"Фантастика 2025-21". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Решение пришло неожиданно. Тогда только-только набирал силу Орден, ещё не запретного, а безграничного знания. Возможности и открытия полились рекой, все кричали о магической революции, о новых горизонтах. Среди чародеев бушевала настоящая буря. Магистр Бадунот, который за несколько десятилетий до этого, впервые за всю историю добровольно отказался от членства в Синклите, вернулся. И не просто вернулся — а как основатель Ордена безграничного знания! Про «классические» исследования забыли… Один из ненужных теперь изобретателей пришёл к свежеиспечённому кандидату с просьбой дать хоть немного денег на завершение дела всей своей жизни. Будущий мастер-магистр сразу увидел в идее непризнанного гения главное, хотя изобретатель до самого последнего дня считал разработку колдовского омолаживающего сна лишь побочным направлением в создании многофункциональных кристаллов-артефактов. Проект длился долгие восемнадцать лет, после чего создатель методики получил в награду два квадратных метра земли, а кандидат в магистры погрузился в свой первый колдовской сон. Минимальный период между двумя снами составлял десять лет, и после долгих раздумий будущий мастер-магистр решил, бодрствовать стоит по пятнадцать-двадцать лет, а спать по двадцать. Этого достаточно, чтобы, с одной стороны, не упустить властные нити в неторопливом и косном правлении Синклита, а с другой — отыграть большую часть старения организма за те самые двадцать лет. После второго сна он стал магистром, а спустя ещё два сна удачно обошёл всех конкурентов во время выборов нового главы Синклита.
  
Воспоминания улеглись, и мысли обрели привычную ясность. Итак, если его не разбудили раньше срока, значит, ничего особого не случилось. Впрочем, мастер-магистр тут же усмехнулся. Чем старше чародеи, особенно привыкшие к всевластию и безнаказанности магистры, тем чаще среди них случаются выверты сознания. Один ради дегустации нового экзотического блюда откажется от встречи даже с королём, другой каждую неделю будет таскать к себе в постель девственниц, веря, что продлевает этим жизнь. Правящий мастер-магистр был старейшим из магов-людей, потому и вывих разума для всех у него был особый. Периоды активности лет по пятнадцать-двадцать, когда он выезжал с осмотрами подвластных территорий, посещал Академию, менял планы и кроил политику континента по своему разумению, сменялись апатией. На следующие пятнадцать-двадцать лет мастер-магистр запирался в своём замке и вёл дела по решениям периода активности. О том, что глава Синклита на самом деле не просто так, не из прихоти и чувства собственного величия половину времени правит из своего замка, знали считанные особо доверенные люди. Как знали помощники, и что пути у них всего два — либо в кандидаты в магистры, либо на специальное кладбище в подвалах замка, откуда труп не достанет и не разговорит никакой некромант или заклинатель духов. А ещё эти доверенные лица знали, что если разбудить хозяина из-за пустяка, то путь на кладбище пройдёт через пыточную. Фантазия же у мастер-магистра, которого прерванный раньше положенного срока сон зазря лишит омоложения, окажется богатая.
Едва прошла обычная после сна слабость, мастер-магистр заставил себя встать, надел в соседней комнате приготовленный заранее халат и начал подниматься наверх в апартаменты сквозь подземные уровни. Сначала через анфиладу залов с установкой омоложения, полных высоких хрустальных цилиндров, разнообразных, светившихся разными цветами, артефактов, всполохов и молний. Затем через узкие каменные коридоры, абсолютно пустые и полутёмные, за двадцать лет, пусть и выключенные, светильники понемногу разряжались. Никаких людей кроме хозяина здесь не было много десятилетий, лишь раз на секунду в боковом коридоре мелькнула лысая голова карлика-химеры, одного из магиматов, обслуживающих секретные уровни.
День пробуждения был известен заранее, поэтому, едва мастер-магистр прошёл последний ярус, а толстенная каменная плита, маскирующая вход в подземелье, встала на место, из соседней комнаты потянуло вкусными запахами. Там уже ждал стол — яства принялись расставлять, едва помощники получили сигнал, что повелитель добрался до последнего уровня защиты. Между второй и третьей переменой блюд, на несколько мгновений, рядом со столом безмолвно возник слуга и положил перед владыкой небольшую кожаную папку. Тоже ещё одно правило-традиция. Сообщать во время первого обеда новости, причём исключительно приятные новости. Верная примета, что тогда весь срок бодрствования настроение будет хорошим.
Едва прочитав самый верхний листок, мастер-магистр радостно хлопнул по колену: ну и удружил рыжий покровитель везунчиков Эбрел. Помер магистр Джауме, который уже полвека портил мастер-магистру кровь! Увы, даже могущества хозяина Синклита не хватало, чтобы полностью взять под контроль выбор кандидатов в магистры, потому-то время от времени подобные типы и проникали. А этот Джауме не успел освоиться с бело-золотой хламидой, как стал претендовать на алмазную тиару мастер-магистра. Постоянно всем напоминал, что в отличие от пожизненных магистров, глава Синклита со своей должности может и уйти. Заодно раскопал какой-то замшелый закон первых веков, дескать, раз в шестьдесят лет, положено проводить выборы мастер-магистра, на которых может победить старый мастер-магистр, а может и новый. И прибить поганца никак не получалось, слишком уж берёгся. Очередной шестидесятилетний срок истекал в нынешнее пробуждение, мастер-магистр предвидел нешуточную драку в магистериуме… И вот надо же — конкурент помер! После такого остальные новости можно было не читать, а приступать сразу к «десерту».
По приказу, в обеденную залу ввели два десятка девушек, дотоле не знавших мужчины. Мастер-магистр выбрал сначала двоих — попутно слегка удивившись, почему в этот раз помощники не привезли парочку свеженьких из Лина — и удалился в спальню. Там сдёрнул с обеих девчонок платья, несколько секунд полюбовался, как они наливались краской смущения, хотя и знали, зачем их привели. Повинуясь толчку, одна из девушек упала на колени, и тут же хозяин ткнул её лицом в свой пах. Сам же бросил вторую девушку на кровать, несколько минут наслаждался, как одна его возбуждает, а вторая болезненно постанывает от пальцев, грубо исследовавших промежность. Дальше также резко, грубо, чтобы крики ласкали слух, обе девушки лишились невинности и были изгнаны. Разрядившись, с минуту мастер-магистр лежал на кровати, но возбуждение накатило снова, и по сигналу в комнату вошли ещё три девушки. Впрочем, настроение уже сменилось, и с новыми любовницами хозяин наоборот был ласков и нежен, чтобы и они получили удовольствие.
Утром пришло время дел, которых за годы сна набралось изрядно. Но всё же в небольшой поблажке-удовольствии мастер-магистр себе не отказал, начав с подробностей смерти магистра Джауме. В отчёте говорилось, что к покойному в дом наведался сам Хранитель мира и лично оторвал магистру голову, после чего спалил резиденцию дотла. Мастер-магистр поднял взгляд и посмотрел на секретаря. Тот, даже почтительно стоя возле двери, видел, какой документ читает хозяин, и сейчас ждал реакции. Ведь магистры неприкосновенны! Мастер-магистр мысленно усмехнулся: дурак. Когда-то и сам глава Синклита тоже мечтал накинуть на Хранителя узду, но как умный человек быстро понял — это то же самое, что пытаться оседлать ураган или наводнение. Великий друид просто часть природы, и как лесоруб должен вовремя отойти от падающего дерева, так и любой маг держаться от сомнительных исследований. По крайней мере, убедительно демонстрировать, что ничем запретным он не занимается. «Эх, знал бы про Джауме раньше, — мелькнула мысль, — и Хранителю оказал бы услугу, и копию его занятий в архив Синклита спрятал». Увы, повторения удачи столетней давности — когда и химер уничтожили, и создавшего их мага казнили… и отыскали решение, которое позволило создавать весьма полезных магиматов, но одновременно не вызвало недовольства Хранителя — в этот раз не получилось. Проще выкинуть всё из головы и перейти к остальным новостям.