Царевна (не) удач (СИ)
— Будешь играть сам. А мне, дай Бог памяти…
Ладошки вспотели.
Я вышла вперёд и начала сначала в тишине всем известные частушки:
— Я была навеселе
И летала на метле,
Хоть сама не верю я
В эти суеверия. УХ!
«Первая не пошла… твою мать!» — Веры в себя не потеряла. Притопнула ногой, выразительно зыркнула на Васеки, который, наконец, включился и быстро заиграл проигрыш. Продолжила:
— Шла лесною стороной -
Увязался чёрт за мной!
Думала, мужчина.
Что за чертовщина?
Мужик, пивший из большой кружки эль, подавился, орошая своих соседей, которые стали хохотать. И главное, непонятно с моей частушки или своего незадачливого друга!?
— Повернула я домой -
Снова чёрт идёт за мной!
Плюнула на плешь ему -
И послала к лешему.
Публика разразилась смехом, а Васеки добавил необычные переборы, заходя на четвёртый круг.
«Етить… а дальше не было!» — Пока я лихорадочно вспоминала, на ум пришла парочка частушек бабы Томы, что жила рядом с нами на лестничной площадке. Помню, с её выходки на выкупе внучки папа долго ржал, успокоиться не мог.
— Дочку малую пугала
Мама инквизицией.
Теперь выросла девица -
Инквизиция боится! Ух!
Капюшоны развернулись в мою сторону. Стало не по себе, но народ смеялся, и я останавливаться не стала:
— Стонет ночью театрально
Под окном моим мертвец.
Разложился он морально
И физически вконец. Ух!
Народ стал загибаться от гомерического хохота. У меня даже у самой настроение поднялось.
— Говорю подруге: "Люсь,
Я вампиров так боюсь!"
Та смеётся: "Вот те раз!
А чего бояться нас?" Всё!
«Ёлки-иголки! Эта явно была лишней!» — Музыка остановилась, и таверна погрузилась в оглушающую тишину, так как смех посетителей тоже резко оборвался.
Все настороженно уставились на энергетических вампиров.
Когда я уже начала планировать побег до стационарного портала, один из "хламид" отбросил капюшон и, вполне себе симпатичный на моську, захохотал обычным ртом без провалов бездны.
У меня даже от сердца отлегло.
И главное! Появилось недоумение — чего прятаться с такими симпатичными мордуленциями, спрашивается?! Видели бы их люди, маги, тролли… неважно кто, но они не реагировали бы на симпатичных парней негативно!
Недоумение — недоумением, но на контакт с представителями этой расы я не планировала идти, однако им, похоже, было плевать на мои планы.
— Мисс… Леся, да?
— Дда.
— Позвольте поблагодарить вас! — Старший из пятёрки немного пошатывался, точно пьяный, хотя ещё пятнадцать минут назад я была готова поклясться, что никто из энеров ничего спиртного не заказывал!
— Спасибо, — мило улыбнувшись, покосилась на деда Градока.
Тур сразу понял намёк и выступил вперёд, перетягивая внимание на себя.
Тиса осторожно поманила меня за собой.
— Умница… теперь можно идти отдыхать. Утром Градок придёт тебя разбудить и отведёт на площадь… а ты… не хотела бы остаться здесь?
От вопроса старушки мне стало неожиданно грустно. И самое страшное, что я не находила категоричного ответа на её заинтересованное любопытство.
«Мне нужно найти отца! Да и этот мир… он не мой. Мне нет здесь места».
В конюшне, как Тур и говорил, комнатка со всеми удобствами, включающими и туалет и открытый душ, которым я не решилась пользоваться, оказалась выше всяких похвал.
Мягкий диванчик, свежее постельное — а что ещё нужно после сытого ужина и такого насыщенного дня!? Правильно! Отдых!
— Приятных снов, — подмигнула Тиса, переплетая на двери невидимые мне нити.
— Это надёжно?
— Да. Я ещё семь сигналок поставила. Никто сюда войти не сможет без капитального прорыва, который услышат все. Ребята спят в бараке, поэтому твоему «посетителю» сильно не поздоровится!
— Спасибо!
— Тебе спасибо! Мы такие деньги и за полгода не выручим, какие ты одной песней заработала! Отдыхай, Леся. Ты — умница…
Свет потух, а тихое пощёлкивание костей ворхов до странности убаюкивало.
Глава 26. Спасательный отряд или новые питомцы
Я почти задремала, когда под окном кто-то начал шептаться:
— Ты представляешь, сколько нам за неё заплатят!?
— Ещё бы… Да сам Эрлин из Цароса патлы себе свои серебристые повырывает, чтобы такой уникальный экземпляр выхватить! Но… ты уверен?!
— Я вижу энергетические потоки. Конечно, она ещё мала, но ошибки быть не может! И главное — непонятно ведь, как девка смогла спастись! Великая Охота сумасшедшего короля стёрла подобных ей красоток с лица Сорура!
Я не понимала ни слова, но мне становилось жутковато от хриплого шёпота неизвестного, разделявшего нас с ним тонкой стеной конюшни..
— Где она спит?
— Верта сказала, что госпожа Тиса увела девчонку в гостевой дом.
— Черти! Нам туда не попасть… давай завтра наведаемся? Старика хлопнем по затылку. Главное, чтоб не увидел наших лиц. На невольничий рынок передадим, а там вернёмся… Ой! Я не могу в конюшню зайти. Не иначе как старый прознал о наших посещениях тёпленького места. Эх, ладно. Пошли в барак…
— Пошли.
Голоса удалялись, а я встала с дивана и отряхнулась, морщась.
«Если ищут меня, то пофиг за кого приняли — просто нужно сваливать! Не хватало, чтобы деду за меня прилетело!» — Оглядевшись, нашла в столе ручку и блокнот с чистыми листами и написала записку, что ушла.
Дед объяснял, что площадь тут одна. Улицы построены по типу звезды, и если таверна стоит в конце одной из улиц, надо быть дурой, чтобы не найти стационарный портал, стоящий в точке пересечения городских линий!
Идея — идти прямо сейчас, среди ночи — идиотская, я знаю, но старика подставлять — это уже не идея, а поступок, и он не менее идиотский! Я бы даже сказала «подлый»!
В общем, разрываемая сомнениями, прислушиваясь к звукам отдыхающих, вырвала лист, нашла обычный столовый нож и осторожно вышла из конюшни.
«Никого…» — неожиданный фарт, который посещает меня оооочень редко, придал уверенности в себе.
Оглядевшись, пришлёпнула записку на двери конюшни, чтобы дед не вошёл в конюшню, и ему не прилетело от своих же жадных рабочих, и шустро ломанула со двора.
Улица, не освещаемая фонарями, вызывала двоякое ощущение. Вроде и заметить меня никто не сможет, пока я быстро крадусь в переулке, но и я не особо зрячая.
Сложно сказать, сколько я прошла, но что устала, то да.
Когда впереди показались размытые образы, я дёрнулась в боковой проулок, чтобы переждать и с ужасом поняла, что наступила на кого-то.
— Етишкины кочерышки! Чёртова коза тебе мать!
«Ой! Бомжик!!! Они и тут есть!»
— Тц! — Шикнула на что-то маленькое, наступив ещё раз. — Фараоны! Ой! То есть «стражи»! Притухни, а то заберут!
Интуиция подсказала верно.
Услышав информацию о стражах, мой нечаянный сообщник примолк, откатываясь вдоль стены и уступая мне место.
Я, немного на взводе, с настороженной благодарностью приняла приглашение к соседству.
Не стражи, вовсе не стражи прошли мимо… и рядом с ними пятёрка знакомых балахонов:
— Вы уверены, господин О’детт? Сирена?
— Не одна певица не может заразить смехом сразу всех слушателей. Это точно последняя из рода!
«Вот что с людьми славянский фольклор делает! — Обиженно фыркнула себе под нос, раздражённо передёрнув плечами. — И что значит «не может»!? Да вы последний концерт Сердючки видели!? Ха!»
«Бомжик» что-то бормотал, но я сильно не прислушивалась, настраиваясь на уходящих в сторону таверны энеров и ещё каких-то мужиков.
Пока нечто незнакомое не начало ползти по моей ноге, я вообще себя хвалила! Думала, что правильно сделала! Что лучше тут с бомжом, чем в закрытой конюшне, где меня, наверное, петь бы заставили, придумав ахинею с внезапным родством с сиренами!!!