Наследник павшего дома. Том V (СИ)
Гравитация у поверхности воды составляла примерно сорок процентов от нормальной. Призрак аккуратно приземлил вингбайк на поверхность крупного островка, убедившись, что он не тонет под массой тяжёлого аппарата и двух людей.
Повисла пауза. Девушка так и сидела, вцепившись в отключённый штурвал.
— Тебе стоило брать с собой не подводку для глаз и трусы, а успокоительное.
— А? — очнулась она, оглянулась на Эйгона и после проверки показателей среды, сняла с него шлем, снова начала копаться в подсумке для регенераторов.
— Не трать, он физически цел! Только вредишь, запуская стимуляцию организма без причины!
Девушка дёрнулась на слове «вредишь» и остановилась, сидя на коленях перед Эйгоном, которого посадила спиной к вингбайку. Подрагивающими руками убрала колбочку и просто тупо уставилась на мужчину.
Призраку оставалось только ждать, больше ничего он поделать не мог.
— Кто ты? — наконец спросила девушка у появившегося рядом дрона.
— Напарник Эйгона, — ответил он. — Мозг заработал или мне ещё подождать? Поверь, я терпеливый.
— Ты… точно не ИскИн? — голос дрогнул.
— Тебя какой магией, на выбор, ударить, чтобы ты убедилась, что я маг? То есть имею душу. Зови меня Лоуренс.
Призрак использовал подготовленную легенду, на случай примерно такой ситуации.
— Что с Эйгоном?
— Повреждение души. Довольно сильное — потому он вырубился.
— Повреждение… но… как ему помочь? Это же…
— Опасно, — закончил Призрак за неё, — И никак. Есть эликсиры, но мы не алхимики, у нас нет ингредиентов и оборудования. Есть магия, но мне она неизвестна, а тебе и подавно.
— Ты… ты с упавшего самолёта! — Мия вскочила и попыталась отпрыгнуть, но в условиях низкой гравитации подлетела вверх, а потом упала назад.
— Трусиха, а ведь Эйгон тебя иначе описывал. Вот скажи, чего ты боишься? И да, то мой корабль. Не самолёт: это термин для атмосферной техники.
— Но… как? Почему… как? — девушка недоумевала, смотря то на Эйгона, то на дрона, решившего не тыкать пушкой в лицо, хотя висящего на почтительном расстоянии.
— При падении я был сильно ранен и не мог перемещаться. Мой скафандр погрузил меня в анабиоз. Таким образом, я спал на границе смерти, ожидая пока мне помогут. Эйгон нашёл мой корабль, и система автоматически связалась с оборудованием, опознав его как потенциального спасателя. Он разрешил считать данные, и компьютеры подобрали необходимый словарь для перевода, предоставили инструкции. Увы, спасти моё тело возможности не имелось: медблок корабля не имел достаточных функций для восстановления повреждённых органов. Анабиоз был запущен некорректно из-за повреждения систем, но мозг пока был жив. На этот случай я разрешил превратить себя в полного киборга, мозг в роботе. Увы, роботов тоже не нашлось, только разведывательный дрон. Остальное тело было превращено в биомассу. Мне оставалось недолго, Эйгон спас мою жизнь, решив помочь, исполняя указы системы.
Мия слушала легенду в полной прострации. Призрак счёл, что отказ в ответах может привести к агрессии или, с высокой вероятностью, к серьёзному недоверию. В свою очередь, такая легенда имела только три слабых места: способность компьютера быстро расшифровать язык, пусть и имеющий общие корни, наличие готового сосуда для поддержания мозга в медблоке, а также готовность Эйгона слепо помочь, а не сразу же доложить об этом. Да и в целом подключение мозга к искусственному жизнеобеспечению — задача не для универсального стандартного медблока.
Первые проблемы покрывались незнанием местными уровня технологий корабля. А действия Эйгона можно было бы объяснить недостатком времени и в целом его характером. Проблема оставалось в том, что мозг человека занял бы немалую часть внутреннего пространства дрона. И если кто-то попросит показать его — лгать про грузовой отсек уже не выйдет, ведь мозг ИскИна сравнительно небольшой. Говорить об оцифровке личности тоже не выйдет: в таком случае душа не была бы перенесена.
— Ты… ты извне Осколков? Из вселенной? Она цела?
— Вы до безумия наивны, думая, что какие-то четверо трансцендентных могут разрушить вселенную. Даже не осознаёте, какого она размера. Мы называем это место аномалия «Расслоение Реальности», снаружи она непроглядна, непроницаема. Но я каким-то образом смог выжить, упав в аномалию, когда мой корабль повредило энергетическим выбросом, пока я сканировал границу, находясь очень близко.
Призрак издевательски усмехнулся и отобразил вид на аномалию снаружи на голографическом экране вингбайка. В окружающем мраке смотрелось особенно эффектно.
— Вот это место, где вы находитесь, — карта стала отдаляться, показывая созвездия, регионы галактики, её саму, скопления галактик и так вплоть до наблюдаемой вселенной. — Масштаб понятен? Ой, зря я это…
Девушка впала в этакий культурный шок с тотальным сломом мировоззрения. Призрак просто дал ей время.
— Кхм, Мия, а теперь что скажешь о своём поведении там?
Голубые глаза уставились на окаменелую грязь и искрошенную траву под ней, что освещались парой фонариков.
— Из-за меня… Я пыталась отнять управление… Эйгон летел прямо на огромных монстров…
— Их не было: галлюцинации и это ещё можно понять. Дальше, — тон Призрака похолодел.
— А дальше… мы разбились из-за меня. Я упала на землю, вылез монстр, а я запаниковала. Стала бить по нему, Эйгон просил меня взлететь, но я не слушала. И… из-за меня. А потом я даже не помогла ему.
— Верно, — холодно отрезал Призрак. — Будешь теперь за ним ухаживать. Я не знаю, когда он очнётся. Побудем пока здесь, Осколок достаточно безопасен.
— А может… вернёмся в тот пустынный?
— Хочешь ещё раз пролететь через Пристанище Тьмы? Кроме того Эйгон хотел бы продолжить путь к центру а тут в теории больше еды. Тут искажение связано с растворимостью некоторых веществ в дополнение к гравитации, но в целом рыба годна в пищу.
— А… угу… — Мия растерялась.
— Кстати хочешь ещё предмет для вымещения ненависти сменить? — продолжил Призрак неуверенно. — Те видео на всю сеть решил закинуть я.
— Зачем? — тихо спросила девушка, уже не зная, что думать обо всём этом.
— Просто так, унизить. Столь незначительное наказание за отвратительный поступок. Я всё знаю, он вернул тебе магию — бесплатно, доверив редкое знание. В награду получил шпионаж за собой, чтобы выведать секреты его магии. Уже на том этапе твою мать следовало изгнать из Дома. Альтер слишком мягок. И он это повторно доказал, когда по Эйгону ударили магией и пустили ракетный залп. Эйгон тоже слишком мягок, простил, а твой отец не смог поставить жену на место. И у тебя, девчонка, ещё хватает наглости винить Эйгона в том, что он не позволил себя убить!
— Но это моя мама! — воскликнула Мия и вскочила, но снова упала. — Она же… её казнили. Я же…
Мия бессильно заплакала, что-то неразборчиво бормоча между всхлипами.
— Женщины… но теперь ты поклялась быть с ним. Так защищай! Включай голову! Ты теперь его семья! Он сам не знает, что делать с тобой. Хотя стило не устраивать этот цирк и просто выдать тебя за кого-то из Винтер. Тоже поняла бы, каково связывать свою судьбу с человеком, которого впервые видишь. Может, повезло бы как Эйгону с той рыжей. Но этого не произошло, а теперь мы в отрезанных Осколках, и без того опасное место, а ты ещё увеличиваешь угрозу.
Призрак понимал, что его несёт, но не мог удержать эмоции после напряжённой ситуации. Девушка сидела, обняв колени.
— Я… — она всхлипнула, — я клянусь, что помогу вам. Больше не буду мешать, можете бросить, если помешаю. И я… люблю его. Какая же никчёмная идиотка и трусиха. Какой позор… он теперь возненавидит меня.
— Сомневаюсь, — Призрак издал вздох, считая его предельно уместным. — Погладит по голове и попросит больше так не делать. Хорошо, что-то меня тоже понесло. Я полетаю пока вокруг этого океана, следи за окружением.
— Не… не оставляй меня тут одну.
— Разве ты одна? Или около тебя не твой любимый? Мне нужно разведывать, вдруг тут есть опасные монстры, я быстро.