"Фантастика 2025-21". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
Тут Андрей поднёс палец к губам и негромко сказал:
– А вот с этим – т-с-с. Если получится, я потом сам тихонько результаты отдам Манусу. Извини, не хочу, чтобы только я со службы сбежал – как наоборот тебя в какой-нибудь секретный НИИ припахали.
– Договорились.
Первое сентября выдалось ветреным и потому прохладным. В выцветающем голубом небе неслись пузатые мохнатые облака, им вдогонку по земле ветер гнал первые несмело облетевшие жёлтые листья. Но ближе к парку ветер стихал, да и тучи будто обходили стороной. Солнце здесь светило ярко и грело жарко, по новеньким дорожкам во все стороны носились школьники, за ними торопливо шагали, стараясь не отставать, родители. На уличной сцене громко играла музыка, артисты что-то пели и отплясывали. Солидно вышагивали аниматоры, одетые в костюмы героев мультфильмов. С ними фотографировались… Когда один из мальчиков решил потрогать очередного Карлсона, тот вдруг оказался ненастоящим – рука прошла насквозь, а Карлсон выбросил во все стороны кучу искр и растворился в воздухе. Впрочем, через секунду он уже стоял в паре метров дальше и невозмутимо двинулся вперёд по дорожке. Все, кто это видел, растерянно захлопали глазами. До этого фантом ничем от остальных аниматоров не отличался, никто и не мог подумать, что часть актёров ненастоящая. Дети тут же кинулись бегать и проверять: то сталкивались с очередной мягкой куклой и слышали насмешливое «ай-ай-ай», то Чебурашка или Золушка рассыпались листьями, звёздочками или птичками. Кутерьмы от этого стало ещё больше.
Но изюминкой парка и праздника стало, конечно же, новое кафе на окраине. Двухэтажное, в окружении высоких сосен. На стене гордо красовалась табличка «Лесная улица дом 1». Над зданием, привлекая внимание издали, висели плакаты, зовущие кушать мороженое. На площадке перед домом рыцари-фантомы устроили настоящий турнир. Очередной победитель выбирал себе из девочек-зрительниц даму и надевал ей на голову венок, который тут же разлетался весёлыми птичками. И конечно же приглашал зрителей кушать мороженое.
Но и без приглашения очередь выстроилась огромная. Сегодня просто так и в честь открытия пополам с Днём знаний Андрей раздавал всем желающим желейное мороженое. Полупрозрачный шарик размером со стандартную порцию можно было подержать в руках, он долго не таял. Но стоило его откусить, кусочек растекался во рту как самое настоящее мороженое, только вкус у него менялся от сливочного до какого-нибудь ягодного и обратно. Причём каждый новый откушенный кусочек – новый вкус. Кто-то из школьников попробовал стащить порцию без очереди, но вазочка превратилась в львиную голову, попробовала цапнуть за пальцы и наставительно сообщила:
– Между прочим, без разрешения брать нехорошо.
И тут же стала обратно обычной вазой с мороженым. Все засмеялись, а красный как рак торопыжка поспешил затеряться в толпе.
И дети, и взрослые ели десерт, временами зажмуриваясь от удовольствия. Особенно взрослые, потому что поваров среди завтрашних было мало, а любые пришельцы из будущего были нарасхват и в других областях помимо кулинарии. Подобным блюдом могли похвастаться лишь пара дорогих ресторанов. И неожиданно – кафе в новом парке…
Вечером, когда праздник закончился и все разошлись, Андрей готовил кафе к завтрашнему обычному дню. Один, так как Шоннах без сил сидела на стуле.
– Ещё несколько таких праздников, и, подозреваю, я вычерпаю здешний лес до дна.
– Всего несколько? – поддел Андрей. – Ты сиди, сиди. Бледная и напоминаешь выжатый лимон.
– Ну, не несколько, конечно, но на пару месяцев про осмотр территории можно не беспокоиться. Всё равно часто я так не смогу, и правда вымоталась.
– Это ты с непривычки.
Шоннах потянулась.
– А знаешь, я счастлива. Я шла в армию за свободой. Но только сейчас поняла…
– Что свобода – это созидать. А защищать созданную кем-то красоту – это не свобода, а необходимость.
– Да. Я понимаю, что наступит день, когда мы к этой необходимости вернёмся. Чтобы сохранить всё это, – девушка повела рукой вокруг, – всё то, что мы сейчас создаём. Но пусть этот миг настанет как можно позже.
Андрей обнял жену и шепнул ей на ухо:
– Сколько есть – всё наше.
Часть II. Королевства людей
Глава 1. Разведка
Дом, в котором жила свекровь Нэрсис, девушке всегда очень нравился. Одних только жилых помещений в нем было четыре: изба-зимовка, изба-лестница, вышка с резным балкончиком, горница боковая. А кроме них были ещё сени светлые с лестницей на крыльцо, да клеть, да рядом отдельный навес-пристрой в длину стены. А вокруг двор. Когда Мария Львовна после Катастрофы не осталась в городе преподавать в университете, а перебралась учительствовать в одну из сельских школ, обрадованные деревенские и построили ей этот дом. Не прогадали: новый директор за дело взялась железной рукой, а её ученики на олимпиадах смело боролись за призовые места. Пару раз даже привезли с соревнований именные приглашения на поступление в университет.
Каждый раз приезжая с мужем в отпуск, больше всего Нэрсис любила бродить по этому удивительному дому босиком, не спеша. Особенно когда никого будто бы и нет: Мария Львовна на работе, младшая дочка ещё в школе. А муж в отпуске предпочитал спать до обеда. Или наоборот вставал затемно на рассвете и уходил на рыбалку. Один, потому что жене такое времяпровождение напоминало жизнь среди «Морских птиц». А эти месяцы она вспоминать не очень любила. Зато дом и мать мужа будили из глубин памяти картины детства, заставляли трепетать потаённые уголки души. Спокойствие, безопасность. И такая же мудрая, строгая хозяйка во главе – точь-в-точь как их домоправительница и экономка.
Шагая босыми ступнями по полу, ощущая кожей каждую шероховатость лакированных досок, Нэрсис неслышно подошла к большой семейной фотографии в рамке на стене. В прошлый визит её не было. Снято ещё до Катастрофы. В очередной раз спросила себя: интересно, а какой из себя отец Антона? Рассказы пусть даже самых близких людей всегда лишь тень человека. Но познакомиться с ним вживую никогда не удастся. Вместе со второй сестрой Антона он уехал из города незадолго до всех событий и остался на Земле. Но именно от него мужу достались соломенные волосы, худощавая фигура и неожиданно крепкие, сильные руки с тонкими пальцами. А вот карие озорные глаза и курносый нос вместе с пухловатыми губами у всех троих детей явно от мамы.
В сенях раздался скрип. Нэрсис повернулась, ожидая, что вернулся Антон. И встретилась взглядом с его мамой. Та смотрела чуть насмешливо и немного грустно.
– Не ждала? – улыбнулась женщина. – Я специально ушла из школы пораньше. Обязательно надо попрощаться, перед тем как вы уедете. Втроём. Лия сегодня, как давно мечтала, после уроков заночует у подруги. А утром вы уже уедете. Нечего её мешать в наши дела… да и маленькая она для них. Ей нельзя знать, куда вы отправитесь на самом деле. Не северные же стойбища, в самом деле, осматривать?
Нэрсис удивлённо захлопала глазами. Даже о том, что они с мужем скоро уезжают, ни она, ни Антон особо не говорили. И уж тем более не могло быть речи, куда уезжают. За последние пару лет служба генерала Гальбы и их коллеги из нэрлих понемногу разворачивали сеть наблюдателей в Королевствах людей. Из тех, кого использовали «в тёмную», из тех, кто имел нужные склонности и захотел помочь новой Родине именно такой службой. Но донесения шли медленно – доверять рацию можно было далеко не всем. К тому же возникла и другая сложность. Уезжая, зачастую убегая, эти люди рвали все старые связи и не могли вернуться на прежнее место. А на новом их знакомства и возможности в силу не самого высокого статуса ограничивались лишь тем графством или городом, в котором они теперь жили.
Людей, способных внедриться в обеспеченную и влиятельную верхушку общества, где и горизонт шире, и информации больше, среди перебравшихся к землянам было – по пальцам пересчитать. И для них проблема узнавания и риск даже в другом королевстве встретить старого знакомого слишком велик. Исключением мог стать Балвин: город крупный, шумный торговый порт. Там каждую навигацию ищут счастья тысячи приезжих. В их биографии никто не копается, в происхождении не роется – всё решат деньги и торговая хватка. Нэрсис же там не знают: внешне она за последние годы сильно изменилась, отец давно объявил её погибшей. Антон и она станут пробой пера. Закрепиться, создать базу для внедрения следующих агентов. Ибо никого не удивит, что к удачливому купцу приедут родственники, появятся верные приказчики из земляков. Через него или его знакомых купцов будут клянчить у какого-нибудь аристократа рекомендательные письма разнообразные провинциалы. Но у себя дома они сотрудники одного чисто гражданского института, и никого не удивит, если молодые специалисты-этнографы на пару лет уедут в командировку в Великую Степь собирать материал для будущей диссертации.