"Фантастика 2025-21". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
— Карета подана! Какой нам нужен этаж? Сольчик-красавчик, есть идеи? — звонко спросила она у следовавшего за ними по пятам рассеянного альва.
— Представитель Тиан скорее всего в своей мастерской, на шестом. Но камеры там не работают, почему-то, так что я не уверен, — пропел ушастый в ответ, чуточку покраснев от полученного комплимента.
Скоростной лифт быстро вознес троицу к нужному месту. Охраны у дверей мастерской не оказалось, вероятно, живые стражи давно уже смылись в поисках наслаждений, а все синтетики погибли внизу. Громко постучав, Лина пожала плечами и толкнула выполненные из редких пород плимутского дерева створки и зашла внутрь.
Стоящий на коленях творец с немым восхищением наблюдал за произведением. В его глазах оно воплощало всё: чувственный восторг и жгучую страсть, страдание и поиски утешения. Это был его Магнум Опус, величайший шедевр из тех, что создавал гениальный художник, но раньше он писал лишь красками на холсте, а сейчас решил применить другой материал и не прогадал.
Едва окинув высокую скульптуру, слепленную из живой, ещё подрагивающей и агонизирующей плоти, Лина быстро отвела взгляд и помрачнела. На многих фрагментах изуродованных и сшитых вместе человеческих тел она заметила рабские метки. В воздухе стоял смрад крови, выпущенных кишок и бессмысленной боли. Гротескная фигура смотрела десятками глаз, а застывшие лица словно о чём-то молили и обещали. Но страшнее всего было то, что на миг Искательница подумала, что это… Прекрасно.
— Похоже, прислуга частично вся здесь, — попыталась она пошутить.
Белого от ужаса Сола вырвало. Ричард помог ему выйти наружу и приблизился к восхищённо рассматривающему творение своих рук Тиану Зууле. Пребывая в полной прострации, он покачивался на месте в коленопреклонной позе и немигающим, пустым взглядом незряче смотрел в никуда. Глаза он себе выколол, чтобы навеки запечатлеть в своём разуме недостижимую Красоту.
— Господин Представитель? Мы можем обсудить события в городе. Я капитан Ордена, — без особой надежды на успех, громко обратился Генар к безумцу, а затем потряс его за плечо, разумеется, безрезультатно.
Сделав пару шагов назад, Ричард кивнул на художника и приказал своей спутнице:
— Сломай ему пару пальцев, чтобы привести в чувства.
— Нафига? Есть надёжный способ получить информацию. Быстрее и проще, он же напрочь невменеханький. — холодно улыбнувшись, предложила Искательница.
— Ладно, приступай. Понаблюдаю как ты это делаешь. Только постарайся не поехать кукухой, по крайней мере, ещё быстрее и дальше, — ненадолго задумавшись, согласился капитан.
— Ну уж нет, пожалуйста выйди. Не хочу, чтобы ты видел, как я трахаю мозг другим мужикам, — попросила блондинка.
Ричард встретился с ней взглядом, заметил в синих глазах стыд, кивнул и направился к выходу:
— Как закончишь, уничтожь эту мерзость. Ей не место в «Городе счастья».
Глава 15
«Допрос» представителя Зууле не занял у неё много времени. Убивать художника она не собиралась, поэтому старалась действовать максимально мягко. Он ещё мог им пригодиться, разумеется, если получится его привести в чувства. Последние одиннадцать дней памяти она бегло просмотрела и сразу же стерла, затем направилась к долговременной памяти. То, как поехавший творец создавал свой «шедевр», было слишком даже для её холодной и прочной психики. Закончив спустя всего пять минут, Лина выпрямилась и несколькими выстрелами «Лазури» упокоила несчастных, слепленных воедино безумцем. Каждый раз спуская курок, Искательница всей своей сутью ощущала абсолютную «правильность» данного действия. Этого «произведения искусства» не должно было существовать, как и принципов, благодаря которым оно было создано.
Наложив Тиану на глаза повязку и убедившись, что его сердце бьётся, девушка вышла наружу к ожидающим её спутникам. Солард был все ещё бледен, альва заметно трясло, а ушки мелко подрагивали. Это было настолько забавно, что она едва не засмеялась, лишь усилием воли подавив чертову вспышку веселья. Ричард звонко хлопнул в ладоши, привлекая рассеянное внимание подчиненной:
— Ну, что удалось узнать? Излагай.
— Представитель Зууле стал жертвой вспышки безумия. У него и так с головой были небольшие проблемы, понятное дело — натура творческая, экспрессивная. А под влиянием аномалии крыша протекла окончательно, последствия вы видели. Причина возникновения аномалии ему была известна… — каблуком сапога запахнув дверь у себя за спиной, Лина широко развела руки и склонилась перед блондином в полупоклоне.
— Дай угадаю, незадолго до инцидента они приняли важный груз, поступивший из Вайрна или Берандара? — прищурился Генар и сложил руки на груди. Мизинец на левой руке заметно опух и болел, позволяя сохранять подобие трезвости ума.
— Мьсе капитан! Вы невероятно прозорливы. Как догадался, колись. — Искательница приблизилась к парню и взяла его за кисть, оглядела травму и недовольно покачала головой, — Рич, есть много способов почувствовать боль, не калеча себя. Хочешь расскажу, каким был мой первый раз с Гермесом?"
— Нет. Лучше возвращайся к проблеме и сократи лишний треп, — грубо освободившись, солнцеволосый скривился и отвел взгляд. То что ему опять хотелось Лину прибить, было хорошим знаком.
— Груз пришел из Берандара за четыре дня до катастрофы. Это было новое аналитическое ядро для запуска серверов сверхпопулярной ролевой игры в дополненной реальности. Старт проекта прошел без проблем, самые суровые из местных геймеров принялись бороться за лавры первого победителя. Разработчиками ему обещали возможность воплотить любое желание в виртуальной части игры, — девушка подошла к окну и бросила взгляд на окутанный яркими неоновыми огнями вечереющий город.
— Мне уже не нравится, куда всё идет. Искин ядра, наверняка, интерпретировал это очень по-своему, — нахмурившись, Рич приблизился и встал позади, глядя вниз через её плечо.
— Ну, нет. Сделал всё, честь-по чести, о чем и просили. Парень, одержавший победу, оказался альтруистом весьма радикальных взглядов. Желание он загадал в порыве эмоций, я полагаю. Всё-таки двое суток без сна в постоянном напряжении. Короче, на церемонии награждения он пожелал, цитирую: «Счастья всем даром и пусть никто не уйдет обиженным!!!» — Лина саркастически рассмеялась.
— Хм, ну да. Счастье — налицо, полные штаны. Да и уходить никто не спешит, — заключив девушку в объятия, Генар вдохнул запах её платиновых волос.
Нить беседы медленно ускользала, становилась неважной. Куда важнее было то, что он испытывал, чего желал. Пальцы сами собой спустились вниз к её груди и сжались. Вспышка боли в мизинце вновь помогла, и капитан поспешил отойти на пару шагов назад. Блондинка разочарованно выдохнула. Даже то, что она сознательно уменьшила выработку эндорфинов, не очень-то помогало. От вспышки страсти её тело дрожало, а ноги подкашивались. Над куполом Зууле разгорался закат, окрашивая полные людей улицы в приятные пастельные тона и навевая романтические мысли.
— Искин не видит разницы между вирт-симуляцией и настоящим, — послышался тихий голос альва. — Помните, я говорил на подлете, что городов много? Это слои наложенные один на другой, словно торт из различных реальностей. Нам нужно с ним разобраться, или этот сладкий сон нас поглотит. Лина, ты знаешь где находится ядро? — подойдя ближе, Сол робко ухватил ее за руку и потряс, пытаясь привести замечтавшуюся девушку в чувства.
— Воздушная платформа между Зууле и Янисом. Там основные сервера конторки, что запустила игру. Если мы их разнесем вместе с искином, то скорее всего влияние исчезнет. Главное не рехнуться, пока мы туда добираться — в бошке анал-карнавал, — с трудом отлипнув от окна, Лина направилась к лифту.
На первом этаже слышались веселые крики и звуки шумной гулянки. Выжившие нашли склад с припасами и подвал с вином, принявшись праздновать. Их мало тревожили разбросанные повсюду тела, их сгребли в угол словно мусор, чтобы не мешали наслаждаться изысканной едой и алкоголем. Успевшие опьянеть люди встретили возвращение Искателей дружными криками и предложениями выпить. Ричард опять хрустнул пальцем, скривился от боли и крепко ухватив блондинку за руку потянул ее за собой. Лучше всего радостному возбуждению среди их троицы сопротивлялся Солард. Тихий и молчаливый, он смотрелся лишнем на этом празднике жизни, предпочитая оставаться безмолвным наблюдателем. Но даже альву становилось все сложнее сопротивляться подавленным и почти забытым за века желаниям.