Мой любимый (не) медведь (+ Бонус) (СИ)

— Прошлое делает нас теми, кто мы есть.
— Не умничай.
— Я не умничаю, но это значит, что ты мне не доверяешь.
— Это значит только то, что мне неприятно это вспоминать и то, что берегу твои нервы и не только твои. К чему это все?
— То есть, если ты узнаешь, что умираешь, ты тоже мне этого не скажешь, потому что бережешь мои нервы? Так нельзя, Саша!
— Не утрируй!
— Не буду.
— Ты что плачешь, что ли?
— Нет, я же гинекологическое бревно, мне чужды человеческие эмоции. Саш, а что с собачкой в итоге было? Умерла?
— Умерла, — и все, меня прорывает, черт, слезы, как из ведра льются, не остановить. — Алин, я же не договорил, иди сюда.
Саша пересаживает меня к себе на колени.
— Выжила моя Гретка. Две недели в ветеринарке пролежала. Пятнадцать лет в итоге прожила. Еще трех щенков родила, там уже и правнуки щенки родились. Алин, ну хватит реветь, ты чего?
— Оно само как-то, животных всегда жалко.
— Это точно.
— Ой, у меня сопля капнула на твою майку.
— Ну главное, что в рот не попала.
— Дурачок!
— Да ладно, а кто про сопли вспомнил?
— Ну прости, это физиология. Полость носа сообщается с полостью глаза посредством носослезного канала, оттуда слезы поступают в полость носа, вот и на твоей майке эффект соплей, но это все те же слезы, а не какие-нибудь желто-зеленые…
— Молчать! Я всерьез задумываюсь, что пропустил что-то в твоей биографии, и ты реально сидела в психушке.
— Только, если ты был в отделении напротив. Сегодня я больше не буду говорить ни о какой физиологии.
— Кстати, о физиологии, ты не беременна случайно?
— С чего бы это. Я таблетки пью и как некоторые дуры ничего не забываю, и все делаю вовремя.
— Ясно. Ты просто никогда не была таким нытиком.
— Но мне и не каждый день рассказывают такие истории.
— Ладно, вообще я был бы не против, если бы ты мне сына родила.
— А ты так хочешь детей?
— Не фанатик, конечно, но хочу.
— Слишком быстро, Саша.
— Да, тут я с тобой согласен. Я, кстати, все взял для тебя и таблетки, и белье, и одежду твою, и даже платье, которое ты купила. Правда, думаю, как раз оно нам не пригодится, а вот купальники все захватил. Мы недельку здесь отдохнем, во вторник вернешься на работу. Не бойся, я все разрулил.
— Но мы же хотели через две недели в отпуск на море?
— В конце августа поедем, сначала к бабушке на недельку, а потом на море. Я бы тебе лучше больничный оформил, но ты тут явно загоришь, будет как-то нехорошо. Пойдем завтракать, а потом на озеро. Здесь пять минут спуститься и уже золотой пляж.
— Классно! Поцелуй меня, Потапов.
Обхватываю Сашины плечи руками и сама тяну на себя. Разговоры разговорами, а я соскучилась, и дело совсем не в сексе, к хорошему просто быстро привыкаешь. Да что там, я даже соскучилась по Потаповскому храпу. Саша целует меня и мне хорошо, вот так, как надо, только в какой-то момент я понимаю, что что-то не так. Отстраняюсь от него и заглядываю ему в глаза.
— Ты что курил?
— Прости, считай уже бросил, только не надо мне читать лекцию о вреде курения.
— Я и не собиралась, просто это как-то странно. Ааа… Мой грозный черный мишка так переживал, что закурил?
— Не называй меня так.
— Не буду. Саша, а как звали твою невестушку? Не Маша ли случайно?
— Она самая.
— Ясно. Не смей меня больше называть Машуней.
— Как представилась, так и называю.
— Саш, а ты ее любил? Только честно, я не обижусь.
— Не любил, ни до армии, ни после.
— А почему невестушка? Вы жениться собирались?
— Нет. Просто она сама себя называла «твоя невеста». После школы начали встречаться, она тогда королевишной нашей деревни была. Дурак был, что взять с семнадцатилетнего сопляка, тогда еще надо было догадаться, что она обыкновенная шалава, но извилин было мало.
— Понятно. Саш, а ты сразу уехал, ну после того случая?
— Нет. Два года еще там был, потом, как только смог уехал.
— А помнишь ты сказал, что помог Мише и он дал тебе денег, это сразу, после того как ты сюда приехал?
— Нет. Сначала приличное время скитался, потом нужного дядьку встретил, работал на него, узнавал, так сказать, подноготную клубного бизнеса, только потом случайно Озерова встретил, вот на его деньги свое дело и открыл.
  
— И все получилось?
— Нелегко, но получилось. Кстати, тот самый кокосник — сын мужика, на которого я работал. Он тогда еще был против меня, ну а когда я стал, по сути, их конкурентом, успокоиться все не может. После смерти своего отца он и подавно бесится. Слушай, я есть хочу, пойдем уже завтракать, успеем еще поговорить.
— Пойдем. Чем ты меня будешь кормить?
— Тебе запеченные брокколи со стручковой фасолью, а мне круассаны, ну и другие вкусняшки.
— Только попробуй.
— Это будешь пробовать ты, а я буду есть круассаны.
— Саша!
— Не ной, я пошутил. Так уж и быть дам тебе выпечку.
ГЛАВА 19
Быстро переодеваюсь в джинсовый топ и простые шорты. Как только Саша открывает дверь, мой второй, только уже белый мишка, запрыгивает прямо на меня.
— Я тоже скучала, белячок, — тереблю собаку за ухо, Потапов же недовольно на нас смотрит. — Сашуня, если хочешь я на тебя тоже запрыгну.
— Не стоит. Я на днях МРТ сделал, так там оказалось до хрена грыж. Мне сказали тяжести не поднимать, вот прям вообще.
— Во-первых, Потапов, я похудела на два килограмма, во-вторых, дозированные нагрузки полезны. Ну, а в-третьих, не паховая же грыжа, так что на тебе пахать нужно, да, Венечка? Пойдем, мой хороший, мамуля накормит. Саша, подожди, а где Грызлик?
— Где-то в доме.
— Это ты зря. В последнее время он стал плохо себя вести.
— Как и его хозяйка.
— Ты тоже его хозяин и между прочим это тебе кто-то сейчас дом пометит, а тут я так понимаю не масштабы квартиры.
— Нам.
— Что нам?
— Нам пометят. Дом уже наш, а не мой.
— Это так мило, но давай не загадывать, а то я свой язык не могу контролировать и как оказалось поступки тоже.
— Давай уже помолчим и просто пойдем завтракать.
— Давай.
***
До кухни я не дошла, просто не смогла по пути не оценить обстановку. Дом просто огромный и, мягко говоря, шикарный. Лестница, с ума сойти, да на ней можно полдня просидеть. Всегда облизывалась на такую красоту в кино, так и тянет прямо сейчас присесть на эту прелесть с книгой в руках. Но нет, какая сейчас книга, когда вокруг столько красоты. Спускаемся на первый этаж, и тут я от радости чуть ли не визжу. Гостиная — просто моя мечта. Большие панорамные окна, вся комната в светлых тонах, белые диваны, современный камин и снова шкурка медведя! Но тут все в тему, это просто неописуемая красота. А за окном хвойных лес. Я уже не слышу причитаний Потапова и просто иду куда глаза глядят.
За мини экскурсию я поняла, что в доме как минимум пять жилых комнат, бильярдная и спортивная комната, на остальное меня пока просто не хватило. Видимо в какой-то момент Саша не выдержал и по его хватке я поняла, что он реально начинает злиться. Он просто схватил меня за руку и как маленького нашкодившего ребенка повел на кухню.
— Алин, я рад, что ты в неописуемом восторге, но сейчас мы завтракаем. Ты еще успеешь все осмотреть.
Оказывается, и про еду можно забыть, когда перед тобой открывается дом мечты, а кухня… это просто мечта хозяйки. Это что Потапов так намекает, что мне пора осесть загородом и превратиться в домохозяйку? Ай, ладно, плевать, нужно жить сегодняшним днем, тем более, когда передо мной поставили гору круассанов, омлет и еще какую-то сладкую выпечку.
— Ты сам приготовил выпечку?!
— Конечно, всю ночь тесто слоеное лепил, пока ты дрыхла.
— То-то я думаю оно невкусное. Ладно, ладно, я пошутила, все до неприличия вкусно.
— Договоришься, что я тебе реально язык отрежу, но сначала обколю его так, чтобы ты не умерла от кровопотери, преспокойненько подвезу к больнице и скажу, что так и было.