Колдун не знает (СИ)

Второй и третий присутствовавшие при допросах переводчики сидели в разных концах и всё записывали на деревянных дощечках. Как только я получал ответ на вопрос, они тут же отдавали дощечки и менялись ролями.
— Что за странная система, Лаш?
— Система не странная, а очень правильная. Таким образом мы контролируем, чтобы переводчики не лгали. Если то, что записано на дощечках, слишком сильно разнится, это означает, что кто-то из переводчиков врёт.
— И что тогда?
— Тогда мы допрашиваем переводчиков. Ведь для них уже не нужны новые переводчики! Мы их и без перевода понимаем.
— И часто врут?
— Уже очень давно не врали. На моей памяти был всего один подобный случай, очень давно.
— И что, допрашиваемый переводчик сознался?
— Конечно сознался. И не только сознался, но и рассказал кто его науськал на эту ложь. Выдал всех с потрохами! А потроха вытаскивать мы умеем хорошо, как ты, наверное, заметил.
— Виновных съели?
— Ну что ты. Мы же не варвары какие-то. Мы не поедаем своих. Да у наших и мясо не вкусное. Причиной тому особенности питания на нашем острове, состав воды, оливки не самые лучшие — так что мясо немного горчит да и попахивает, наподобие козлятины.
Тут как раз притащили свежее жаркое на вертеле. Лаш вгрызся в сочный кус и предложил последовать его примеру.
— К сожалению, Лаш, вынужден отказаться. Недавно отравился каким-то зельем, желудок воспринимает только жидкую пищу. Доктор говорит, это как минимум на месяц.
— Жаль-жаль! Упускаешь такое пиршество! Ну ладно, тогда я съем твою порцию. Не возражаешь?
Допрошенные варвары рассказали мне, что они были передовым отрядом, проводившим разведку местности. Те трое, которые обстреляли и ранили Шалуна, были отморозками, сбежавшими с кораблей в поисках приключений. Никто их специально не посылал к Шалуну.
За двумя разведчиками в трех днях пути следовал основной флот — пятьсот кораблей с отборными воинами, числом более пятнадцати тысяч. И ещё я выяснил, что один из допрашиваемых был племянником главного предводителя всех варваров.
Между прочим, я неожиданно открыл, что я понимаю варваров и без помощи переводчиков. Ещё одна покрытая пылью способность лишилась пыли? Может быть…
После окончания допросов трёх варваров привязали по рукам и ногам к отдельно стоящим кривоватым деревьям, которые иногда всё же росли вблизи океана, и принялись таскать к ним связки с дровами.
Подойдя к племяннику предводителя, я активировал свою новую языковую способность и спросил, хочет ли он жить.
— Странный вопрос. Кто же не хочет?
— Я могу помочь тебе. Но я убил твоих людей.
— Наплевать на них. Спаси меня. Про убитых забудем.
— Точно?
— Слово крови вождей. Я — Сатах, племянник Верховного Вождя.
Слову их крови можно было доверять. Варвары ещё не научились нарушать клятвы так же легко, как цивилизованные люди.
Лаш ещё некоторое время позанимался поеданием жаркого, затем смачно рыгнул, вытер жирные пальцы об одежду подавашего кушания слуги и принял весьма торжественный вид.
— Я поражен твоими способностями и хочу сделать тебе подарок, Олел!
— Мои способности весьма скромные. Может быть, я не достоин подарка?
Я почему-то представил, что Лаш подарит мне копченое бедро варвара и решил заранее подготовить путь для отступления.
— Не преуменьшай — я видел как в воздухе одновременно летели десять выпущенных тобой стрел! Никто у нас не стреляет с такой скоростью!
Лаш свистнул, и к нему тут же подбежали слуги. Приняв из их рук объемистый свёрток, Лаш развернул его. Внутри была кольчуга, лук и колчан со стрелами.
— Примерь кольчугу, Олел.
Кольчуга была изумительна. Лёгкая, словно бы сделанная специально по моей фигуре. При этом очень прочная. Кольчуга, выданная мне слугами Шалуна, не шла ни в какое сравнение с ней. Столь же превосходен был и лук. Тугой и лёгкий, иделально лежащий в руке!
— Нравится?
— Ого! Нравится — не то слово. Я прямо влюбился в твой подарок!
— Это оружие и доспехи были изготовлены для повелителя острова Мёртвых Мастеров. Знаешь, почему так называли этот остров?
 
— Я что-то слышал, но я не знал, что это название острова. Да, я слышал, когда говорили про очень хорошее оружие, что оно от мёртвых мастеров. Я думал, речь идёт о конкретных людях.
— Можно сказать и так, Олел! Правитель этого острова был известен тем, что достиг высочайшего качества изготовления оружия и доспехов. Секрет был прост — правитель заказывал себе одновременно и доспехи, и лук со стрелами.
После того, как заказ был выполнен, надевал доспехи на приговоренного смерти, а лук давал лучшему лучнику. Мастера же, изготовившие доспехи и лук со стрелами при этом присутствовали.
Если стрела пробивала доспех, то правитель казнил мастера, изготовившего доспех. Если стрела не пробивала доспех, то казнил мастера, изготовившего лук. О чём ты задумался, Олел?
— Я задумался о том, миловали ли приговоренного к смерти в случае если стрела не пробивала доспех?
— Конечно, Олел. Повелитель был милостив. Почти всегда позволял приговоренному жить дальше — до следующего испытания. Лишь однажды было исключение из этого правила.
— Что за исключение?
— Правитель заказал лук у своего самого любимого мастера, друга своего детства. И так получилось, что лук не смог пробить доспех — тот был слишком совершенен. В бешенстве повелитель вырвал лук у стрелка и выпустил ещё девять стрел в доспех. Девятая стрела пробила защиту и убила приговоренного. Любимый мастер повелителя остался жив и был награждён.
— Но это же несправедливо!
— Да. Но это лишь исключение, подтверждающее правило. Не слишком часто правители столь высоко ценят мастеров — изготовителей луков.
Вот так у меня появились одни из самых лучших во всём архипелаге лук и кольчуга.
— Лаш, я хотел спросить у тебя — на острове есть ещё бойцы?
— Нет, Олел. Наша армия маленькая, но сплоченная. Ты, кстати, закончил допрашивать варваров? Там народ добавки требует. Свежатинка им понравится! Олел! Ты осчастливил меня! Проси ещё чего хочешь!
— Я хотел бы познакомиться со всеми твоими воинами.
— И всего-то? Нет ничего проще!
Лаш дал сигнал. Двадцать четыре каннибала с сожалением прервали трапезу и подошли к нам с Лашем.
— Вот они, мои львы! Мы завоюем эту Вселенную!
— Даааа! — взревели боевые каннибалы Лаша. Морды у некоторых были в запекшейся крови — не все пожранные ими туши прожарились одинаково хорошо, — Лаааш! Лааашш! Мясо! Кровь! Лааш!
Поорав ещё немного, каннибалы успокоились. Привязанные к столбам, допрошенные варвары тоскливо взирали вокруг. Я взял в руки свой старый лук и подарок Лаша.
— Не желает ли кто нибудь из достойных воинов соревноваться со мной в стрельбе?
Воины застыли в нерешительности, но Лаш их подбодрил.
— Давайте, давайте, львы! Покажем как мы умеем! А ведь мы умеем!
Разумеется, никто из них никогда не стрелял из лука. Но желание получить одобрение Лаша было велико, и несколько человек вызвались соревноваться.
— Только, малец, сначала покажи нам, как из этой штуки стреляют.
— Хорошо! Смотрите. Нам нужно выбрать мишень. Путь мишенью будет… Пусть ей будет …
Каннибалы взревели:
— Пусть ей будет глаз вон того варвара! А потом мы его сразу же и зажарим!
— Согласен! Пусть будет так. Я начну первый и покажу, как нужно стрелять.
Отойдя на двадцать шагов, я начал натягивать тетиву, одновременно прицеливаясь. Несчастный варвар закрыл глаза и зарыдал, каннибалы ревели. О бедро тёрся набитый стрелами колчан. Я умел доставать их очень быстро.
В самый последний момент я повернул корпус почти на прямой угол и выбрал совсем другую цель. А потом ещё и ещё и ещё и ещё — я расстреливал стрелу за стрелой с невообразимой скоростью, активировав скрытое умение стрельбы на максимум. Первым рухнул Лаш, а заним вся его армия — один за другим. Удивленные, не понимающие, что происходит, так и отправились к праотцам с широко открытыми ртами.