Звездный эльф. Том 2 (СИ)

И ему всего-то надо придумать способ — как получить доступ к мощной технике Исцеления. Вокара Че над лишь посмеялась, поясняя то, что он, варвар, может и не мечтать о том, чтобы постигнуть сильнейшие техники Исцеления Силой даже в ближайшие десять лет. Хотя что там постигать? У Энакина почти всегда всё выходило идеально… Вернее он так считал, пока не получил тысячастраничный трактат, который Вокара приказала ему выучить на память. Охарактеризовала она его так: «прежде чем лечить, пойми что с пациентом»… В трактате описывались не только методики лечения техниками Силы, но и то — на что воздействует та, или иная техника. Точнее — была лишь одна Техника Силы, которая действовала в самых разных направлениях и на разных уровнях. Первые уровни способны убрать лишь симптомы болезней, но вот высший… Воздействует на организм на молекулярном и клеточном уровнях. В теории даже ранение от светового меча можно было бы залечить. Хотя на практике — того, кто смог бы отрастить конечность, используя Регенерацию Силы не существовало. Это лишь предположение. И тотально вгрызться в науку он не успел, потому как Оби-Ван сообщил ему о вызове со стороны Палпатина.
  
Канцлер выглядел величественно в тёмной одежде. Годы, казалось, почти не брали Шива Палпатина. Он казался крепким и бодрым, с седыми волосами, и голубыми глазами. На лице добавилось немножко морщин, но надо сказать — физические кондиции Канцлера, несмотря на старческий вид, были прекрасными. Энакин помнил рекламный ролик «Один день из жизни Великих». Первую часть, собственно, деятели КОМПОЗРа — посвятили Канцлеру Палпатину. И там фигурировало то, что Канцлер занимается физическими упражнениями утром и вечером. Именно про физические способности говорили, когда упоминали то, что старость никак не повлияла на Палпатина. Канцлер встал из-за стола и подошёл к Энакину. Они остановились рядом со Статуей Систроса. В последнее время — многие политики ценят труды Систроса по управлению, хотя лично его Орден декларировал неприятие подходов Систроса в его измышлениях по манипуляциям простого народа.
— Энакин, спешу спросить: в порядке ли ты? Миссия, которую ты недавно завершил была блистательной, но уж точно не простой.
— Благодарю за беспокойство, Канцлер, — голос Энакина чуть дрогнул. — Но я справился. Меня учили этому.
— Остаётся лишь похвалить Джедаев, что воспитали тебя таким сильным… Впрочем, мой тебе совет: сильных всегда все опасаются. Так что будь осторожен.
— Не думаю, что с этим есть проблемы, Канцлер, — пожал плечами Энакин. — Орден ценит не силу, а именно мудрость. Именно Ситхи ценят лишь силу.
— Извини меня, Энакин, но верю я в это с трудом, — произнёс Канцлер. — Ты смотришь на вещи удивительно узко, но не буду тебя винить, ведь ты демонстрируешь невероятный потенциал к росту, который не видят даже мудрейшие из Джедаев. Если бы не тот инцидент, ты бы давно стал Мастером и фактически сразу Магистром в Высшем Совете. Мудрость тех, кто умудрился пропустить целого Тёмного Одарённого, который убил мою бедную и несчастную советницу — слегка преувеличена. Просто вспомни сколько раз Орден Джедаев на твоей памяти просчитывался, а твоё невероятное чутьё и твои навыки — были тем столпом, на котором всё держалось.
— Я… — запнулся Энакин. — Я благодарю вас за вашу оценку. Да…
— Поэтому я хочу задать тебе вопрос. Ты мне доверяешь?
— Ну… ну разумеется… Вы же для меня, как отец… Простите, не должен был я.
— Ничего страшного, — успокоил его Палпатин слегка ухмыльнувшись. — Увы, моя работа отнимала слишком много времени и я не мог дозволить себе столь прекрасные чувства, как любовь и столь чудное явление, как семья, — Палпатин отвёл взгляд. — А своей семьи я лишился в результате несчастного случая, связанного, если можно так выразиться — с моей карьерой… Мой отец слишком активно участвовал в политике и даже на Набу не смог… справится с последствиями. Хотя, правду скажу, если бы я и хотел быть отцом, то не таким, каковым был мой отец. Кого мне действительно жаль, Энакин, так это мою мать и сестёр… Что же до тебя, то я рад тому, что ты меня так оцениваешь. Возможно и ты для меня можешь являться сыном.
— Я польщён, — Энакин действительно подивился тому, насколько разоткровенничался Палпатин. «Если политик начинает лить воду, которая тебе приятна — значит он собирается тебя на что-то подписать. Если ты, идиот, который взрощен сказками о величии — имеешь в своём окружении ещё десятки тысяч таких же — и начинаешь слушать очередного популиста, который обещает тебе величие — значит тебе активно пытаются продать твою смерть»… Кажется такое он однажды слышал от Лайта Флаингстара. Тогда Энакин не понял, описывает ли Магистр всех политиков, или кого-то конкретного из Сенаторов. Но он не видел всего этого в Палпатине. Перед ним — бодрящийся, пусть и крепковатый, старик, который всеми силами пытается привести Республику к миру, свободе и безопасности, но ему постоянно что-то мешает.
— И таким образом… Энакин… Я назначаю тебя своими руками, глазами и голосом в Высшем Совете Ордена Джедаев.
— Что? — удивился Скайуокер. — Я Магистр? Вместо Магистра Коулмана Требора?
— Его смерть прискорбна, — сочувственно произнёс Палпатин, хотя сам он так не считал. Требор был слабаком, пусть и носил звание Магистра. Но по части дипломатии и политики — вурк был настоящим профессионалом, за годы войны — буквально изрубив своим световым мечом не один законодательный акт. Он прекрасно ориентировался в «глубинных течениях» Сената, не просто придерживался какой-то фракции, тех же Милитаристов Гранта, а умело использовал в своих играх Пацифистов и даже Лоялистов. Как хорошо, что Требор всегда страдал от синдрома слабости. Он считал, что должен всем доказать, будто он сам ничуть не слабее прочих Магистров из Высшего Совета. И отчаянно пытался всё это доказывать. Но не преуспел. И Палпатин искренне радовался, когда узнал о смерти вурка и в той же степени — недоумевал, когда выяснилось, что Джедгар провалился… Убил ли Пророк Слай Мур, или постарался Флаингстар — сам Палпатин не знал. Всевозможные улики были затёрты… Возможно, Джедгар обезумел и решил сыграть в свою игру, но напоролся на Флаингстара, который в своей привычной манере — остановил зарвавшегося Одарённого самым действенным способом. Шив демонстративно произнёс речь о Слай Мур и отдалился от этого дела, дабы не возбуждать лишние подозрения. Действовать надо аккуратно, согласно плану. Да, его пришлось немножко форсировать, но вариантов не остаётся. Перед самой битвой за Корусант — Джедаи подобрались слишком близко к его раскрытию. Они даже смогли вычислить объект «ЛайМердж Энерго». Он убил всех, кто пошёл по его следу, однако выдать это за действия того же Джедгара не вышло. Джедаи явно этому не поверили.
— В Совете вскоре найдут того, кто убил Магистра Требора, — заявил Энакин.
— Да и мои соглядатаи тоже направлены по следу Генерала, — кивнул Палпатин. — Но насчёт того, что ты войдёшь в Высший Совет — я не шутил Энакин. Ты мудр и силён, достоин столь высокого доверия.
  
— Но, Канцлер! Совет сам назначает свой состав, — напомнил ему Энакин. — Они никогда не назначали Магистров под внешним давлением.
— Вот только они нуждаются в тебе куда больше, чем ты думаешь, Энакин. Если не ты займёшь место в Совете, то более некому занять. Нет более достойных Джедаев, кто мог бы быть назначен Магистром…