляла мысли. Я сглотнул, от этого пострадавшее горло заболело сильнее.
Исчезновение казалось хорошим началом. Пока никто не смотрел, я попытался создать свою копию.
Вы когда-нибудь работали ночь напролет, когда глаза уже горели, дух умолял о кофе внутривенно, а способность сосредоточиться сокращалась до двух секунд между бесконечным потоком мыслей «Зачем я так с собой поступаю?» и «Если я закрою глаза, я буду куда мудрее, когда проснусь?»? Вот так ощущалась попытка искажать с гадким зельем в моем теле.
Я смог сделать себя невидимым на три секунды, а потом концентрация рухнула. Парень в татуировках посмотрел на меня, и я быстро закрыл глаза, изображая, что я был без сознания. Когда ничего не случилось, я посмотрел, приоткрыв глаза до щелок. Он снова игнорировал меня.
Любое искажение должно было длиться хотя бы пару секунд, не обрываясь. Я сосредоточился на дыхании, пытался думать сквозь туман в голове. Почему я был тут? Что от меня хотел «Красный Ром»?
Щурясь, я разрывался между Гилмором и волшебником Арни, гадая, кто был более внушаемым. Выбрав качка, я сосредоточился на воспоминании об электромаге с бородкой и в темных очках, создал копию его рядом с Арни на миг.
Никакой реакции. Я попробовал снова, удержал искажение на миг дольше.
Арни пошевелился, посмотрел на парня в татуировках.
— Как долго Ортега хочет, чтобы мы тут ждали?
Воздействие на подсознание прошло успешно?
— Пока тот агент не придет, — ответил раздраженно мужчина.
— Почему мы не можем просто убить того парня? Он не нужен живым.
Гилмор закатил глаза.
— Твой мозг стал мышцей? Он наш заложник. Мы не можем обменять его на инфернусы, если он мертв.
— МП не отдаст магию Демоники за одного агента, — возразил Арни, удивив меня и своих товарищей логикой.
 
Парень с татуировками прошел ко мне, и я снова закрыл глаза.
— Ортега оставил записку о выкупе для напарницы этого идиота, а не всего МП, — он пнул меня в бок. — Она придет. Если нет, это проблема Ортеги. Он не забрал инфернусы вовремя.
Стиснув зубы, я делал вид, что был без сознания, а не выл мысленно из-за удара по левой почке.
Его пальцы сжали мои волосы. Он поднял мою голову, и от этого мои глаза открылись.
— Так и знал, что ты не спал. Есть идеи, почему у Ортеги зуб на твою напарницу, а?
Я стиснул зубы.
— Понятия не имею.
— Жаль, — он потянул за мои волосы сильнее, изгибая шею, словно я был пружиной. — Сделаем ставки, пойдет ли твоя маленькая девушка в смертельно опасную ловушку ради тебя? Или она слишком глупа, чтобы понять, что ты уже мертв, и она тоже будет, если придет на этот корабль?
— Пока что, — сказал я, звуча смелее, чем себя ощущал, — я не мертв.
— Ты пожалеешь, что не умер, мусор из МагиПола.
Отпустив мои волосы, он вонзил стальной носок ботинка в мой живот. Другие смеялись и улюлюкали, а он ударил меня в третий раз, и я притянул колени к груди, чтобы защитить органы, как только было возможно со склеенными руками за спиной.
Хохоча, он ударил ногой по моему лицу. Боль вспыхнула в левой скуле, голова дернулась в сторону, и я откатился от него. Теплая влага текла по коже там, где он рассек мою щеку, и вкус крови наполнил рот. Я закашлялся и сплюнул.
Кровь и кинза были мерзким сочетанием.
Он опустил ботинок на мое плечо, толкнул меня на спину. Схватив меня за воротник куртки, он поднял меня на ноги, но после зелья и удара по лицу ноги подогнулись подо мной. Я рухнул на пол.
Смеясь, он махнул Гилмору.
— Вряд ли наш гость достаточно напуган. Покажи ему своего большого друга.
Усмехаясь, Гилмор вытащил из-под куртки инфернус. Вспыхнул красный свет, и его демон обрел облик. Огромная фигура почти идеально совпадала с тем, кого Лерой вызвал из общего инфернуса в «Великом Гримуаре».
Демон скованно опустил руку. Его когти рассекли мою куртку, оцарапали мою грудь, он сжал ткань кулаком. Мышцы на его руке напряглись, он поднял меня как младенца. Я висел в его хватке, ощущая тошноту, голова кружилась, руки были склеены. Я едва помнил свое имя, так что не мог создать искажение.
— Есть небольшой шанс, что мы передадим тебя твоему МП ради тех инфернусов, — отметил парень с татуировками. — Но мы убедимся, что если ты покинешь корабль живым, ты будешь калекой.
Грозно усмехаясь, Гилмор сжал инфернус. Его демон держал меня одной рукой, другую отвел, его огромный кулак целился в мою грудь для удара, который разобьет мои ребра.
— Кит!
Отчаянный вопль ударил по мне сильнее кулака демона. Он пронзил мое сердце ужасающим страхом. Нет, она не могла прийти. Это было самоубийство.
Линна пришла не из двери, а прыгнула в одну из дыр в стене трюма. Она приземлилась на корточках в тридцати футах от меня, повернулась к жестокой группе — я висел в хватке демона, окруженный шестью бандитами из «Красного Рома», их общей магии хватило бы, чтобы создать проблемы боевой гильдии.
Я затаил дыхание, ждал, что отряд агентов в черном спрыгнет с потолка и встанет драматичным полукругом с ней в центре, и каждый — в особой боевой позе, как Черная Вдова и другие Мстители за мгновения до того, как начиналось сражение.
Но больше никто не появился, была только Линна.
Ее потрепанная сумка висела на плече, но только это было знакомым в ее облике. Прочная черная одежда сидела на ней как вторая кожа, защищающий жилет был надет сверху, несколько ремешков пересекали ее грудь, наверное, для предметов на ее спине, но я этого не видел.
 
Боевой костюм и дополнительное оружие не помогли бы.
— Отпустите его, — громко приказала она, ее голос разнесся эхом поверх гула двигателя корабля.