Дерзкий дебютант (СИ)

Продолжить он не успел — хотя мог бы упомянуть, что у них троих есть вполне реальные награды в боевых искусствах — двери комнаты открылись и внутрь заглянул сотрудник телеканала, мужчина лет сорока:
— Dapperish, ваш выход! — объявил он.
И тут же немного рассеянно уставился на эту «немую сцену» — набычившийся Качок напротив Минсока с ехидной ухмылкой.
— Вы что тут устроили? — недовольно спросил сотрудник.
— Пока — ничего, — просто ответил Дан. — Но АТА забыли выдать им дрессировщика, они дуреют без присмотра.
— Да ты! — разъярился Качок, но был остановлен грозным рыком сотрудника:
— Стоять!
Для большинства айдолов стафф является скорее начальством, чем помощниками. Это Дан с парнями может ставить какие-то условия, а в других агентствах, особенно в АТА, айдолы — просто инструменты для заработка денег. Поэтому Качок тут же остановился и покаянно поклонился.
— Смотри-ка, дрессировке все же поддается, — прыснул со смеху Юджин.
Качок снова дернулся, но стушевался под внимательным взглядом сотрудника.
— То, что вы их провоцируете, вовсе не делает вам чести, — нравоучительно заметил мужчина.
— Было бы неплохо, если бы против таких провокаций у вас тут сидел… кто-нибудь, — Дан сам едва не ляпнул «дрессировщик», — Потому что к моменту, когда мы пришли, эти… молодые люди очень некультурно приставали к девушкам.
Сотрудник перевел тяжелый взгляд с Дана на Качка и сурово добавил:
— Позже с этим разберемся. На сцену!
Когда Dapperish вышли из комнаты, девчонки все вместе встали и поклонились им, благодаря. Они втроем слегка поклонились в ответ. Дело было не личности девушек, просто терпеть подобное поведение — значит, предать собственные представления о нормах морали и этики. Дан сидел между Минсоком и Юджином и, через несколько минут после ухода Dapperish, Минсок тихо обратился к нему:
— Кстати, о животных… Я уже не впервые слышу намеки на эту… будто… ну, по сути будто проституция поставлена на поток.
Дан поморщился: ожидаемо, но все равно неприятно. Они же не в вакууме живут. Разговоры о том, что некоторые айдолы спят с другими за деньги, ходят в индустрии регулярно.
— Не здесь, дома, — пообещал Дан.
Минсок понятливо кивнул.
* * *
Разумеется, Минсок не забыл про обещание Дана, подняв эту тему вечером, когда они вернулись в общежитие.
— Ладно, выползайте уже из комнат, — вздохнул Дан. — Что несколько раз рассказывать…
Они собрались в гостиной, вокруг журнального столика — основное место всех их разговоров. Дан сел в полюбившееся ему кресло, Джинхо — в другое, Хэвон устроился на полу, а остальные трое заняли диван.
— А что обсуждаем-то? — нетерпеливо поинтересовался Инсон.
— Сегодня снова всплыла оговорка о том, что кто-то… скажем так — покупает любовь за деньги, — пояснил Юджин. — И Дан, кажется, об этом знает достаточно много.
В его голосе слышалась толика обвинения. Это не первый раз, когда Дан утаивает от парней некоторые неприглядные стороны корейского шоу-бизнеса. Дан покаянно вздохнул:
— Простите. Это действительно случайно вышло. Когда сам узнал, было не до этого, потом к слову не приходилось. В общем, впервые я узнал об этом во время участия в шоу. Помните, когда состоялась покупка ММ? Я тогда зашел к Минхо и увидел у него одну… необычную папку. Внутри — фотографии многих айдолов, параметры и возраст… и больше ничего.
— То есть — буквально — как каталог проституток? — уточнил Юджин.
— Начнем с того, что там не только девушки, — многозначительно заметил Дан.
— Подожди, а что эта папка делала у дяди? — нахмурился Джинхо. — Он просто… очень негативно на эту тему реагирует, даже хуже, чем на сигареты, нередко еще говорит о необходимости того закона, когда уголовная ответственность у покупателей, а не продавцов.
Дан замялся: это, все же, не его тайна. Но вряд ли кто-то из присутствующих здесь будет использовать эту информацию в плохих целях.
— Папка была из-за покупки ММ. Там был… один из их парней. Минхо занимался тем, чтобы того из папки убрали.
 
Все присутствующие удивленно открыли рот. В целом, учитывая важность внешности среди жителей Кореи, несложно сделать вывод, чьи именно фото лежали в той папке.
— Но… что… — неловко начал было Инсон, но Дан его прервал:
— Я не знаю подробностей — как он туда попал, чем именно занимался, даже не уверен, успели ли его… ну, заказать, так сказать. Я не спрашивал, Минхо, разумеется, мне этого тоже не говорил. Но он рассказал, что эта очень давняя история, эта Папка существует, пожалуй, аж со временем первого поколения, плюс у нее есть несколько вариантов. Есть попроще с айдолами из маленьких агентств, которые практически никому не известны. А есть для випов, где есть даже достаточно известные айдолы.
— То есть, это достаточно продолжительная история, о которой все знают, но ее все еще не накрыли? — уточнил Минсок.
Дан кивнул:
— Да. Вполне вероятно, что клиенты слишком влиятельны, чтобы этот бизнес можно было прикрыть банальным заявлением в полицию. Минхо заставил меня пообещать, что я в это дело лезть не буду. И еще — никто из Person в этой папке не появляется. Это…
— Принципиальная позиция дяди, — закончил за него Джинхо.
— По небольшой оговорке я понял, что на заре карьеры нашего сонбэнима пытались склонить к тому, чтобы он стал частью этой системы. Предложение ему, мягко говоря, не понравилось, — пояснил Дан. — Поэтому все попытки затащить айдолов из агентства в эту систему встречают сильное сопротивление.
Минсок внезапно облегченно откинулся на спинку дивана.
— Ты чего? — удивился Юджин.
— Я понимаю, что вас волнует эта история в принципе, но у меня чуть сердце не остановилось сейчас — Миён-то тоже айдол, а такого будущего своей сестре я точно не хочу.
Дан, чтобы еще больше успокоить Минсока, рассказал то, что ему уже известно. Что сам процесс вхождения в эту систему будет обставлен достаточно мягко. Обычно предлагают быстрые деньги, помощь в продвижении карьеры, журнальные съемки, рекламные контракты — в общем, заманивают конфеткой. Потом держат уже шантажом. В Корее проституция может сулить реальный тюремный срок и именно этим пугают тех, кто хочет выйти из системы — дескать, есть доказательства, ты по любому сядешь. Или другой вариант вербовки — сразу угрозы, если есть, чем угрожать. Плюс есть некоторое количество людей, которые, несмотря ни на что, сами не против так подзаработать, либо те, кото рассматривает эскорт как профессию.
О чем он не рассказал, так это о том, что знает одного «рекрутера». Не хотел втягивать в это парней. Сейчас для них это просто неприятная история о грязи внутри индустрии. До тех пор, пока это не касается тебя напрямую, максимум, что ты чувствуешь — брезгливость.
— Не думаю, что те, кто собирается спать за деньги, становятся айдолами, — уверенно сказал Юджин. — Что? Ну сами подумайте — зачем тратить время на тренировки и голодовки, если можно без этого тянуть бабки из богатых мужиков, просто занимаясь эскортом? Так что лично мне кажется, что большая часть людей в этой… системе не хотят в ней находиться.
— Ладно, — тряхнул головой Дан. — В любом случае, сделать мы с этим ничего не можем. Раз даже Минхо с Канджи предпочли откупиться, а не в суд подавать, значит, там все очень серьезно. Просто теперь будете знать, о каких Папках говорят некоторые ваши знакомые.
Внезапно Минсок захихикал.
— Что? — удивился Дан.
— Просто… я тут понял, что тот придурок с рыжими волосами имел в виду, когда говорил, что мы можем себе позволить девочек подороже. Думал, что у нас есть доступ к папке для вип-клиентов.
— Учитывая, с кем вы трое встречаетесь, у вас супер-вип, — хихикнул Инсон. — Абсолютный эксклюзив.
— У этих двоих еще и оплата не банковской картой, а нервами, — Юджин указал поочередно на Дана и Минсока.
Они переглянулись и синхронно закатили глаза: на тему требовательности Арин и Наны парни подшучивали достаточно часто. Инсон — с легкой долей зависти, Юджин — пренебрежительно, ведь Суа, его практически официальная, пусть и тайная, девушка, мозг особо не выносит.