Мой любимый (не) медведь (+ Бонус) (СИ)

— Господь с вами, я ваших голых ног не видел, просто, возможно, он принял ваш пушок за шерсть.
— А давайте я принесу шерсть, тьфу торт! — неудачно вмешалась я.
— А давайте, — поддержал меня папа.
Пока шла за тортом, молилась, чтобы не было драки. Но как ни странно, когда вернулась, за столом была дружелюбная атмосфера.
***
Ковшик, блин. Какое-то невезение, ей Богу. Скорее бы на настоящий отдых, уж там-то должно быть все в норме. Залезаю в ванную и начинаю разводить воду, пипец, блин, двадцать первый век.
— Алина, — стук в дверь. — Открой. Мне срочно надо.
— Потапов, туалет слева.
— А мне ковшик нужен на минуту. Давай открывай, — нехотя вылезаю из ванны и открываю дверь.
— Ты уже голенькая, отлично.
— Ты чего?
— Чего-чего, сексом будем заниматься.
— Даже не думай, подождешь пару дней.
— А мне приперло сейчас, давай живо в ванну.
— У меня еще от сена все болит.
— А мы стоя, Алинка сенофилка, — Потапов снимает с себя одежду в считанные секунды. — Давай живее, а то маман может проснуться, хотя я ей в чай подлил отвар из еловых шишек.
— Саша!
— Алина! Убери на хрен этот ковшик и тазик. Не ванна, а корыто какое-то.
— Я вообще-то мыться собралась, а не трахаться.
— Я тебя предупреждал?
— Да, господин.
— Рановато для ролевых игр.
— А я представила, как буду омывать тебя из ковшика после плотских утех.
— О, Боги, закрой рот.
Саша сам закрывает мне рот поцелуем и прижимает к холодному кафелю. На секунду отрывается, поднимает меня, и я обхватываю своего медведя ногами.
— Алина, вы там вдвоем?
— Вот же неугомонная женщина, — шепотом произносит Потапов. — Да, мы тут вдвоем, Мария Александровна.
— А что вы делаете? — у бедного Потапова уже, кажется, вены вылезли от злости.
— Ванну моем, она у вас грязная оказалась.
— Я вчера мыла, чистая была.
— Плохо моете, мама.
— Не забудьте экономить воду. Выключили, намылили ванну, включили. Ладно, давайте быстрее, мне кое-что обсудить с вами нужно.
— Вот же ж, все испортила! Не так уж она и внуков хочет, — Саша ставит меня на пол.
— А мы прям внуков собрались ей делать?
— Ну пока не внуков, надо, чтобы у тебя там было все готово к детям. Сначала к члену нужно привыкать.
— Потапов, ты знаешь размер младенца? Так вот, не льсти себе, к ребенку он готовит меня, тогда у тебя вместо члена должен быть реальный хобот.
— Знаешь, ты любого мужика от секса отвадишь.
— Что-то незаметно, твой хобот в меня тычет.
— Не льсти себе, это он на ковшик с водой встал. А теперь закрой рот и давай мыться с помощью этого прекрасного ковшика.
Помылись без происшествий, разве что заплескали всю ванную. Мама нам постелила в гостиной на диване, и принялась читать нотацию про свадьбу. Наверное, в этот момент мы с Потаповым мыслили одинаково, нам скорее хотелось отсюда свалить. Да, грубо, но в какой-то момент надо признаться самой себе, что родственники — это хорошо, но вдали от них лучше. Смотрю на бедного Веньку и уже становится жаль белого мишку. Хотя, с другой стороны, мама хоть и своеобразная мадам, но животных не обидит, так или иначе примет. После часовой маминой нотации мы все же легли спать, хотя Потаповские флюиды злости не давали мне сомкнуть глаз.
Следующий день прошел быстро и все же, оставив своих четвероногих детей, вечером мы отправились с Сашей домой, а через два дня начался наш персональный рай.
***
Ровно девять дней мы деградируем, точнее отдыхаем в своем маленьком раю. Каждый день проходит в одном и том же режиме: наедаемся как свиньи, греем свои бока на солнышке и купаемся в море. Вот из него мы вообще, кажется, не выходим. Ах да, забыла, каждодневный трехразовый трахомарафон, иначе это назвать не получается. Иногда мне казалось, что Потапов реально уже кого-то там делает, только загвоздка в том, что мы оба знали, что я еще на таблетках. Ну и ладно, хочется человеку посекситься на жизнь вперед, да и пожалуйста. Удивительно, но с Сашей мы не сорились совсем, мне порой хотелось, да повода не было. Через несколько часов у нас самолет и от этого грустно, начнутся трудовые будни, а к хорошей беззаботной жизни привыкаешь очень быстро.
  
— Алин, тебе что принести? Виноград будешь?
— Все что угодно, только не виноград. Давай что-нибудь экзотическое, что мы не пробовали.
— Окей.
Знала бы я тогда, что этот экзотический фрукт сначала угробит меня, а потом спасет…
Черт, вроде бизнес-класс, а немытых храпунов хватает и тут. Неужели не помыться, когда у тебя есть деньги на билет в бизнес- класс? Вот Потапову хоть бы хны, он и так себе сладко спит, а мне воняет и все тут! Терпеть не могу посещать туалет в самолетах, ну тут сам Бог велел освежиться. Прохожу мимо храпуна- вонючки и направляюсь в туалет. Благо, дверь оказалась открытой, ибо у меня с этим проблемы, так и не научилась понимать эту картинку, как открывать дверь. Сделала свои мокрые дела и решила-таки освежиться.
Чертов кран, как и дверь, видимо, сделаны в одной стране, никак не захотел мне поддаваться, кое-как все же включила, сама не поняла как. Стою, красавишна, обмываю лицо и шею водой. А вообще-то я и вправду стала красивой, и загар мне к лицу, и лицо стало выразительнее. Красота, одним словом. Вот только в раковине оказалось не совсем красота. Воды набралось уже полраковины и сволочь сливается по ходу мелкой струйкой, выключаю кран, а никак! Я его и так и этак, а вот фигушки. Начала уже конкретно паниковать, когда случайно оторвала верх крана.
— Твою мать!
Черт, в таких ситуациях я становлюсь реально дурой, и никакая извилина не работает. Кое-как вставляю штуку от крана обратно и в панике пытаюсь открыть дверь. И как в худшем кино, у меня это не получается. Что я там говорила, красивой я стала? Сейчас я вряд ли на нее похожа. Глаза на выкате, морда красная, черт, я еще и в замкнутом малюсеньком помещении.
Это что получается, сейчас меня здесь затопит, а потом и самолет? Нет, вода течет медленно, еще даже не вытекает из раковины, лететь нам еще три часа, она просто не успеет так быстро набежать. Но вот на первую полосу в новостях я попаду точно. Так и вижу эти интернетовские заголовки «Женщина, застрявшая в туалете, затопила туалет самолета. К сожалению, от испытываемого позора ее не удалось спасти. У скончавшейся остался белый пес, голый кот и медведь».
Когда я уже мысленно представила эту картину, кран выключился. Сам, сука! Ой, какое я испытала облегчение, это даже лучше, чем феерия звуков на даче. Как камень с души упал, ей Богу. Когда поток паники прошел, я все же собрала волю в кулак и попыталась открыть дверь, как нарисовано на картинке. И кто-то все-таки на верху мне помог, ибо дверь мне-таки поддалась. Кажется, такой счастливой из туалета я не выходила никогда. Плюхаюсь на сиденье рядом с Потаповым. Смотрю на своего медведя и понимаю, что далеко мне от него отходить нельзя. С появлением Саши в моей жизни появилось то самое, женское счастье, но и проблемной я стала донельзя.
***
Прошло всего пять дней после отпуска, а Алину как подменили. Иногда мне хотелось ее придушить, но проблема в том, что дома ее почти не было. Появлялась моя невестушка ближе к вечеру. Конечно, можно было подумать, что у дендрофилки кто-то появился, но дело в том, что она действительно была только на работе. Мой охранник бдил ее по часам. А больше всего меня бесило то, что как только она появлялась дома, эта маленькая сучка меня тупо избегала. Кажется, у меня начался нервный тик. Девять вечера, моя красавица вышла из ванной и начинается мазать свое лицо какой-то хренью. А закуталась опять, блин, как будто в Антарктиду собралась. Какая-то уродская бабкина пижама, даже Венц на нее подозрительно косится.
— Алин, может, ты снимешь это уродство, и мы наконец займемся сексом?
— Мне нравится эта пижама и я не в настроении, прости.
— А когда будешь в настроении?
— Саш, отстань, а? Я много работаю и хочу спать, — закутанное чудо ложится в кровать и выключает ночник.