В лабиринтах лжи
Мы ненадолго замолчали. Вскоре Лили глубоко вздохнула, признаваясь в своем проигрыше:
– Ты права, я плохая мать. Но, в отличие от некоторых, играю по-честному.
С недоумением взглянула на нее, скрестив руки на груди.
– Я не смогла сделать тебя счастливой и стать матерью, зато вернула к жизни. Считай, подарила шанс.
– Шанс на что? – укоризненно посмотрела я на Лили.
– Шанс увидеть свою дочь. Живую.
После этого ответа сердце забилось чаще, а руки бросило в дрожь. Заметив мою растерянность, бессмертная победно усмехнулась. Она знала мои слабости, ведь изучила их в старых записях и дневниках, прежде чем пробудить и заключить сделку.
– Мужа, от которого ты убежала когда-то в той жизни, – продолжала давить она. – Брата, друзей.
От ее слов у меня сжалось сердце, но лишь гордость, дьявольская гордость помешала вырваться наружу слезам.
Не в силах контролировать себя, быстро оказавшись рядом, я схватила ее за шею. Той это лишь доставило удовольствие.
– Не смей о них говорить ни сейчас, ни потом. Никогда.
«Убей ее».
Лили звонко рассмеялась.
– Кстати, это правда, что ты собираешься убить мою сестру и готовишь переворот? – уже обычным тоном вспомнила я, отпустив ее.
– Откуда тебе известно? – отступила на шаг назад Лилиана, поглаживая шею.
– И правда ли, что развиваешь свой бизнес за счет моей крови и невинных людей, которых твои наемники убивают? Тех, у кого были проблемы и за кем следил Совет, ты подобрала и платишь им кровью и деньгами? Насколько я знаю, это противозаконно, а за слухи и подстрекание народа против правителя и вовсе казнят. Лилиана, вы понимаете, что соблазнили смерть этим способом?
Бессмертная впала в ступор, не зная, как реагировать и что ответить.
– Я точно помню, что такого в нашей сделке не было. – Я наблюдала, как Сойлер растерянно избегала моего взгляда. – Что еще ты скрываешь от меня, Лилиана? – Сделала шаг вперед. – Зачем я и мои сестры тебе на самом деле? Хочешь и меня настроить против короля? Сразу скажу, что не поведусь на такое. Проблем у меня и так достаточно, а особенно сейчас, когда я узнала о твоей лжи.
Та отвернулась к камину. Видимо, поняла, что уже поздно врать.
– Отвечай, пока я могу побыть твоей любимой Ками, не применяя методы жестокой королевы, – выговаривала жестко каждое слово. – Мне самой не хочется снова ею стать, уж поверь.
– Хочешь знать, почему я на самом деле пробудила тебя? – наконец развернулась ко мне Лили с пылающим гневом в ледяных глазах.
– Я хочу знать все.
– Всю жизнь я искала ответ на вопрос, кто убил моего мужа и кто развязал Холодную войну. – Повисла короткая пауза. – Также мне не давал покоя еще один вопрос: откуда и как появились вы, сестры бессмертия и вечности, королевы лабиринтов?
– То есть бессмертные твари, ты хочешь сказать?
– Да, вампиры, – сухо кивнула Лили. – На сотни лет мне пришлось погрузиться в историю, чтобы найти ответы. Я интересовалась у короля, что же случилось в ту кровавую ночь, когда прогремел гром, а затем поле, где гремела битва, окутала тьма? Но бессмертный молчал, притворяясь, будто не услышал мой вопрос.
– Он не знает, что произошло тогда, – улыбнулась я. – Его не было там.
– Позже я поняла это. Решила бросить искать ответ, занявшись другим вопросом: кто убил моего мужа. – Женщина помолчала, будто думала: продолжать или нет. – И знаешь, какую страшную тайну мне пришлось раскрыть?
Я изобразила заинтересованность.
– Николай – предатель, – с горечью усмехнулась Сойлер и направилась к дивану. – Я знаю, что мой муж любил устраивать драмы и играть в карты, но ввязываться в политику и настраивать два королевства друг против друга – не верю в это. Да, алкоголь Ник любил тоже, не отрицаю, но последние годы жизни изменили его настолько, что я не могла понять, что с ним происходит и почему страсть к азартным играм сильно возросла.
– К сожалению, это правда, – подтвердила я, хотя самой было неприятно вспоминать ту историю. – Я ненавидела быть принцессой, – призналась, взглянув на Лили. – Хотела стать рыцарем или простой крестьянкой, но судьба распорядилась иначе. Ревность, жадность и борьба за власть – вот истинное зло, уничтожающее человечество.
– Соглашусь с тобой, но я одного не пойму: зачем Александр убил моего мужа?
– Он не убивал его. Я не знаю подробностей той ночи, но Александр не мог тогда отдать приказ кого-то убить, потому что не был полноценным королем. Его коронация состоялась через три дня после убийства.
– Я не верю ни тебе, ни кому-либо из династии твоего дружка.
– Ну и не надо, – скривилась я. – И все-таки зачем ты нас пробудила? – вернулась я к главному вопросу.
– Чтобы узнать правду, – ответила Лили, но я знала, что ответ неверен.
Мое терпение на исходе. Продолжать дальше бессмысленный диалог не хотелось, поэтому в следующую секунду, оказавшись на диване, я вцепилась, словно зверь, в место, где билось сердце Лилианы.
– Ты же знаешь, со мной не шутят, – напомнила я, заглядывая в ледяные глаза. – Какая бы красивая ложь ни была, королеву не обмануть.
– Почему ты называешь себя королевой, когда на самом деле не являешься ею?
– Ты хочешь заглянуть в мои настоящие глаза? Хочешь увидеть истинную сущность, которая прячется за маской? – спросила я, добавив угрозу и сталь в голос. – Поверь, мне не нужна корона для этого. Не все короли носят корону, и не все вампиры пьют кровь.
Лили охватил страх, но она не показывала его. Бессмертная не теряла своей гордости, хоть и выглядела серой мышкой, которую поймали в мышеловку.
– Я много кого видела в своей жизни, так что не страшен мне даже дьявол, а теперь отпусти, – приказала Сойлер, с ненавистью буравя меня взглядом.
– Отпущу, когда ответишь на вопросы.
Между нами снова дуэль. Мы медленно убивали взглядами друг друга.
«Убей ты уже ее и освободи меня!»
Голос продолжал просить освобождения, но я не обращала внимания на него. Все, чего жаждала, – заставить Лили сказать правду.
– Зачем ты пробудила нас? – повторила я, не используя внушение. Хотелось обойтись без этих методов.
– Я захотела отомстить, – сдалась Лили, поразив своим ответом. – Когда убили моих мужа и дочь, мной завладели месть и жажда убийств. Я хотела уничтожить всех, кто был причастен к убийству и пожару. Хотела постепенно забирать все самое ценное и дорогое у тех, кто забрал у меня семью. И начала я с династии Алексея Романова, самого главного в совете короля Владимира, а далее подобралась и к нему самому. Кстати говоря, на тот момент я и с твоим отцом познакомилась.
Мое сердце сжалось, когда я услышала про отца.
– Не говори и не произноси его имя, – процедила я.
– Ты ненавидишь своего отца за то, что он…
– Хватит! – крикнула я.
– На твоем месте стоит задуматься о причинах произошедшего, – философствовала Лилиана, пробуждая во мне еще больше отвращение и гнев на отца, которого после смерти матери я ненавидела за все, что он сделал со мной и сестрами.
– Хорошо, тогда какие причины у тебя ненавидеть всех и плести ложь? – перевела тему. – Да, твоего мужа убили, но ведь не просто так. Я давно не видела короля, но знаю его характер с детства: он не способен убивать всех просто так.
– Твой муж…
– Он не мой, – перебила я.
– Да какая разница, ведь у тебя есть дочь от него, – кисло ответила бессмертная. – Вся твоя семейка уничтожила наше королевство. Из-за тебя начался хаос и многие превратились в чудовищ. – Лилиана замолчала, но ее ненависть не угасала. – Знаешь, что происходило, когда ты подстроила свою смерть и создала лабиринт? Все погрузилось во тьму и хаос. Бесконечные убийства и войны за трон. Твой король долго прятался в тени, пока я сама не пришла к нему и не уговорила взять себя в руки. Да, я ненавидела его и не могла простить за смерть мужа, но понимала, что без него страна падет. Он сопротивлялся, но в конце концов осознал, что деваться некуда. Нужно восстановить справедливость и порядок. Спустя несколько лет он создал Совет и новую иерархию. – Я ослабила хватку, продолжая внимательно слушать. – Подписал закон, согласно которому никто из проклятых бессмертных не должен пить кровь людей и трогать их. Шли годы, века. Вскоре все перестали подчиняться закону, прекратили следовать правилам. Знаешь почему? – В ледяных глазах бессмертной загорелся огонь ярости и ненависти. – Потому что король слаб. Он не справлялся со своими обязанностями и терял контроль, не слушал никого, не подпускал тех, кто хочет помочь. А только и делал, что убивал и исключал из Совета. Когда я предложила ему помощь, король высмеял меня и послал.