Шёпот яда (ЛП)

Последней жертвой был голубь. Она чувствовала биение его сердца своими влажными красными пальцами. Она начала разрезать, а затем Чазар сказал:
- Миледи!
Она не знала, что он подошел к ней сзади. Его голос поразил ее, и она не смогла нанести один смертельный удар. Раненый, но не убитый голубь вздрогнул.
Она почувствовала изменение в отношении парящих духов, внезапное сомнение в том, что она достаточно сильна и умна, чтобы управлять ими. Джесри произнесла слова силы и сделала второй удар. Голубь перестал сопротивляться. На мгновение показалось, что кровь вот-вот упадет на землю, но затем закружилась вверх, как и кровь предыдущих жертв.
Джесри вздохнула и на мгновение закрыла глаза. Затем она произнесла заключительное заклинание и сделала рубящее движение своим посохом, чтобы безопасно завершить ритуал. Она почувствовала, как остаточная энергия утекает в землю, а ветры со свистом уносились прочь, от чего одежда колдуньи хлопала и шуршала.
Чазар был драконом, монархом и нанимателем Братства. Каждая причина по отдельности была достаточно веска, чтобы не показывать ему своё раздражение его вторжением. Тем не менее, когда она обернулась, ей пришлось изо всех сил постараться, чтобы оно не проявилось в выражении ее лица. Ей еще предстоит узнать, был ли он магом, или его магические способности были врожденными. Но в любом случае, он определенно достаточно знал о магии, чтобы понять, что глупо беспокоить фокусника во время ритуала.
Но когда она увидела раскаяние и тревогу на его красивом лице, то это уменьшило ее раздражение. 
- Мне очень жаль, - сказал он. - Я не знал, что вы все еще работаете. Я все испортил?
- Нет, Ваше Величество. - Сказала она. Хотя теперь связь, вероятно, была не такой сильным, как могла бы быть.
- Хорошо. Пойдемте со мной.
От чтения стольких заклинаний у неё болело горло, а от долго стояния на месте - тело. Тем не менее, даже в тот момент, когда она предпочла бы плюхнуться на землю и выпить эля, было лестно, что он желал ее компании. Ради него она натянула на лицо искреннюю улыбка и, посохом разорвав круг, нарисованный на земле вокруг неё, шагнула к Чазару.
Они прошли через ночной лагерь с редкими кострами, которых было так мало из-за того, что Аот не хотел, чтобы враги могли подсчитать примерную численность его армию по точкам света в ночи. Чессентские солдаты и наёмники одинаково приветствовали проходящего мимо Героя Войны. Чазар салютовал в ответ, но с заметной небрежностью.
Какое-то время Джесри думала - не собирается ли он просто бродить в тишине. Затем дракон сказал: 
- Силы врага сильнее, чем ожидалось.
- Я знаю. - Ответила она. К вечеру все знали, что видели Гаэдинн и Оракс.
- Хасос советует вернуться в Сулабакс.
Она сказала то, что, как она думала, сказал бы Аот, если бы он услышал это предложение: 
- Ваши войска прорвали осаду города не для того, чтобы просто вернуться за стены и ждать следующей. Нам нужно сразиться с врагом лицом к лицу, чтобы решить проблему Трескеля раз и навсегда. Вы ведь этого хотите, не так ли?
Чазар сдержанно и обеспокоенно улыбнулся. 
- Конечно. Какой правитель, какой бог, может допустить, чтобы часть его владений бросала вызов его власти? Просто... Вы понимаете, почему я не хотел, чтобы эта несчастная маленькая ведьма вызывала мертвых?
Джесри заколебалась. 
- Не совсем, Ваше Величество.
- Мертвые - темные создания. И именно здесь, в этом самом месте, эти темные твари удерживали и мучили меня, пока я чуть не потерял рассудок. Могу ли я доверять некроманту, черпающему силу из тьмы? Или тэйскому магу? Там все некроманты, не так ли? А если учесть, что этот человек осквернил мой храм...
- Ваше Величество, я прошу вас вспомнить, что, как и остальные маги Чессенты, Мералейн всем обязана вам. Аот, будучи изгнанным своим народом, не раз сражался с некромантами. Более того – он просто наёмник, которого вы нанимаете за золото. Нет никаких сомнений в том, что все они верны вам.
- Полагаю, вы правы, - некоторое напряжение исчезло с его лица. – мне повезло, что ты мой ловак.
 
Она могла сказать, что это был какой-то комплимент, и это ей понравилось. Тем не менее, ей пришлось признать:
- Я не знаю этого слова, Ваше Величество.
Он заколебался, а потом сказал: 
- Это старое драконье слово. Оно означает – верный друг и доверенный короля.
 * * * * *
Противник заметил нескольких всадников на грифонах. Значит, армия Чазара не выдала свой секрет, придерживая некоторых наёмников в воздухе. Аот решил быть среди них, чтобы получать наилучшее представление обо всем, что происходило.
Отряд-приманка стоял на вершине холма, за земляными валами. Боевой маг хотел, чтобы Кхорин был здесь, чтобы командовать ими. Он пытался утешить всех заверениями, что Хасос, хоть и пытался избежать боя при любом возможном случае, при столкновении с противником отлично показывал себя.
Аоту потребовалось столетие, чтобы привыкнуть к своим пылающим глазам. Тем не менее, на мгновение его смутил вид дубов, вязов и армии, скрытой иллюзиями. Ему пришлось напомнить себе, что трескельцы не могут их видеть.
По крайней мере, это вроде бы было так. К сожалению, у драконов были острые чувства. Но, если Тимора улыбнется им, рептилиям будет чем заняться.
Все три вражеских дракона, два красных и зеленый, были в воздухе вместе с другими летающими существами. Они направлялись к вершине холма. Аот направился к змеям, намеревающимся начать битву, обрушив на отряд-приманку пламя и ядовитые пары, на себя.
- Мои чувства задеты. - Сказал Джет.
- Не волнуйся, - ответил Аот. – Сейчас мы дадим им повод обратить на нас внимание.
Хотя ему не хватало той связи, которая была у Джесри с духами ветра, он был достаточно опытным магом, чтобы почувствовать их присутствие, когда летел на грифоне. Вражеские драконы и крылатые дрейки барахтались и дергались, когда порывы ветра толкали их то в одну, то в другую сторону, разрезая воздух крыльями.
Аот поднял рог и прогудел в него три ноты. Несомненно, поле битвы уже было поглощено ударами стали о сталь, лязганьем челюстей трескельских ящеров, всадников и пехоты - смеси людей, орков и кобольдов, дерущихся в тени своих летающих союзников. Но его люди всегда слышали его приказы, и он был уверен, что будет услышан и сейчас.
Это и произошло. Еще больше всадников на грифонах выскочило из рощ, а затем, вдали от ветвей, которые могли бы воспрепятствовать их взлету, устремились в небо. Тем временем с деревьев и из-за земляных валов посыпались стрелы. Воины и монстры трескельцев начали падать.
Аот ухмыльнулся. Джет, с помощью ментальной связи поняв, что хочет его хозяин, устремился к ближайшему красному дракону. Поскольку духи воздуха не препятствовали ему, он мог лететь  так же стремительно, как и всегда.
И это хорошо. Аот решил, что, как и его товарищи, красный дракон был относительно молод. Но он все еще был способен сжечь Джета прямо в полете или искромсать его клыками и когтями.
Наёмник произнес слова силы и нацелил свое копье, высвободив часть сдерживающейся внутри него энергии, чтобы увеличить силу заклинания. Серебристая струя холода вырвалась из острия оружия и залила морду дракона.
Он взревел, вывернул шею и извергнул огонь. Но, возможно, турбулентность вокруг него не позволила ему прицелиться, потому что Джету даже не пришлось уклоняться.
Как только они пролетели мимо, Аот бросил огненный шар и взорвал двух дрейков в воздухе. Когда Джет повернулся, чтобы еще раз зайти на красного дракона, у Аота появилось время, чтобы посмотреть на то, как шли дела у остальных.
 
Соратники Аота на грифонах выпускали в крылатых рептилий стрелу за стрелой. Часто, несмотря на все свое мастерство, они промахивались, поскольку мало что было труднее, чем поразить летящую цель, сидя на спине у летящего грифона. Иногда, какой-нибудь неспокойный дух ветра, летающий поблизости от цели, заставлял посланные снаряды разлетаться в стороны. Но Аот подсчитал, что одна стрела из пяти попадает и поражает цель. Если повезет, этого будет достаточно.