Просто доверься (СИ)
Мы виделись накануне отъезда. Илья забежал на часик, чтобы попрощаться и дать свои наставления.
— Хорошо, шеф! Буду спать! — отдала шутливо честь.
— Вот и хорошо.
— Но ты мне напишешь в дороге и позвонишь, как доберешься. — заглянула в серые омуты.
— Постараюсь. Потом телефоны будут часто отключены или недоступны. Буду звонить при возможности.
— Я буду очень-очень скучать и ждать твоих звонков.
Обняла Илюшку, положив голову на грудь, и сжала сильно-сильно, словно впечатывала себя в него. Безумно не хотелось расставаться. Будто частичка меня отрывалась и улетала далеко-далеко. Он всё ещё стоял передо мной, а я уже готова была расплакаться, что мы так долго будем на большом расстоянии. Чуть ли н впервые сама потянулась за поцелуем, стараясь, как могла отдалить момент прощания. В кольце сильных рук было надежно и так правильно, словно я дома, там, где должна быть, но чего скоро лишусь.
— А на городской и правда звонить будешь?
— Обязательно. Моя девушка должна меня ждать, сидя дома, а не гуляя где-то.
Последняя фраза совершенно не смутила, а согрела этим чётким «моя». Однако, в голове она отложилась как очередная аксиома, требовавшая слушаться своего мужчину и выполнять его пожелания.
Илья вскоре ушел, а я завалилась на диван и проревела весь вечер. Мне уже дико, до ужаса, не хватало любимого.
Последующие недели доказали, что я сумасшедшая влюбленная, которая, пообещав парню ждать звонка, выполняет сказанное на сто процентов. Я практически безвылазно просидела шесть недель дома. Отказываясь выйти с подружками хотя бы на часик подышать свежим воздухом. А вдруг пропущу звонок Ильи на городской номер. Пару раз мы собрались на площадке на моем этаже, где по старой памяти пытались что-то обсуждать или делились новостями. Но я, то постоянно дергалась из-за телефона, то не совсем улавливала, о чем говорят девчата, так как выпала из общения с ними практически на четыре месяца. А жизнь у них тоже не стояла на месте. И Настя, и Лера успели познакомиться с парнями, а теперь переживали букетно-конфетный период. Что удивительно, их вторые половины оказались друзьями, и теперь компания девчонок здорово разбавилась.
— Маринка, уверена, что правильно поступаешь? — спросила Лера, когда Настя с Наталкой уже спускались вниз.
— Ты о чем?
— Молодая девчонка сидит дома два месяца, как собака на привязи, вместо того, чтобы гулять и наслаждаться юностью. Разве это нормально?
— Не говори глупостей. Илья скоро приедет, и я опять буду гулять.
— А без Ильи ты не живешь.
— Живу. Просто я жду его, как обещала.
— Но выйти из дома на час — это не преступление.
— Лерочка, не переживай, осталось подождать неделю.
— Не хочу таких отношений, где теряешь себя, — помотала головой подруга. — Это неправильно.
Я лишь улыбнулась, оставаясь при своём мнении. Вот приедет Илюшка, и всё будет отлично. Я его безумно ждала и сильно скучала.
За время отсутствия Орлов успел позвонить только 3 раза, больше отвечал на сообщения, и то не сразу, а только поздно вечером или рано утром. По его словам, в их головы пытались впихнуть все, что можно впихнуть за ограниченный срок, да плюсом шла физподготовка день через день. Уставал он очень сильно, просил не звонить, а только кидать сообщения, на которые отвечал, когда успевал.
Когда оставалась неделя до возвращения Ильи, маме позвонила соседка бабушки и сказала, что той ночью стало плохо. Они вызвали скорую, но, к сожалению, не дождались. Папина мама умерла до их приезда. Новость не просто расстроила, она ошеломила. Бабулю мы все очень любили. Звали жить к нам. Но она никогда не соглашалась. «Питер — моя жизнь», — так она всегда отвечала на наши приглашения.
Побросав все дела, мама и папа выехали в Санкт-Петербург первым поездом. Решать все вопросы с похоронами. Меня не взяли, посчитав лишним. Лучше помнить бабулю живой и веселой, какой она была всегда, чем той, которую будут хоронить. В итоге, последнюю неделю до приезда Ильи я находилась в полном вакууме. Душила грусть от потери близкого и родного человека. Да и тоска по любимому не добавляла радости.
Но и время разлуки прошло. Встречать Илью я заранее напросилась с его родителями, приезжал он ночью на поезде. Потому Александр Николаевич забрал меня вечером из дома, и ночевала я у них в гостях, а в 3 утра мы дружной толпой поехали встречать долгожданного человека на вокзал.
Объятия при встрече были очень теплыми, но быстрыми, и в машине Илья сразу отсел, сказав, что устал и хочет подремать. Решила не мешать любимому и просто тихонько его разглядывала, пытаясь найти изменения, которые могли произойти за шесть недель, что мы не виделись. Было безумно радостно, что разлука осталась позади, а впереди нас ждали новые денёчки вдвоём, скорое лето и грандиозные планы на отдых.
По приезду домой Илюшка сразу пошел спать, захватив меня с собой. Обнял, как любимую мягкую игрушку, и тут же вырубился до утра. Мне совсем не спалось. Лежа так близко, разглядывала любимые черты: расслабленное лицо, немного крупноватый нос, широкие темные брови, глаза, сейчас закрытые, но я точно знала, что они стального цвета, длинные ресницы, немного завивающиеся на кончиках, узкие губы, немного приоткрывшиеся во сне, упрямый квадратный подбородок, чисто выбритые скулы и небольшую поперечную морщинку на лбу. Заметно отросшие волосы безумно притягивали, очень хотелось запустить в них руку и потрогать, проверить на мягкость.
Я балдела в руках моего Илюшки. Усиленно пыталась заставить себя расслабиться и отдохнуть, но каждый раз проигрывала. Глаза закрывались на пару минут, но тут же снова распахивались, чтобы посмотреть на него. Еще чуть-чуть. Так близко, так хорошо.
Мой соня проснулся где-то к десяти утра. К тому времени я успела уже ускользнуть на кухню, где Лидия Ивановна готовила завтрак. Помощь мою приняли благосклонно. И, когда Илюшка вышел к нам, как раз заканчивали заворачивать блины с творогом.
— Доброе утро, — подскочила сразу, как он вошел, и потянулась поцеловать.
— Доброе. Я выспался, наконец-то. — поцелуи достались мне и его маме.
— Марин, поухаживай за Ильей, я пойду в гостиную. — Лидия Ивановна оставила нас вдвоем.
— Что тебе налить? Чай или кофе?
— Сделай кофе, пожалуйста.
С огромным удовольствием ухаживала за мужчиной, стараясь предугадать его желания. В их доме я почти обвыклась, зная где и что примерно лежит на кухне. Даже один раз за время отсутствия парня была в гостях, когда забегала, чтобы вручить подарок его маме на 8 марта. Лидия Ивановна показывала мне детские фотографии Илюшки, комментируя историями из детского сада или школы. Даже фотографии его девушек там встретились. Не всех, конечно, но парочка была. Мама моего парня, не стесняясь, рассказала вскользь о них, из чего я сделала вывод, что сын и мать очень близки и обо многом личном ведут разговоры.
После завтрака потащила Илью в его же комнату, где вручила подарки на прошедшие праздники — 14 февраля и 23 февраля. Хоть и не дорогие презенты, но очень надеялась порадовать мужчину своим вниманием. Немного сухая благодарность и какой-то почти вежливый поцелуй в губы не насторожил. Я старалась не накручивать себя зазря. Может, устал или не пришел в себя после поездки. Очухается и всё будет отлично, как и раньше.
***Понимать, что в наших отношениях не всё так мило и гладко, как хотелось бы, я стала практически сразу после приезда Ильи. Если мы где-то гуляли, то провожая меня, Орлов больше не задерживался, мы не сидели в подъезде, не стояли обнявшись под козырьком у двери. Меня быстро целовали в губы и почти тут же уходили. Не редко нас довозили его друзья, и тогда Илья испарялся еще быстрее. Мужчина перестал меня лишний раз касаться, хотя до этого часто любил ворошить волосы или брать за руку. В разговорах появлялись паузы, но не такие, что и помолчать вместе хорошо, а рваные, когда ищешь тему для беседы и не находишь. У него появились какие-то дела по вечерам, он мог не приходить пару дней, и даже не написать сообщения. Илья отдалялся. Я это видела, чувствовала. Понимала. Но прямого разговора, конечно, не заводила, боясь, что сама разрушу то, что стало таким хрупким.