"Фантастика 2025-21". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Флотилию взялся возглавить сам Дарланд. Рич полагал, что старик просто боялся сам уже поехать крышей от царящего в городе и потому попытался улизнуть на передовую. Кейлин, заглянувшая к ним лишь на пару минут, чтобы лично услышать тяжелую для себя новость, тоже не желала оставаться без дела. Она, как и Лина, топила в работе тяжесть утрат, ведь обе восхищались одной и той же героиней, с которой и брали пример. Искателя Ветра, чей пост капитана временно занял Найт, было решено тоже отправить в бой. Чем больше потерь понесут твари, тем проще окажется последующий штурм цитадели врага.
  
Всего было решено задействовать восемь боевых кораблей, в том числе флагман военного флота Вайрна — “Горе Побежденным”, с которым однажды Искателю Ветра пришлось схватиться. Он долгое время стоял в доках: сначала на ремонте, а затем потому, что его экипаж был под воздействием “Подавителя”. “Звезда Надежды” — “круизная яхта” Генара Старшего, по боевой мощи способная превзойти тяжелый крейсер, осталась стоять в доках. Пробудить разум этого судна мог лишь сам погибший тиран или же его сын. И разумеется всю координацию в переговорах между союзными силами парочке пришлось взять на себя.
Но Ричу и Лине, как только они смогли стоять на ногах, предстояла и другая, более важная, задача. Времени не было даже на то, чтобы всерьез обсудить произошедшее. На центральной площади собралась огромная толпа, скандирующая их имена. Их уже было несколько тысяч, а ведь попасть в Верхние Шпили могли только очень состоятельные люди, здесь проживающие, именитые гости из других городов и журналисты. Казалось, еще немного — и толпа просто сомнет оцепление из рядовых Ордена и пойдет на штурм цитадели.
Толпа бушевала, как море перед штормом, её голоса сливались в оглушающий гул. Лина и Рич вышли на балкон, наблюдая за хаосом, который развернулся перед ними. Лица в толпе были искажены эмоциями — страхом, яростью, надеждой. Кто-то вдохновленно, словно молитву, выкрикивал их имена, другие — лозунги против Генара Старшего. Граница между поддержкой и ненавистью была размытой и зыбкой.
Лина крепче сжала перила, почувствовав, как холод металла пробирается к её пальцам. Скрип внутри усиливался, словно её собственное тело противилось происходящему. Она повернулась к Ричарду, который выглядел не менее напряжённым, но старался скрыть это под маской хладнокровия.
— Уверен, что мы должны выйти к ним? — спросила она, её голос дрожал, но не от страха, а от накопившегося стресса и усталости.
— У нас нет выбора, — твёрдо ответил он. — Мы их боги. Эти люди нуждаются в лидерах. В нас. Если мы не покажем им, что контролируем ситуацию, всё рухнет.
Лина отвела взгляд, её глаза блуждали по лицам людей. Она знала, что Рич прав, но что-то внутри неё противилось. Чувство, что она больше не контролирует не только ситуацию, но и себя, становилось невыносимым.
— Хорошо, — выдохнула она. — Но если что-то пойдёт не так…
— Мы справимся, — перебил её Рич, взяв её за руку. Его прикосновение было тёплым, обнадёживающим.
***
Ричард на всякий случай проверил плотную повязку из зачарованной ткани, что окутывала его правую руку до самого плеча, накинул черный костюм и принялся забираться в парадный доспех, окрашенный в золото, который по его приказу доставили из Хранилища. Сама броня была весьма средней по характеристикам, и в бою он ни на что не променял бы свою “Ласточку”, но зато эта очень подходила его новому образу и сверкала на солнце. На Лине было длинное закрытое платье нежно-голубого оттенка, полностью скрывающее от людских глаз ее грудь, слившуюся с ведьминской сталью. Девушка как раз заканчивала укладывать свои длинные платиновые волосы, любуясь их переливами.
На проклятый меч, что покоился на небольшом столике из красного дерева, она старалась даже не смотреть. Он теперь всегда был с ней, внутри нее, в каждом атоме тела. Но сегодня ему не было места в ее жизни. Она шла успокоить людей, вселить в них надежду, убедить, что самое страшное — позади, а обидевший их тиран, хоть и сбежал, будет пойман в Вангелосе. Она шла лгать — это уже давно стало привычно. Сейчас она врала всем, включая себя.
— Ты закончил? — мелодично спросила блондинка, услышав шипение сервоприводов, закрывающих доспех.
Шлем возлюбленный одевать не стал, а его волосы вновь были окрашены в веселое, фальшивое золото. Он был почти таким же, как и во время их первой встречи. Разве что в глазах была сталь и любовь. Громко шагая по каменному паркету, Золотой Воин подошел ближе и бережно взял девушку под руку.
— Да, пойдем. Говорить в основном буду я, а ты постарайся казаться моей возвышенной, маленькой, послушной принцессой и не устраивай сцен, хорошо?
— Как скажешь, солнышко. Будешь много волноваться — облысеешь, — фальшиво рассмеявшись, осторожно погладила супруга по шевелюре, стараясь не растрепать прическу. — С обычными людьми проблем не будет, но вот последующая встреча Совета Директоров меня немного пугает. Псайтех будет все прогибать под себя. Не забывай про моего человека.
— Насчет этого не переживай. Я им объясню, что как раньше — в Вайрне больше не будет. В крайнем случае используем все, что есть, — успокоил ее супруг, пока пара шла к лифту, ведущему на нижние ярусы цитадели.
***
Хор голосов разом затих, едва внешние ворота правого клыка дрогнули и медленно поползли в стороны. Рядовые из оцепления напряглись, крепче схватив друг друга за плечи в ожидании бури. А затем овации расплескались по всей площади воем фанфар, когда смертные глаза лицезрели своих ложных богов. Взмахнув рукой, Ричард гордо зашагал к собравшимся в сопровождении девы, о которой уже слагали легенды (и, разумеется, создали кучу порно с помощью нейросети). На половине пути до собравшихся Генар опустил руку, создав небольшую ступеньку пространства. А затем, под благоговейное молчание, они взмыли в воздух на несколько метров, и Лина тихонько шепнула своему мужу:
— Какой же ты все-таки позер.
— Цыц, говорить буду, — сверкая белоснежной улыбкой, прошипел он, а затем громогласно прокричал, копируя интонации Воли:
— Я — Ричард Генар, да будет проклято это имя. Но я от этого проклятия не отрекусь. Мое по праву рождения, оно станет вечным напоминанием о том зле, что причинил мой главный враг — мой отец. Он обратился в монстра на ваших глазах, но чудовищем стал куда раньше. Проклятый самим мирозданием грешник, убийца женщин и детей, ему было суждено воплотить в себе все то, что я - ненавижу! Еще с самого детства, я точно знал каков человек, которым мне не стать никогда. Но лишь когда занял пост капитана и обрел силы, мы с Линой смогли бросить вызов, несмотря на всю мощь, которой он и его союзники обладали…
Мужественный, решительный и притягательный голос разливался по площади и из динамиков тысяч устройств по всему миру. Когда Рич почти час репетировал эту речь, расставляя акценты, блондинка отправилась в душ, чтобы ему не мешать. Но сейчас ее зачаровали слова, интонации и то, что за ними стояло на самом деле.
— Сейчас он сбежал от клинков наших союзников и друзей, и сил, что ниспослали нам боги. Но мы настигнем и уничтожим. Как его, так и всех, кто запятнал себя в самых грязных делах. Я вам в этом клянусь, пусть свидетелями будут Воин и Дева, что живут в наших телах!
Тут в игру предстояло вступить Лине, и мужественный бас сменился на манящие девичьи трели:
— Многие попали в его сети, служили и помогали творить зло. Но если Воин решит карать, то я буду умолять его о прощении. Каждый заслуживает второго шанса. Внемлите мне! Услышьте! Если на вас лежит тяжкий грех за убийства, если вам приказывали проводить эксперименты на детях и создавать омерзительных монстров, то дайте мне шанс вас спасти. Придите ко мне и раскайтесь. Отныне мы — боги. Я несу в себе воплощение Девы. Но также мы люди, мы сможем вас понять и простить…
Игра в злого и доброго полицейского продолжалась еще десяток минут. Там, где Ричард строжился, Лина его смягчала серебристыми перезвонами. Люди, в час страха, нуждаются как в сильной руке, так и в любящем сердце. Рассказав заранее согласованную байку о заговоре корпораций и злющих искинах, они перешли к ближайшим планам, пообещав восстановить за свой счет все разрушенные дома и потерянное имущество. Ну а закончили тем, что дали слово, что отныне станут карающим мечом для зла и надежным щитом для всех честных людей. Не правителями и надсмотрщиками, а защитниками и радетелями.