Дерзкий дебютант (СИ)

— Как дебютное продвижение? — прищурился Анджон.
— Неплохо, — осторожно ответил Дан.
— Как скромно назвать попадание в десятку Billboard — «неплохо», — хмыкнул Анджон.
— Нам помогали, — качнул головой Дан.
Они не скрывали, что Columbia Records продвигают группы Person в США, просто не говорили, как именно они помогают в продвижении.
— Мне даже интересно, ты правда такой, или это все же приросшая маска?
Дан даже опешил на секунду от подобного вопроса, а после осторожно спросил:
— В чем именно ты меня обвиняешь?
— Ни в чем, просто, — легкомысленно ответил Анджон. — Сейчас кажешься милым и почти невинным, но в отношении наших мелких действовал жестко.
Дан выдавил смущенную улыбку:
— Насчет мило и невинно — это внешность виновата, под ангела я никогда не косил.
— Делаешь вид, будто не знаешь, что вся музыкальная индустрия называет тебя гением и вундеркиндом, вежливо общаешься со всеми, не перечишь и с улыбкой отвечаешь на большинство неприятных вопросов. Как мои сейчас, — продолжил Анджон. — Мне правда интересно: это — маска?
Дан вздохнул. Кажется, на него все же наезжают. Понять бы еще — за что. Лично Анджону он вроде ничего не сделал. Они конкуренты, но прямых ссор еще не было.
— Я не считаю себя гением, — ответил он. — У меня были хорошие учителя. А еще меня хорошо воспитали, поэтому я вежлив с людьми. И считаю, что хорошим людям в жизни чаще помогают. А что касается неприятных ситуаций… я просто делаю выводы в отношении этих людей.
— И какие выводы ты сделал обо мне?
— Что ты почему-то очень хочешь со мной поссориться и я не понимаю — почему, — честно ответил Дан.
Они говорили тихо, в помещении был гул других разговоров, да и звук на телевизоре работал достаточно громко, но, кажется, слово «поссориться» неудачно попало в относительно тихое время и Дан уловил беспокойный взгляды Джинхо и Минсока. Он отрицательно качнул головой: кажется, его официальные старшие хёны хотели бежать ему на помощь.
— Я не хочу ссорится, просто хочу понять тебя, — усмехнулся Анджон. — Потому что сейчас передо мной сидит вполне вежливый парень, а по рассказам Роуна и нашего начальника ты просто дьявол во плоти.
— Ваш начальник знает меня лично? — удивился Дан.
В этом времени он не был знаком с Китэ, тот принципиально не подходил к ним во время единственной вечеринки, где они вообще вместе присутствовали — когда праздновали завершение шоу «Fame».
— Нет, но у него есть причины считать тебя… как минимум очень мстительным парнем, — с улыбкой ответил Анджон.
Улыбка у него была нечитаемая. Вроде без издевки, но ни грамма настоящего веселья.
— Мстительным? — удивился Дан. — Из-за случая с Роуном и Монкутом? Это не месть, а, скорее, самозащита… немного переборщил, не скрою, я такой реакции не ожидал. Но оставить все, как есть, просто не мог — ваши мелкие… шакалята бы меня в покое не оставили.
Анджон сощурился, внимательно рассматривая его, а после уточнил:
— То есть на наши рекламные контракты ты никак не влиял?
Дан нахмурился: рекламные контракты?
Пока он недоумевал, Анджон недовольно фыркнул:
— Как же тяжело общаться с айдолами: никогда не знаешь, он искренен, или просто очень хороший актер?
Дан тяжело вздохнул:
— Не буду врать, актер я неплохой, но сейчас правда не понимаю, о чем ты. На какие рекламные контракты я мог повлиять? У вас были какие-то планы на Columbia Records? Вы же вроде контракт с Universal заключали…
Анджон хмыкнул:
— Кажется, действительно не знаешь. У нас в июне сорвался крупный рекламный контракт с люксовым брендом…
Дан от удивления приоткрыл рот: у него в голове за секунду пронеслась цепочка ассоциаций, которые привели к воспоминанию о разговоре с представителем LVMH на той вечеринке. Ю Ёнгук тогда спросил о конфликте с Ssag и Дан посчитал вопрос очень странным…
— Вижу в глазах какое-то осознание. Неужели причастен?
— Только если косвенно, — ответил Дан, удивленно качая головой. — Я все еще не знаю, о каком контракте и бренде ты говоришь, но на вечеринке в честь окончания шоу представитель LVMH задавал мне провокационный вопрос о том, что у меня был конфликт с кем-то. Когда я ответил уклончиво, он пожурил меня, заметив, что мог бы ему и прямо сказать.
 
Он не видел смысла скрывать это. Поверит ли ему Анджон — неважно. Ведь, получается, Дан и правда причастен, просто косвенно. И дело тут не в том, что он настолько шикарен, что ради него крупные конгломераты будут пересматривать планы. Скорее, крупный конгломерат достаточно осторожен, там давно работают с Даном, знают его, можно сказать, с детства, у них много совместных контрактов… они могли посчитать рекламное сотрудничество с Ssag неудобным, порождающим конфликты. А еще — крупные компании часто не работают с теми, кто поссорился с их близкими друзьями. Не всегда, конечно, но это не редкость. Они могли отменить контракт просто потому, что из-за конфликта они потеряли уверенность в надежности нового партнера, так как старому верят больше. Сделал ли Дан что-то для этого? Ну, два года был лицом их главного люксового бренда. Но интриг не создавал, жалоб не писал, ультиматумов не ставил. Но все равно стал причиной расторжения контракта.
— Значит, замешан лишь косвенно, — кивнул Анджон. — Собственно, я так и думал. Но это так, намек… если вдруг ты не мог понять, с чего это наше начальство на вас так взъелось. Контракт был ориентировочно на десять миллионов долларов за год.
Он криво улыбнулся, а после встал с дивана и направился к своим. Его парни тут же собрались вокруг него, что-то спрашивали. К Дану уже тоже спешил Минсок со стаканом воды в руке — оказывать как минимум психологическую поддержку.
Краем сознания Дан уловил забавное сходство: и он, и Анджон официально лидерами группы не являлись. Но при этом про обоих говорили фразы в духе «кардинал» или «истинный лидер», потому что их мнение являлось важным для определения мнения всей группы.
  
Глава 11
 
Внезапные
 
Несмотря на холодное отношение Music Bank к их группе, свою заслуженную награду они забрали, выступили с энкором, после которого отправились в общежитие. Дан сначала написал Канджи сообщение, что есть некоторая информация о PDS и, к его удивлению, Канджи перезвонил, хотя рабочий день офиса в тот момент закончился.
Дан рассказал о том, что узнал от Анджона, а Канджи в ответ обрадовал его кое-чем другим. Их пригласили выступить на Kcon в Японии. Это фестиваль к-поп музыки, Дан был на нем зрителем несколько лет назад, вместе с Мэри. Группы из крупных агентств не имеют проблем с приглашением на него. Для них это хорошее предложение, они выступят перед большой аудиторией. Плохо только то, что у них очень загруженный график и выступать они будут в день рождения Юджина.
Готовится к выступлению сразу у них не было времени. В субботу и воскресенье после выступлений на музыкальных шоу у них проходили фансайны — по одному в день. Все те же подписываемые альбомы, горы подарков (дарить Хэвону кроликов, кажется, стало фандомным мемом), небольшие выступления а капелла.
Это стало фоном для дропа мерча и объявления лотереи. И вот это фанаты обсуждали много и часто.
Мерч перед тем, как начать продавать, показали. Сделали это в субботу утром, выложив на площадки агентства картинки с изображением того, что можно будет купить в оффлайн магазине агентства или через доставку. И в этот же день вышла информация о лотерее и том, что именно в этой лотерее можно купить или получить в подарок.
Главная причина для обсуждения — лимитированность некоторых позиций. Часть мерча будет пополняемой, то есть купить эти товары можно будет вплоть до тизера следующего альбома, часть — ограниченного тиража, часть в целом доступна не всем покупателям, а только аккаунтам с «историей покупок». Разумеется, фанаты возмущались тем, что все самое классное будет предметом фанатских войн. В агентстве считали, что, если где и будут сражаться не на жизнь, а насмерть, так это в позициях для особых покупателей.