Невеста для Зверя (СИ)

Так что пускай меня зверем считает, который угрожал родным. Чем правду о них знает, думает об этом постоянно. Теперь я её защищать буду, никому в обиду не дам.
– Пошли, трусишка.
Возле клиники Веры паркуюсь, куда малую перевели. Пакеты с подарками достаю. Пока к магазину приехал, Ася уже половину скупила, счастьем светились. И постоянно извинялась, что столько потратила. Чем ещё больше под кожу пробралась.
Девушка крепко мою ладонь сжимает, пальца переплетая. И жмётся всю дорогу, пока к палате нужной идём. Вера хорошо постаралась в своей клинике, каждый угол идеальностью светиться. Уверен в том, что о малой тут хорошо присматривают.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Асенька!
Стоит в палату попасть, как кудрявый ребёнок с кровати спрыгивает и к девушке несётся. Улыбается, совсем не похоже, что недавно только операцию перенесла.
– Тебе бегать нельзя! – подхватывает малышку, к себе прижимает. В мгновения все сомнения девушки развеиваются. – Лиль, ты должна в кровати лежать.
– Зануда, - дуется, кудряшки с лица сдувает, когда её на кровать возвращают. – Лежи и не ходи, не двигайся и не дыши.
– Думаю дышать тебе разрешают, - неловко, блять, себя чувствую при этой встречи. Хочется уйти покурить, но Асю одну оставить не могу, пока сама не попросит. – Тут не такие жестокие врачи.
– А ты кто? Ась, кто он?
– Я Асин друг, помог с твоей операцией, - пакеты возле кровати оставлю, один сразу девочке отдавая. Та с интересом игрушки достает. – А это тебе подарки.
– Круто! И моим другом будешь, да? Или только с Асей дружишь?
– С Асей он не дружит, - девушка скидывает обувь и на кровать забирается. За девочкой садиться, вместе подарки открывая. – Мы с ним вместе, Лиль.
– Это же не Ромчик.
Супиться, серьезно на меня смотрит. Будто теперь со мной дружить не хочет совсем. Цепляется за Асину руку, обхватывая маленькими ладошками. К себе тянет, а меня взглядом пронзает. Ася так же смотрела, когда злилась и маленького зверька напоминала. А сестра на неё очень похожа. Пускай волосы тёмные и кудрявые, но в остальном полная копия Аси.
От одного упоминания этого "Ромчика" типать начинает. Хочется так сделать, чтобы нахрен из жизни пропал и никто больше не вспоминал. Он бывший Аси, понимаю, что девушка к нему сама не полезет. Но бесит один факт, что он существует.
– Лиль, это Дамир. И он мой муж, - улыбается светло, счастливо. Впервые реально мужем назвала. И от этого злость испаряется. – И он хороший.
Блять, хорошим меня в последнюю очередь можно назвать. Ребята оборжутся, если узнают об этом.
– И не жадина? Ромчик жадиной был, никогда со мной водой не делился.
– Потому что у тебя сердце. Тебе ту воду с электролитами нельзя.
– Что за вода? – в итоге тоже на кровать усаживаюсь. Хорошие палаты, просторные. – Не замечал, чтобы ты что-то пила необычное.
– Я и не пью. Это какая-то модная марка, от усталости и ещё чего-то. Дай мне, Ли, я сейчас открою, - возиться с куклой, доставая из коробки. – Я её не люблю. Но Ромчику нравилась. И на меня злился, что я не пью. Так что не важно, Дамир.
А мне кажется охренительно важным этот момент. Что за пацан такой, что из-за воды давит? Я сам уже думаю за Асиным питанием следить, худая совсем стала. Хотя вроде есть начала, как минимум при мне. А вода новомодная, разлекрамированная и пустая – херня собачья. Ничего полезного в ней нет. Поэтому понять хочу, что так её бывший вцепился.
– Осталась ещё та вода, Ась? Которую тебе Рома твой давал.
– Она испорчена давно. Выбросила. Нет, - смотрит внимательно, моё состояние считывая. – Только ты не заставляй её пить, пожалуйста. Она горькая и гадкая.
– Очень гадкая, - Лили кивает важно, нос курносый задирая. – Что? Я стащила, когда у тебя в гостях была. Только после неё голова кружиться и душно. Так что фигня, а не электролиты.
– Лили, не ругайся!
– У тебя осталась эта вода, Лиль? – внимательно на малую смотрю. Колёсики в мозгу крутятся, давно забытую тему поднимая. – Мне бы на неё посмотреть.
 
– Дома, под кроватью, - шепчет, главным секретом делиться. – Только там ещё дневник! Не вздумайте читать, ясно?
– Ясно.
Пацанам наводку даю, чтобы съездили и проверили. Лучше лишний кипишь навести, чем не проверить эту зацепку. А дальше легко вечер проходит. Ася вся в сестре растворяется.
Хочется, чтобы она так же с нашими детьми сидела. Забиралась в кровать, сказки читала или как там ещё малышню развлекают. Пиздец от мыслей наступает. Ася же детей, наверняка, хочет. Не сейчас, но в любом случае захочет. К малой так своей жмётся, сомнений не оставляет.
А это лишь очередной момент преткновения, который опять с Асей решать нужно будет. И здесь только от меня нихрена не зависит, не перекроить и не исправить. А на чудо уповать это для слабаков. Я к неминуемой реальности готовлюсь.
Только сегодня утром всё хорошо было. Когда сбежала от меня на кухню, чтобы кофе дурацкий приготовить. Кофе с корицей, который заставил на неё внимания обратить. Смотрела внимательно, с надеждой, что понравится. Моя девочка, которая сама в себе разобраться не может. И как я момент испортить мог, сказав, что с корицей переборщила. Не просто переборщила, раза в три порцию нужную увеличила.
– Дамир, - Ася окликает, когда в свои мысли ухожу. – Руку дай свою.
– Зачем? – протягиваю и смотрю, как малая браслет из разноцветных резинок мне вешает. У Аси такой же весит. – Спасибо, Лиль.
– У вас теперь одинаковые, как кольца. Ась, а почему мы меня на свадьбу не взяли? Из-за операции? Зато смотри, какой у меня теперь шрам прикольный на груди!
– Просто мы не праздновали свадьбу. А когда тебя выпишут, обязательно куда-то сходим.
– А почему не праздновали?
– Так получилось.
– А почему так…
– На выход, Валиевы, - в дверях Вера показывается. Смахивает рыжие волосы с лица и смотрит недовольно. – Давай, Дамир, двигай. Лиле покой нужен и отдых.
– Ась, а ты ещё приедешь? – малышка удивительно легко Веру слушает, под одеяло забираясь. – Вы оба?
– Приедем, конечно.
Ася отвечает сначала, а потом на меня взволнованно смотрит. Будто я сейчас запрещу ей сестру навещать. Злость от этого берёт, что продолжает меня непонятно кем считать. Но только хуже от того, что она права. Я реально за неё многое решал, теперь боится, что и сюда влезу.
– Приедем. Только слушайся Веру, договорились? Она моя подруга, так что всё-всё узнаю.
– Не узнаешь, правда, Вер? – и подмигивает рыжей, смеясь, когда Ася щекотать начинает.
– Узнаю, правда, Вер? – спрашиваю, когда рядом с девушкой останавливается. – Я хочу точно знать о её состоянии. Любые изменения. И о дате выписки.
– Конечно, Зверь. Я не идиотка. Будут тебе отчеты. Рада, что у вас с Асей всё наладилось. Вы хорошо вместе смотритесь.
– А ты дружкой отказалась стать. Херню задвигала за то, что участвовать не будешь.
– И всё ещё задвигаю. Тебе разве не хотелось, чтобы она такой в ЗАГС шла, - кивает на смеющуюся Асю, которая ловит мой взгляд и улыбается. – А не в слезах и со злостью.
– Идём, - Ася ко мне со спины жмётся, ответить не давая. – Спасибо, Вер, что приглядываешь за ней. Мне же можно чаще приезжать?
– Конечно, - синхронно отвечаем. – Пока, Лиль.
Утаскиваю Асю, своими мыслями загруженные. Умеет же, блять, девка Пули влезть своими советами. Рану подковырнуть, чтобы заново зудеть начало. Когда всё хорошо в жизни складывается, а опять новая херня появляется.
В машину усаживаюсь, дверью хлопая. В очередной раз день свадьбы вспоминаю, насколько всё хреново было. И с ссорами, и слезами. И злостью в Асиных глазах, когда подпись свою ставила.
 
– Что? Извини, Ась, я не расслышал.
– Говорю, что мне понравилось, когда нас Вера Валиевыми назвала. Красиво звучит.
А мне бы, блять, понравилось, если бы Ася это фамилию добровольно приняла.